Чтение онлайн

–  Ты же знал об этом!
– не унимался Тенгель. Он напоминал демона, вышедшего прямо из-под земли и убивающего одним своим взглядом. Казалось, что он даже вырос в размерах, заняв собою всю комнату, а глаза его загорелись зловещим желтым светом.

–  Ты ведь знал, что это опасно для жизни. И все равно не удержался!

–  Я не держусь за суеверия, - сопротивлялся Таральд.

Он совсем потерял голову.

–  Идите-ка, дети, поиграйте во дворе, - сказал Аре своим сыновьям.

Два младших были перепуганы насмерть, тогда как Тарье лишь побледнел и оставался у двери.

Даг наконец очнулся от оцепенения и бросился на помощь своему сыну.

–  Отец, одумайся, что ты делаешь с Таральдом!

Его слова вразумили Тенгеля. И гнев его утих.

–  Суеверие...
– устало проговорил он.
– В мире было столько святых, а ты говоришь, что все это суеверия!

Присутствующие в комнате облегченно вздохнули, потрясенные тем, что они увидели.

–  А если бы ты видел мою мать, которая умерла сразу же после того, как произвела на свет такое чудовище, как я, то ты бы больше не говорил о суеверии, Таральд. И если бы ты видел нашу дорогую Суль в трудные для нее моменты, то ты бы наверняка взял свои слова обратно. Даг, ты-то уж должен помнить Ханну и Гримара? Как же ты не позаботился о том, чтобы предостеречь своего сына?

–  Я делал это, отец. И я, и Лив предупреждали и его, и Сунниву.

–  И ты не послушался их, Таральд?

–  Я думал, что они преувеличивают, - в отчаянии ответил этот красивый юноша.

–  А ты, Суннива, - произнесла Силье.
– Я ведь говорила тебе, чтобы вы не заходили так далеко.

–  Не вините меня в этом, - быстро ответила Суннива.

Тенгель вытащил ее из-за спины Дага.

–  Ну нет, теперь тебе не удастся свалить свои грехи на другого, Суннива, - зло сказал он. Она вскрикнула от страха.
– Теперь ты пойдешь за мной, и мы выскоблим плод, немедленно!

Он схватил ее за руку и дернул за собой.

–  Нет!
– в ужасе запричитала Суннива.
– Нет, нет, нет! Это мой ребенок от Таральда. Если вы убьете его, то я покончу с собой.

Тенгель остановился.

–  Ты что же, не понимаешь, что если мы не убьем его, то он со временем убьет тебя?

–  Я в это не верю. Не может такого быть.

В разговор вмешалась Лив.

–  Отец... ничего такого уже давно не встречалось в нашей семье. Все ваши внуки нормальны. И потом, Таральд и Суннива так любят друг друга.

–  Лив... милая девочка, я не могу взять на себя такую ответственность, - мягко сказал Тенгель.

Силье пришла ему на помощь.

–  Ты должна избавиться от ребенка, Суннива. Я не понимаю тебя: ты ведь дала мне обещание...

–  Ах, бабушка, - вырвалось у Суннивы.
– Вы такая старая, что не знаете, как может захватить любовь...

–  Достаточно, благодарю тебя, Суннива, - оборвал ее Тенгель.
– Если кто здесь и знает, что такое любовь, так это Силье, моя жена. Мы любим друг друга вот уже сорок лет. И до сих пор мы по-прежнему вместе! Но с тобой дело так не пойдет. Это слишком серьезно. Ты должна расстаться с Таральдом.

–  В таком случае, я покончу с собой, - выпалила Суннива и схватила со стола нож. Трагическим жестом она поднесла нож к своей груди.

–  Суннива!
– вскричал Таральд.

–  О, не тревожься о ней, она только пугает нас, - сказал Тенгель.
– Эта девушка ни при каких обстоятельствах не покончит с собой.

Суннива выпустила нож из рук, и он со звоном упал на пол.

–  Обо мне здесь никто не заботится, - зарыдала она.

–  Милое дитя, - сказал Тенгель.
– Если бы мы не заботились о тебе, то мы не были бы так встревожены в эту трудную минуту.

–  Мы с Таральдом поклялись друг другу в вечной любви. Вы не можете принуждать нас нарушать клятву.

Таральд тоже продолжал сопротивляться.

–  Дедушка, мы будем так любить нашего ребенка, даже если он будет не похож на других, а уродится в вас.

Глаза Тенгеля смягчились, хотя он все еще гневался.

–  Таральд!
– остановил его Даг.

–  Что я такого сказал?
– Наконец до него дошел смысл сказанного. Простите меня, дедушка, я не хотел вас обидеть.

–  Не беспокойся об этом, - устало ответил Тенгель.
– Жизнь Суннивы дороже.

Девушка не желала ничего слышать.

–  Но ведь Таральд и я такие красивые. Ребенок просто не может быть уродом. И потом, мы любим друг друга. Бог не может уготовить нам что-то плохое.

Силье взглянула в сторону Ирьи. Как, должно быть, невыносимо для нее выслушивать все эти объяснения в любви между Суннивой и Таральдом. Однако Ирья сидела выпрямившись, с легкой, печальной улыбкой на губах, словно бы ничего не происходило.

На самом же деле, новость о предполагаемом ребенке обдала ее словно холодным душем, заставила взглянуть на себя в новом свете. И она пожалела Сунниву. Ирья ведь не знала никого, кто еще, кроме господина Тенгеля, понес на себе следы наказания из-за этого проклятого наследства. Но разве он не лучше многих других? Девушка плохо понимала его безумный страх перед будущим ребенком.

Лив произнесла осторожно:

–  Конечно, я была слишком мала, чтобы хорошо помнить Ханну и Гримара, но, по-моему, с ними дело обстояло не так-то плохо, отец?

–  Я видел слишком многих представителей нашего рода. Слишком многих.

–  Но это было так давно.

–  Мне кажется, что я уже слышала подобные разговоры, - пробормотала Силье. Тенгель улыбнулся в ответ на ее слова:

–  Да, ты права. Когда Силье ждала своего первого ребенка, то мы с ней обсуждали примерно то же. Я хотел избавиться от него, но уступил ее просьбам. Так родилась Лив.

–  И с матерью все в порядке, - быстро откликнулся Таральд.
– Нет никого лучше ее.

Тенгель кивнул:

–  Те же разговоры велись и тогда, когда Силье носила в себе Аре. В тот раз мне помешала избавиться от ребенка Суль.

–  Благодарю, Суль, - шепнула Мета.

–  В нашем роду, действительно, все объяты ужасом каждый раз, когда должен родиться новый ребенок. Так появились на свет Таральд и Сесилия, а затем трое сыновей Меты. Вы помните, Лив и Мета, как я отговаривал вас от беременности, сознавая всю степень риска...

Обе женщины согласно кивнули.

–  Но все окончилось благополучно, - продолжал Тенгель.
– Свойство Людей Льда в том, что у них не бывает много детей. Аре и Мета превзошли всех остальных по количеству потомков.

Он умолк и задумался. Было похоже, что он не знал, на что решиться.

–  И вот, - начала Суннива, - всякий раз страхи ваши не подтверждались. Все родившиеся дети нормальны и ничем не отличаются от других. Почему же у меня не получится?

–  Разве я не говорил уже об этом? Вы оба слишком близкие родственники. И потом, ты не знаешь о тяжких родах Силье! Оба раза она была на краю смерти. Все это слишком серьезно, и она едва не умерла.