Чтение онлайн

К слову об Изуру. Оглядевшись по сторонам, Йоко обнаружила, что Киры нигде нет, но не слишком удивилась такому повороту. У него вообще весь день не было настроения, и большую часть времени он молчал, невидящим взглядом смотря в пространство. Надо полагать, что бы он там ни говорил Наоки, встреча с родителями оказала на него не самый благоприятный эффект. Справедливо решив, что вечеринка распрекрасно пройдет и без ее активного участия, девушка тоже пошла в дом. Веселье весельем, а Кире явно не помешает поддержка – нет ничего хуже, чем переживать подобное в одиночку.

Как и ожидала Накамура, Изуру не стал прятаться в каком-нибудь одному ему известном потайном ходе, а просто удалился в свою комнату.

– Так и знала, что ты здесь, – заметила Йоко, входя в комнату и тихо закрывая за собой дверь.

Словно ее и дожидаясь, Кира даже не шелохнулся от звука ее голоса, продолжая смотреть куда-то в даль через большое открытое окно. Теплый ветерок развевал его волосы, донося отдаленные звуки пирушки и звон стальных клинков с полигона.

– Не хочу портить другим настроение кислой миной, – спокойно пояснил он, не оборачиваясь.

Не говоря ни слова, Йоко подошла ближе и встала рядом, тоже устремив взгляд в окно, на темные силуэты зданий, виднеющиеся за оградой. Тишина не тяготила, наоборот, давая возможность привести мысли в порядок. Раздавшееся откуда–то со двора чье-то сатанинское гоготание вырвало Накамуру из мыслей, напомнив, для чего она сюда вообще пришла.

– Поговори со мной, – сказала Йоко, посмотрев на Изуру, глаза которого выражали вселенскую тоску и печаль. Возможно, и не стоило сейчас лезть с расспросами, но девушка была твердо убеждена, что держать боль в себе категорически неправильно и что неразрешимые проблемы, высказанные вслух, непременно перестают быть таковыми. – Расскажи все.

– О чем? – равнодушно уточнил Кира. – О том, что мне пришлось собственноручно убить своих родителей?

Накамуре здорово не понравился тон голоса, которым было это произнесено, но говорить что–либо она не стала, чувствуя, что парень еще не довел до конца свою мысль.

– Ты ведь сама это видела, Йоко, – сказал Изуру. – Один взмах меча и всё – их нет!

– Послушай, я понимаю, что тебе больно от этого, но… – начала было Йоко, но Изуру отчаянно замотал головой.

– В том-то и дело, – емко произнес он. – Мне не больно! Совсем! Я убил их, а мне не больно! Часто ты встречала людей, способных остаться равнодушными к подобному?

– Но ведь ты сам говорил, что они умерли десять лет назад, – заметила Накамура, опасливо косясь на Киру, не представляя, как он может отреагировать на ее слова. – Говорил, что они сами бы хотели этого. Разве ты не верил в свои слова?

– Я не знаю, – честно ответил Изуру. – Просто тогда, десять лет назад, когда я получил извести об их смерти, мне тоже не было больно. И когда я встретил их тогда, в лаборатории, пусть даже не их, а то, что от них осталось, мне показалось, что мне дают второй шанс. Но ничего не изменилось. И сейчас, когда они исчезли из моей жизни окончательно, я по-прежнему ничего не чувствую. Наверное, я просто плохой человек, и поэтому…

Закончить свою мысль ему не дал кулак Накамуры, прилетевший точнехонько по макушке. Подкреплять удар Шунко девушка, разумеется, не стала, но все равно он получился довольно увесистым.

– Еще что выдумаешь?! – рявкнула она, уперев руки в боки и возмущенно смотря ему в лицо. Тягостная атмосфера, которую нагнал Кира своими депрессивными мыслями, ушла одномоментно. Сам парень удивленно вытаращился на Йоко, не ожидав такой резкой перемены настроения. – Сейчас говоришь, что ты плохой человек, завтра скажешь, что не годишься в шинигами, послезавтра выдумаешь, что ты мировое зло, которое не должно существовать! Я не буду врать, будто понимаю, каково тебе действительно пришлось, я ведь никогда не знала своих родителей. Поэтому без понятия, что бы я чувствовала на твоем месте. Все мы разные, но общее у нас одно – мы шинигами. Мы каждый день невольно имеем дело со смертью. В отличие от простых людей, для нас она естественна и привычна. Так что завязывай с этой ерундой! Ты мне жизнь спас, в конце концов! Плохой человек, – передразнила его Йоко.

– Ты о чем вообще? – возмутился Кира, потирая ушибленный затылок, когда к нему, наконец, вернулся дар речи. – Это ведь ты меня спасла!

– Я тебя чуть не убила! – практически выкрикнула девушка.

– А потом спасла, – напомнил он.

– Может, подеремся? – уже улыбнулась Йоко, чувствуя, что коэффициент абсурдности разговора начал зашкаливать.

– Пожалуй, нет. – На лице Изуру тоже появилась улыбка, пусть и не такая широкая, как у Накамуры. – Думаю, хватит с нас прошлого раза.

– Согласна, – вздохнула она.

Тема была закрыта, и в комнате вновь повисло молчание. Так как на улице уже был поздний вечер, давно уже стемнело. Заметив в комнате свет, в какой-то момент в окно залетела бабочка. Такая огромная, что сперва ребята приняли ее за адскую. Наблюдая за ней, Йоко протянула руку, и бабочка после некоторых колебаний села на указательный палец девушки, давая возможность в деталях рассмотреть изумительные крылья.

– Ну, а о чем теперь ты задумалась? – спросил Изуру, когда прошло несколько минут, а они так и стояли неподвижно, разглядывая внезапно навестившую их гостью.

– А? – очнулась от размышлений Накамура, а потом улыбнулась, смотря в пол. – Да так… ни о чем… неважно это…

Эта детская и нелепая попытка Йоко уйти от ответа совершенно не удовлетворила Киру, так что он принялся сверлить девушку настолько пристальным взглядом, что, казалась, на ней вот-вот задымится сихакусё.

– Ты знаешь, что некоторые бабочки живут всего один день? – наконец, заговорила Йоко, когда окончательно убедилась, что Изуру от нее не отстанет. Впрочем, она не собиралась уходить от разговора с самого начала, просто не знала, как облачить свои мысли в слова. – Возможно, эта одна из них. Представляешь, она ведь и не знает, наверное, что завтра ее жизнь закончится.

– Ну, да… – кивнул Изуру через некоторое время, начиная понимать, к чему она клонит.

– Мы очень на них похожи, тебе не кажется? – задумчиво спросила Накамура не то у него, не то у самой себя. – Сегодня мы живы и веселимся. Но никто не даст гарантий, что уже завтра весь Сейрейтей не провалится в тартарары.

Девушка сама не знала, с чего вдруг ее потянуло на философию, и уж тем более не ожидала, что Кира поддержит эту тему. Собственно, он и не поддержал, несильно ткнув ее в бок. Потревоженная бабочка тут же сорвалась с ее пальца, перелетев на подоконник.

– Да ну тебя с такими мыслями! – возмутился Изуру. – Сперва говоришь, что мы шинигами и ходим бок о бок со смертью, теперь твердишь, что завтрашний день может быть последним! Нет, я не отрицаю. Но знаешь, что я тебе скажу. Я не собираюсь умирать. Ни завтра, ни через сто лет.

– Ну вот, так-то лучше, – удовлетворенно улыбнулась Йоко. – Теперь ты снова окончательно стал собой.

От их смеха бабочка вновь взмыла вверх, выписывая под потолком дивные виражи, но не подлетая к смертельно опасной для нее раскаленной лампочке.