Чтение онлайн

– Хотя, – нарочито серьезно сказал Изуру, отсмеявшись, – если завтрашний день действительно последний, мне еще надо успеть сделать одну важную вещь.

– Да, пожалуй, у меня тоже такая найдется, – заметила Накамура, продолжая улыбаться.

Не разня слова с делом, Изуру привлек Йоко к себе и, увидев в ее глазах полное согласие, осторожно, словно пробуя что-то незнакомое, приник к ее губам. Поцелуй по началу был каким-то робким и неуверенным, но постепенно они оба дали волю чувствам, крепче сжимая друг друга в объятьях. Йоко и заметить не успела, как ее руки обвили его шею, а его – легли ей на талию, мягко, но настойчиво прижимая ближе.

Кружила над их головами бабочка, ветер доносил сладкий аромат прохлады, где-то в саду играла музыка…

– Ты что? – удивился Кира, когда Йоко, немного отстранившись, засмеялась в кулак.

– Просто вспомнила, с чего все началось, – усмехнулась она. – Кто бы мог подумать, что капитан Айзен окажется настоящим пророком?

– Стоит поблагодарить его завтра, как думаешь? – шепнул Изуру ей на ухо, по-прежнему не выпуская девушку из объятий.

– Завтра, – словно эхом откликнулась она.

Наблюдавший все это время через узкую щель между дверью и косяком Кодзу лишь довольно улыбнулся в усы и, негромко, но удовлетворенно хмыкнув, двинулся дальше по коридору.

Комментарий к Том 2. Глава 25. Бабочка Кому не сложно, оцените, пожалуйста, этот фик и черкните пару строчек: https://ficbook.net/readfic/3212907

Автор и я будем очень благодарны.

====== Том 2. Глава 26. Ни одно доброе дело не остается безнаказанным ======

Рукия и заметить не успела, когда рядом с ней внезапно нарисовался Ренджи и, довольно бесцеремонно схватив за руку, потащил в неизвестном направлении. Первой мыслью девушки было громко возмутиться и вырваться, но тогда у Абарая непременно появились бы серьезные проблемы. Как-никак, они теперь из разных слоев населения, и им не положено не то, что держаться за руки, но и просто говорить. И за нарушение этого правила парню вполне могло грозить изгнание из Готэй 13, а может, и что похуже. Поэтому Кучики молчала, про себя радуясь, что на этой праздной гулянке, куда она пришла в поисках Кайена-доно, все заняты своими делами, а посему на них просто никто не обратит внимания. Но все равно Рукия настороженно крутила головой, боясь, что чей-нибудь взгляд вполне может зацепиться за столь колоритную парочку.

– Ты спятил, Ренджи! – прошипела Кучики, с горем пополам высвобождая свою руку из цепких пальцев друга.

На то, что ей удастся его вразумить, надежды было немного, учитывая, что Абарай к этому моменту уже явно изрядно принял на грудь. Но, по крайней мере, тут их никто не увидит, и можно, не опасаясь, высказать все, что она думает. Так что, замерев перед ним и уперев руки в боки, Рукия решительно посмотрела на него снизу вверх.

– Ты соображаешь, что делаешь?! – продолжала возмущаться она, стараясь не повышать голос. – Нам нельзя вот так видеться! Ты не можешь просто так подойти и схватить меня!

– Да заткнись! – оборвал ее Абарай, когда Рукия набрала в грудь побольше воздуха, явно намереваясь разразиться новой тирадой. – Ты можешь хотя бы сейчас, когда нас никто не видит, не вести себя, как долбанная аристократка?!

– Да, Ренджи, – произнесла девушка. – Я аристократка и, хочешь ты того или нет, должна вести себя соответствующе. Ты думаешь, мне это нравится? Думаешь, ты один, кому не хватает нашей былой дружбы? Ошибаешься! – Видя, что парень хочет что-то возразить, она решительно подняла руку. – Дай мне закончить. И пойми, наконец, что клан Кучики – это не просто аристократия. Это одна из Благородных семей. И нельзя значит нельзя, и это не просто слова. И я не позволю ни тебе, ни себе нарушать вековые традиции из-за сиюминутного порыва.

– Это ты послушай… – наконец, смог прервать ее словоизвержение Ренджи.

– Нет, – покачала головой Рукия. – Я ухожу. И, разумеется, об этом никто не узнает. Но оставь меня, пожалуйста, в покое.

И, не бросая слов на ветер, Кучики действительно круто развернулась и быстро пошла прочь, чувствуя, как старые, уже, казалось бы, затянувшиеся раны, вновь раскрылись и начали кровоточить. Как-то сама собой слетела маска отстраненности и неприступности, и Рукия нетерпеливо смахнула рукавом косодэ навернувшиеся на глаза слезы. Появляться перед кем бы то ни было в таком виде она не могла, поэтому просто вошла в дом. Там, по крайней мере, было пусто, и можно было сесть и нормально успокоиться. Судорожно всхлипнув, когда в горле вновь встал ком, девушка просто пошла по коридору.

– Не стоит так красться, Кучики-сама, – внезапно раздался за ее спиной знакомый мужской голос.

– Прошу прощения за то, что вошла без спросу, Кодзу-сан, – виновато проговорила она, поворачиваясь к старичку и надеясь, что он не заметит ее заплаканные глаза.

– Не стоит извиняться, Кучики-сама, – улыбнулся Кодзу. – Вы всегда желанная гостья в этом доме. Я приготовлю чай.

Распивать чаи никак не входило в планы Рукии, но отвечать отказом было бы невежливо. В глазах уже щипало от недавних слез, и девушка с трудом удерживалась от того, чтобы начать их тереть.

– С удовольствием, – слегка поклонилась она. – Только сначала…

– Дверь в ванную – вторая с конца, – поняв ее без слов, чуть шире улыбнулся мужчина. – Я буду ждать вас в гостиной.

И они разошлись. Рукия после этого небольшого разговора почувствовала себя намного лучше, хотя, казалось бы, этот дом должен был вызвать еще больше воспоминаний, которые она так старалась держать в узде. Вздохнув, Кучики пошла в ванную, мысленно благодаря Кодзу, что он не стал лезть к ней в душу и спрашивать, что же ее так расстроило.

После ухода Рукии Абарай тяжело вздохнул и, прислонившись спиной к стене дома, немного откинул голову назад, подняв глаза к ночному звездному небу. Глухой удар кулака об камень нарушил повисшую тишину.

– Кретин… – тихо выругался Ренджи.

– Значит, завтра ты и Ёсино-сама вернетесь в мир живых, – вздохнула Хинамори. – Жаль, мы ведь толком и не успели… ну… – девушка неловко замялась, пытаясь подобрать нужные слова.

– Пообщаться как следует в спокойной обстановке, – подсказал ей Мабаши.

Они вдвоем сидели под раскидистой сакурой в саду – Йоши, сказав, что ей надо о чем-то поговорить с Сома, недавно покинула их. Момо сама от себя такого не ожидала, но, оказавшись с Мабаши наедине, внезапно смутилась похлеще, чем в присутствии капитана Айзена. Все слова, которые она сначала собиралась сказать, просто вылетели из головы, оставив там какую-то несвязную кашу. И Хинамори просто не знала, как ей себя вести. Парень, разумеется, заметил ее состояние, но сыпать ехидными комментариями по этому поводу не стал, хотя мог бы.

– Ну… да… – улыбнулась она, сосредоточенно разглядывая свои колени.

– Что поделать, – усмехнулся он, разводя руками. – Я бы с радостью остался здесь. Судя по тому, как изменилась за это время Йоши, у вас тут скучать не приходится. Но…

– Знаю-знаю, – отозвалась Хинамори, печально улыбнувшись. – Совет Сорока Шести не одобрит присутствие в Готэй 13 двух баунто. И все равно жаль… Я-то надеялась, что ты останешься тут подольше…

– Когда ты делаешь такое лицо и говоришь таким голосом, мне начинает казаться, что ты пришла на мои похороны, – заметил Мабаши.