Чтение онлайн

И, не говоря больше ни слова, зашагала к Сенкаймону.

– О чем ты говоришь, Рукия?! Ты что, с ума сошла?! – девушке пришлось приложить все свои усилия, чтобы на ее лице не дрогнул ни один мускул. А сердце опять болезненно сжалось.

– Вот упрямый, – вздохнул Абарай, присев на корточки возле Ичиго. Его ярость и злоба уже прошли, и сейчас он смотрел на парня с холодным равнодушием, почти как его капитан. – Уймись уже. Ты без пяти минут покойник. Так что заткнись и прими свою смерть, как мужчина.

– Идем, брат, – по-прежнему не оборачиваясь, произнесла девушка, чувствуя, что еще немного, и у нее начнется самая настоящая истерика.

– Постой, Рукия! – все никак не унимался Куросаки, на что Ренджи только бессильно покачал головой, словно пытаясь этим сказать «Горбатого могила исправит». – Ты совсем сдурела?! Посмотри на меня!

– Только попробуй последовать за мной, – тихо, но отчетливо сказала она, изо всех сил не давай голосу задрожать. – Сделай хоть шаг, и я никогда тебе этого не прощу! – Рукия, наконец, обернулась, и, видимо, в ее глазах была такая боль, что даже Ичиго проняло. – Любая жизнь рано или поздно заканчивается, но ты должен остаться здесь и прожить как можно дольше!

С этими словами она первая шагнула в Дангай.

Идя по коридору между мирами, все трое молчали. Рукия шла, как сомнамбула, не видя и не слыша ничего вокруг себя. На душе было так тяжело и противно, что становилось тошно. Хотелось просто сесть, уткнуться лицом в колени и сидеть так до скончания времен. Даже слез больше не было, осталась только куча камней на истерзанном сердце и нервы, изорванные в клочья. Оставалось только надеяться, что когда-нибудь, хотя бы через тысячу лет она сможет забыть то, что произошло здесь, сможет зажить прежней жизнью, будто ничего этого и не было, будто она никогда не отправлялась на задание в Каракуру, никогда не знакомилась с Ичиго, никогда не уходила оттуда, оставляя его полуживым валяться на асфальте в луже крови. Черт, а ведь где-то там рядом в таком же состоянии лежит еще и Исида! Еще одна жертва, и его кровь на ее руках, и только на ее.

Раздумывая об этом, Рукия внезапно подумала, что как бы было хорошо, если бы за передачу силы шинигами человеку приговаривали к смертной казни. Чтобы сразу и наверняка, и не осталось бы вообще никаких проблем.

Комментарий к Том 2. Глава 41. Вина Кому не сложно, оцените, пожалуйста, этот фик и черкните пару строчек: https://ficbook.net/readfic/3212907

Автор и я будем очень благодарны.

====== Том 2. Глава 42. Как снег на голову ======

– Я не знаю, что происходит, – произнес Ренджи, опрокидывая в себя очередной отёко. – Рукия сама не своя после того, как вернулась в Сейрейтей. Мы даже толком не поговорили. Никогда ее такой не видел.

Сидящие напротив него Изуру и Йоко лишь переглянулись, словно ведя диалог без слов, но Абарай был настолько поглощен дегустацией напитка, что ничего не заметил. Кира, покачав головой, вновь разлил саке по чаркам.

– Надо думать, это неудивительно, – сказал он. – Если то, что ты рассказал нам, правда, то у нее действительно наступили нелегкие времена.

– Плюс к этому Совет Сорока Шести так до сих пор и не огласил ее наказание, – добавила Йоко, подперев подбородок рукой, неосознанно копируя этот жест у своего капитана. – Хотя прошло уже два дня.

– Не думаю, что наказание будет таким уж суровым, – возразил Изуру. – Как ни крути, она из клана Кучики, и у нее для передачи силы человеку были веские причины. Не думаю, что будет что-то серьезнее выговора и исправительных работ. На худой конец, штраф.

– Но что бы это значило? – ни у кого конкретно спросил Ренджи, сосредоточенно смотря в одну точку перед собой. – Тот парень в мире живых… Просто копия лейтенанта Шиба.

– Ну, бывает же такое, что души погибших шинигами уходят на перерождение, – улыбнулась Накамура, которой рассказ друга о неком Куросаки Ичиго наоборот показался добрым знаком. Как ни крути, Кайен был первым товарищем, которого она потеряла, и ей было приятно знать, что где-то он продолжает жить. Пусть под другим именем и в другом мире, но все-таки…

– А ведь я говорил… – поворчал тот, уже в который раз напоминая, что дурное предчувствие его не подвело.

– Да расслабься ты, – Кира вновь наполнил отёко, и друзья залпом осушили их. – Все образуется.

Когда саке закончилось, и ресторан, который облюбовали для себя товарищи закрылся, Ренджи поплелся к баракам Шестого Отряда, проигнорировав замечание Изуру, что вряд ли его пьяное в ноль и шатающееся из стороны в сторону тело обрадует капитана Кучики, который в последнее время взял привычку сидеть на рабочем месте допоздна. Но Абарай и не подумал остановиться, решив вновь попытать счастья и вызвать Рукию на откровенный разговор.

– И что с ним будешь делать, – вздохнула Йоко, печально смотря на тающую в вечернем сумраке красноволосую фигуру.

– Он всегда был упрямым, – напомнил Кира, покачав головой. – Уже поздно пытаться его перевоспитывать.

– Хоть бы ты оказался прав, и у них действительно все наладилось, – девушка зябко передернула плечами, когда их атаковал порыв холодного ветра.

– Как будто может быть иначе, – только и махнул рукой он.

Так как оба были навеселе, путь домой превратился в настоящее блуждание по лабиринту, в который превратились бесконечно петляющие улицы Сейрейтея. В результате, десять раз перепутав направление и нужные переулок, Йоко и Изуру все же добрались до усадьбы. Свет горел только лишь в комнате Кодзу, который по-прежнему не изменял своей привычке дожидаться всех и только потом ложиться спать. Как ни странно, на этот раз друзья застали его не за чтением очередной книги, а за рисованием какого-то плана на огромном листе бумаги, свешивавшимся со стола со всех сторон. Йоко попыталась было сунуть нос в эту таинственную карту, о так и не выветрившийся за время прогулки из головы хмель не дал ей разобраться, что там и к чему. Старичок укоризненно покачал головой, оценив их состояние, но не стал читать нотации, лишь коротко констатировав их приход. Кажется, у него не было особого настроения вести долгие разговоры, и, не став утомлять его своим обществом, Йоко и Изуру тоже отбыли к себе.

Сидя за столом в своем кабинете, Йоко на автомате ставила подписи и галочки на отчетах и ведомостях, машинально раскидывала бумаги по стопкам и вполуха слушала щебетание Хинамори, которая пришла к ней сразу после обеда, сказав, что у нее нет работы, и предложила свою помощь. Помощь Накамуре не требовалась, но Момо все равно осталась, чтобы, как она сама сказала, пересказать свежие новости.

Но Йоко ее почти не слушала, ее мало интересовал новый кавалер Мацумото и прогремевшее на весь город пари Мадараме Иккаку и Тэцузаэмона Ибы – лейтенанта Седьмого Отряда, которые во всеуслышание объявили, что не сегодня так завтра устроят поединок не на жизнь, а на смерть. Хинамори ее невнимание ничуть не смущало – казалось, она просто давно ни с кем не говорила по душам, и ей просто захотелось почесать языком.

Когда с отчетами было покончено, и девушки отнесли те, что требовали детального разбора, в кабинет капитана Айзена, в данный момент не оказавшегося на месте, Момо, наконец, оставила Йоко одну, чему та, как ни странно, откровенно обрадовалась. В последние пару-тройку дней Накамура чувствовала себя не самым лучшим образом и при этом никак не могла понять, в чем же причина. И дело было даже не в том, что она чем-то заболела – что касалось здоровья, Йоко была в полном порядке. Дело было в другом. Йоко чувствовала себя так, словно у нее в груди внезапно появилась дыра, в которой был сосредоточен такой концентрированный вакуум, что хотелось выть. А иногда и вовсе появлялось ощущение, что дыра резко увеличивается в размерах и будто пытается затянуть девушку внутрь. Настроение после такого становилось на редкость непредсказуемым: вполне могло статься, что Накамура кидалась на первого встречного или же, напротив, была готова обнять весь мир. Все это не слишком сильно нравилось ей, но что предпринимать в такой ситуации, она не знала, а идти и беспокоить этим капитана Унохану и вовсе не решалась. В конце концов, у нее ничего не болит.

Так что, стиснув зубы, Йоко изо всех сил старалась бороться с внезапной напастью привычными и проверенными способами. Опять были умопомрачительные тренировки с Гином, пьянки с Мацумото и посиделки с ней же и Йоши в Руконгае, свидания с Изуру и чайные вечера с Кодзу и всеми желающими. Иногда это помогало, иногда здоровый сон был лучшим лекарством, а порой все было тщетно, и Йоко хотелось забиться в дальний угол своего кабинета, выстроить вокруг себя непреодолимую стену и сидеть в одиночестве бесконечно долго. И чтобы никто не мог нарушить ее покой.