Чтение онлайн

— Вы уверены, что он мёртв? — спросил я.

— О, да, Стэн, он мертв. Я узнаю смерть, когда вижу её. Я видел её не раз.

— Может, нам стоит сообщить в полицию? Это была самооборона.

— Не угадать, как поведёт себя закон, когда убийство совершил цветной. Даже если цветной убил цветного. Не угадать, так что мы никому ничего не скажем. Правда?

— Нет, сэр. Вы спасли мне жизнь, Бастер.

— Не пришлось бы этого делать, если бы я не повёл себя как осел.

— Он, должно быть, следил за мной от самого дома. Он наблюдал за нашим домом из-за Рози Мэй. Я видела его прошлой ночью. Мы с сестрой и другом тайком выскользнули из дома, чтобы поискать привидение Маргрет, и мы видели его — вроде как свет, — а потом увидели Буббу Джо. Он погнался за нами. Но мы оторвались, перебежав перед поездом и оставив его на другой стороне.

— Ты знал, что он где-то рядом?

— Да, сэр.

— Но всё равно пришёл сюда — сказать мне про работу?

— Да, сэр.

— Дурачок ты.

Я опустил голову. Несколько мгновений прошло в тишине. Потом Бастер, уже другим тоном, оживившись, произнёс:

— Тот свет на железной дороге. Я его видел. Это не привидение, паренёк.

— Тогда что это?

— Не знаю. Однажды я видел похожие огни в Марфе, в Техасе. Но что бы это ни было, это не привидение. Какой-то газ или что-то в этом роде. Чёрт, я не знаю. Но это точно не привидение.

– Вы убили его, Бастер. Он мертв.

— Ага. Он точно мёртв. Со временем он добрался бы до Рози или до кого-то из вас — кроме, может, твоего отца. Твой отец — чертовски крепкий мужик.

— Я никогда раньше не слышал, чтобы вы говорили о нем что-нибудь хорошее.

— Но ты и не слышал, чтобы я говорил о нем что-нибудь плохое.

— Нет.

— Слушай. Я вижу его таким, какой он есть. Он хороший отец. Я таким никогда не был. Он о тебе заботится. Он крут, и в городе это все знают. И в белой части, и тут, у нас, у цветных. Твоего отца знают, паренёк.

— Как?

— Люди чувствуют. Не могу объяснить как. По тому, как он себя держит. Хотя, конечно, не думаю, что он особо жалует цветных.

— Не знаю. Он помог Рози Мэй. И всё ещё помогает. Он говорит иногда вещи, которые звучат плохо, но поступает в общем-то правильно.

— Полагаю, ты прав. Он тебя точно нигде не порезал, нет?

— Нет. Он как будто изучал меня. Как будто хотел, чтобы это подольше продлилось.

— Это в его стиле. Как-то раз он у старой лесопилки дрался на ножах, и не спешил прикончить того ниггера. Исколол его всего, ударил ножом, наверное, раз пятьдесят, почти убил, сам получил немало, но ему было плевать. Был уверен, что может закончить бой в любой момент.

— А вас он не смог одолеть.

— Я застал его врасплох, да и парочку японских фокусов припас. Научили ребята, служившие в армии. И я не собирался давать ему ни единого шанса. Бросил, прижал, добил. Иначе он убил бы меня. Я был вынужден сделать так. Понимаешь, паренёк?

— Да, сэр.

Бастер посмотрел на свою рубашку. Она была вся в крови, и от дождя кровь стекла на брюки.

— Вы ранены? — спросил я.

— Его кровь. Брызнула. Я сменю рубашку.

Он снял залитую кровью рубашку и сунул ее в печь. Она загорелась. Его тощее тело было покрыто шрамами. На спине виднелись рубцы, из-за которых казалось, что под кожу ему воткнули колючую проволоку.

Он достал из коробки под кроватью свёрнутую рубашку и надел ее.

— Кто-нибудь его найдёт, да? — спросил я.

— Начинает вонять… найдут. А мы с тобой — ни слова не скажем. Так ведь?

— Да, сэр.

— Я тебе не угрожаю, паренёк. Спрашиваю как друг.

— Вы же спасли мне жизнь.

— Допустим. А твой пёс немного поранился.

— Что?

— Да ерунда. Я обработаю рану — и он будет как новенький. Чёрт, для такого крепкого пса порез — это ерунда.

Может, для Нуба порез и был ерундой, но вот спиртное — точно не было. Он укусил Бастера.

Пока моя одежда досыхала, мы перебрались к столу: я — с накинутым на плечи одеялом, Бастер — с чашкой кофе, пытаясь, как он сказал, «избавиться от последствий приступа».

Он достал проигрыватель, поставил пластинку и включил его.

— Надо отвлечься, — пояснил он. — Нельзя на этом зацикливаться.

Эта музыка была не похожа ни на что, слышанное мной раньше. Это был не рок-н-ролл, но что-то родственное.

— Это блюз, — сказал Бастер. — Биг Джо Тёрнер [49] .

Мы слушали. А пока мы слушали, я разглядывал его записи:

— Что это значит, Бастер? — спросил я.

Я имел в виду ту запись, что видел раньше: «Мать девушки».

— Это значит, что у нас, возможно, есть зацепка. Способ приоткрыть завесу тайны и посмотреть, что за ней. Откопав корни — скорее поймёшь, что это за цветок. А цветок в нашем случае — это убийства и убийцы.

— И что же вы узнали?

— Ну, вот что я знаю: мать той белой девчонки, что убили у железнодорожных путей, ещё жива — и, может, она что-то знает. Помнишь, я говорил, что был с ней знаком.

— Да, сэр.

— Я поспрашивал тех, кто точно знает, жива ли она, — и она жива. На самом деле она не такая уж старая. До сих пор живёт в том же доме.

— Я знаю, — сказал я. — Около путей, возле болота, недалеко от железнодорожного моста. Именно туда мы ходили посмотреть на привидение. Это недалеко от того места, где была убита Маргрет.

— Ты становишься первоклассным сыщиком, Стэн. Её мамаша, Винни, может, что-то и знает. Думаю, мы можем с ней поговорить. Обычно я не стал бы связываться с белой женщиной — за такое и линчевать могут. Но я знаю, кто такая Винни, и что она живет с чернокожим мужиком там, на болоте. Это злобный тип по имени Ченс. К тому же, она не совсем белая — смуглая, в ней есть мексиканская или пуэрториканская кровь, или что-то вроде того. Но я тебе уже говорил об этом.

— Мы пойдём к ней сейчас?

— Конечно, нет. Только не в такую погоду. И хотя она привыкла видеть мужчин почти без одежды, не думаю, что тебе захочется идти к ней в исподнем. Я прав?

— Да, сэр.

— А сейчас тебе нужно одеться и отправляться домой.

— Вы придёте сегодня на работу?

— Если смогу удержаться подальше от бутылки.

— Папа сказал, что если вы не придёте… он поставит меня киномехаником. Я этого не хочу.

— Знаю, что не хочешь. Ты — верный друг. А я — не очень.

— Нет никого вернее, чем вы — после того, что вы для меня сделали.

— Иди домой и больше не думай об этом. Ты тут ни в чем не виноват. А Бубба Джо был для этого мира не важнее блохи. И ещё одно — если я не делаю то, что должен, ты не должен стыдиться занять моё место. Мужик отвечает за то, что делает — и за то, чего не делает. Понимаешь?

— Да, сэр… Но, Бастер… пожалуйста, приходите.

— Приду. Я правда стараюсь держать слово, но этот старый недруг — алкоголь — иногда берёт верх. Ты когда-нибудь ходил на енота, паренёк?