Чтение онлайн

– Конечно, не скажешь, – пробасили от дверей спальни, – я уже и так сам все слышал.

Да уж. Вот об этом-то я забыл. Не иначе после того как обнаружил в одной с собой постели ненавистного коллегу, испытал, как сказал бы наш психолог, такой шок, что напрочь выкинул из головы этот прискорбный факт.

Но это было еще не все. Потому что в данный момент в мои личные апартаменты ввалился еще один коллега, декан факультета маготехнологий, который, как ни странно, единственный из ректората не участвовал во вчерашнем веселье, хотя именно под его началом учились небезызвестные «колокольчики». И вид Панфрутий имел почти невменяемый. Раскраснелся, выкатил глаза. Даже необъятный живот, казалось, стал круглее и больше. А вот традиционные для троллей крылья поникли, словно скукожились.

– Что?! – спросил я и вскочил раньше, чем сообразил, что делаю.

– Ох! – обессиленно выдохнул Тугдум и начал заваливаться.

Хорошо, что, в отличие от младшей сестры, которая в какой-то момент без спроса устроилась во втором кресле напротив меня, Лелькивен не сидел, а стоял позади нее, поэтому успел подскочить к декану чужого факультета и подхватить его. Болекейла освободила место. И Панфрутия благополучно сгрузили в кресло. Теперь рядом со мной стоял напружиненный Киндзец, которого тоже насторожило происшедшее, мы одинаково ждали, что нам скажет тролль.

– Не при них… – отдышавшись, слабо выдавил из себя тот, махнув рукой на студиозов.

– Тогда хочу сказать пару слов, прежде чем вы уйдете, – тут же влез оборотень и подозрительно покосился на меня.

Думает, буду возражать? Возможно, и буду, но не раньше, чем услышу, что он им скажет. Так что я благосклонно кивнул, поощрив его продолжать. Киндзец поднял тяжелый взгляд на брата и сестру и заявил:

– Хорошего же ты обо мне мнения, Лелькивен, если сразу не рассказал. – В голосе оборотня было столько укора, что я чуть не ухмыльнулся. Сочувственно, только сочувственно. Он слишком близко, чтобы позволить в присутствии этого солдафона явно издеваться. Конечно, с моими экспериментальными разработками в области боевой магии я его одолею. Даже не сомневаюсь в этом. Другой вопрос, какой ценой. К тому же после антипохмельного заклятия Болекейлы на меня такая благостность нашла, что прямо от самого себя тошно стало. Что-то слишком добреньким сделался. Совсем распустился!

Человеческий парнишка тут же отвел взгляд и мучительно покраснел. Ну да, стыдно ему, видите ли, а ведь если бы эта неуемная парочка – Андрей и Ирирган – не вывели их с сестрой на чистую воду… Ладно, я даже готов признать, что, несмотря на всех его предшественников, конкретно от этого психолога очень даже большая польза. И все равно меня он раздражает. А еще больше бесит его мерцающий дружок. С головой у Шутвика, или как его там на самом деле зовут, конечно, все в порядке, но эта нездоровая манера демонстрировать свое якобы превосходство… А если кто-то, например я, ни в грош не ставит все его потуги, он изыскивает такие способы доконать окончательно, что даже стыдно признаться. Снова как-то не к месту вспомнились вчерашние события. Ох, нас ведь коммандос видели. Значит, еще припомнят, я больше чем уверен. Особенно темные. Да и наши, светлые, в их компании стали не в меру языкастыми. Не пора ли на место поставить? Может, и правда объединиться со Славиком, как его Андрей называет, вдвоем будет легче отбиваться от насмешников! Так что больше никаких ухмылок. Обидно ему, видите ли, что любимый воспитанник такое явное недоверие выказал, значит, надо посочувствовать, а то меня все тянет поиздеваться да поиздеваться…

– Просто Болик не хочет, чтобы по выпуску ее выслали куда-нибудь слишком далеко от дома, – неожиданно выдал студиоз.

– Болик… эту кличку Андрей дал?

Парень кивнул.

– А ты?

– Лелик.

Выслушав сей обмен любезностями, решил вставить слово и обратился к своей студентке:

– С чего это вдруг за успехи в учебе тебя куда-то упечь грозят?

– Мы родом из Холёбаска. Там у нас мама. А если я буду слишком хороша, логично, что после выпуска по договору, который заключается со всеми целевиками, меня загонят куда-нибудь в столицу Федерации. Я так не хочу!

– И профукаешь всю карьеру?

– А вы думаете, с такой наследственностью, – она с горечью в голосе провела ладонью вдоль своего лица, – мне дадут спокойно строить эту вашу карьеру?

Да, в чем-то девочка права. Темные точно не дадут, а защитить ее до недавнего времени было некому. Только брат. Но тот невсесилен.

– Мне нужно будет встретиться с вашей матерью и обсудить перспективы твоего дальнейшего обучения. И не только мне. Это идея госпожи Земной. Так как все вундеркинды слишком юны, нам бы хотелось заручиться поддержкой родителей, – сказал я между делом.

Болекейла сдержанно кивнула.

– Тогда мы вас не задерживаем… – улыбнулся я.

– Зайдешь ко мне часа через полтора, – приказал Киндзец своему подопечному.

Тот поспешно кивнул.

– И не надо так на меня смотреть, – хмыкнул оборотень, – есть не буду, разве что надкушу слегка.

Ну надо же, у него даже чувство юмора есть! Откуда бы – у вояки?

Как только студенты ушли, мы одновременно сосредоточили все свое внимание на скорчившемся в соседнем кресле тролле. Тот глубоко вздохнул и, не поднимая глаз от своих рук, которые рассматривал с нездоровой тщательностью, тихо сказал:

– Я знаю, кто повинен в разгроме классной комнаты «колокольчиков».

– Так, – грозно протянул Ваславей. Но на большее его не хватило. Я тоже молчал. Пока мне было нечего сказать. Мы ждали продолжения. И следующая фраза надолго погрузила нас в напряженное молчание:

– Среди виновников мой племянник.

Первым откашлялся Киндзец:

– Это не тот ли тролленок, который учится на мелиоратора?

Надо же! А я и не в курсе, что у нас есть студиоз, являющийся родственником Панфрутия. Интересно, откуда тогда оборотень обо всем знает?

Тугдум кивнул и снова сник. Помолчали. Только потом тролль решился заговорить снова.

– Они же его прибьют. Особенно темные. Им же не объяснишь, что все сотворили по недомыслию.

– А еще у них там ифрит есть, – заметил я между прочим. И был полностью деморализован тем, что Киндзец… Киндзец!.. положил руку мне на плечо и с силой стиснул. Я вскинул потрясенный взгляд на нахала и запнулся, когда увидел, как тот на меня смотрит. Укоризненно, чтоб его! И как это понимать?!

– Не разжигай огонь, он и так в нем уже сгорает.

– Весьма поэтично, – ядовито прошипел я, но оборотень проигнорировал предупреждающие интонации в моем голосе и руку не убрал.

Наш поединок взглядов прервал отчаянный возглас тролля:

– И как же мне теперь быть?!

– Обаять Андрея – это единственный вариант. Объясни ему все как есть. Парень он смышленый и не лишен сочувствия. Кроме того, точно знаю, в их мире существует интересная поговорка: «Повинную голову меч не сечет». Думаю, он тебе поможет. И твоему племяшу тоже, – проговорил оборотень. После чего, не глядя на меня, разжал пальцы на моем плече. Ладно. Пусть живет. Как-нибудь в другой раз поквитаюсь.

– И где его тогда искать, не знаете?

– О! – воскликнул я и широко улыбнулся. – По идее, если они сегодня не проспали, уже должны быть на полпути к Водному краю. Эти каникулы «колокольчики» в компании классного руководителя и секретаря ректора проводят в замке Аналой. Так что пока можешь дышать спокойно.

– О да! – поддержал меня Киндзец с кривой ухмылкой на лице. – Как раз вчера ребята активно прощались со стенами университета. Даже песню на разные голоса спели.

– Песню? – недоверчиво уточнил Панфрутий, который, похоже, из-за своего страха за судьбу нерадивого родственничка пропустил все самое интересное. – И темные тоже?