Чтение онлайн

— «Тайна русалочьего народа» — это самое прекрасное, самое грязное, самое зловещее и самое бескорыстное колдовство, которое я когда-либо видел. В ней нет слов, ее нельзя прочесть, никто не знает ее настоящего содержания. Она открывается лишь тем, кто слушает свое сердце. Но то, что ждет этих дураков внутри, будет зависеть от их собственных желаний. В прошлый раз я так хотел удержать тебя, что это невероятное сокровище подарило мне «клятву вечной любви». Теперь я думаю… Каким же жестоким может быть человек? Неужели у тебя под кожей камень? Холодный камень.

— Наглец! — возмутился Шэн Линъюань.

— О да, я наглец, — фальшиво улыбнувшись, ответил Сюань Цзи. — Так давай же, накажи меня за преступные мысли! Накажи по всей строгости закона, убей меня, и «клятва вечной любви» исчезнет сама собой.

— Странно, в детстве мы не заставляли тебя читать книги, и ты не умел так складно говорить. Какие-то безумцы сговорились и назвали это «клятвой вечной любви», а тебе хватает наглости называть так свой эгоизм, — слова Шэн Линъюаня были острыми, как нож. — Какое совпадение, не правда ли?

— Хорошо, Ваше Величество, я действительно эгоист. Но ты можешь это прекратить.

— Мы избаловали тебя!

— Неужели? Вы так добры ко мне, Ваше Величество. Потому-то вы обманом влезли в мою голову, чтобы увидеть «тайну русалочьего народа»?! Но ничего, я сделаю все сам. Если я умру, хуже уже не будет. Смирите свой гнев, вам даже не придется убивать девять поколений моей семьи. К счастью для вас, они давно вымерли. Как динозавры. В нашем домашнем реестре один единственный холостяк и гнилые кости. Так что, можете делать со мной все, что захотите. Можете содрать с меня шкуру, сварить на пару или обжарить в соевом соусе...

В руках Шэн Линъюаня собрался черный туман. Он взвился вверх, намереваясь отвесить наглецу пощечину.

Сюань Цзи знал, что Его Величество собирался сделать, связь между ними еще не разрушилась. Однако он не спрятался и не увернулся. Юноша встал ровно и с самым безразличным1 видом закончил свою речь:

1 ??????? (sizhu bupa kaishui tang) — букв. мертвая свинья ошпариться не боится (обр. все равно, быть безразличным к чему-либо).

— Мне без разницы, что ты сделаешь, «клятва вечной любви» односторонняя, даже если разорвешь меня на куски, тебе все равно не будет больно.

Сгусток черного тумана рванулся вперед и рассеялся без следа у кончика его носа.

Они находились друг от друга на расстоянии вытянутой руки, но в чайном домике царила мертвая тишина.

Шэн Линъюань был злее, чем три разъяренных демона. В ответ на его недовольство, к Его Величеству снова вернулась мигрень. В конце концов, он зашатался и впился пальцами в столешницу.

Но связь никуда не делась. Сюань Цзи вздохнул, и весь его гнев тут же улетучился. Он протянул руку, желая помочь, но внезапно остановился на полпути. Усмешка сползла с его лица, и юноша заметно помрачнел.

Дождавшись, когда боль отступит, и Шэн Линъюань снова сможет дышать, Сюань Цзи сказал:

— Линъюань, ты настолько привык к роли императора и деспота, что ничье мнение больше не имеет для тебя значения. Перед тобой нет никого… и меня нет, верно? Кто я для тебя? Домашнее животное? Линъюань, иногда я думаю...

Неужели все, что между нами было, осталось в прошлом? Неужели у нас нет будущего?

Но не успел он договорить, как со стороны Шэн Линъюаня до него донеслось странное чувство. Сюань Цзи резко вскинул голову:

— Что ты делаешь?!

— Что ты там говорил? — ахнул Шэн Линъюань, его ресницы задрожали, и капли холодного пота скатились вниз, почти заливая ему глаза, — что я могу… это прекратить?

Темная энергия демона небес медленно стекалась к его груди, обволакивая сердце и сосуды. Сердце, которое так и не успело полностью прижиться. Однажды он уже избавился от него, во второй раз все должно быть намного проще.

Шэн Линъюань с трудом оперся на стол. Его кожа казалась почти прозрачной.

— Я считаю, что так будет правильней. Ведь эта твоя «клятва вечной любви»… держится на том, что в наших жилах течет кровь Чжу-Цюэ?

«Клятва вечной любви» породила нити, что «сшили» их вместе. Эти нити брали свое начало в сердце Сюань Цзи, и кровь Чжу-Цюэ служила им посредником. Без этого условия, с кем еще демон мог заключить такую «сделку»?

Сюань Цзи с ужасом почувствовал, как тонкие нити внутри Шэн Линъюаня натянулись, рискуя быть вырванными с корнем. Он не блефовал.

Это дьявол говорил, что «к словам императора стоит относиться серьезно». Но это ведь чушь! Он редко сдерживал свои обещания, но никогда не сыпал пустыми угрозами.

Сюань Цзи резко изменился в лице, безразличие сменилось ужасом.

— Стой! Остановись! — сорвавшимся голосом закричал он.

Сюань Цзи протянул руки и схватил повисшие в воздухе нити. Невидимый шелк тут же окрасил алым его ладони.

Вот она, истинная суть «клятвы вечной любви». Перепачканный кровью, он тщетно пытался вернуть их Шэн Линъюаню. Но Его Величество отверг собственное сердце. Стоя среди бурного потока, Сюань Цзи только и мог, что хвататься за мелькающий в волнах плавник. Но все его усилия оказались напрасными.

Когда-то у них было одно на двоих тело, но теперь они могли делиться друг с другом лишь некоторыми, весьма поверхностными мыслями, например о том, как тяжела чужая ноша или о собственном самочувствии. Но что до настоящей боли… теперь один мог узнать о ней лишь основываясь на реакции другого. Больше они не могли ее разделить. Кроме того, построенная на крови связь почти исчерпала себя.

Сюань Цзи понятия не имел, что чувствовал Шэн Линъюань. Он видел лишь, как тот стоял на одном колене, держась рукой за стену чайного домика. Но его лицо ничего не выражало. Оно было таким же, как в тот день, когда Его Величество шагнул в огненную бездну Чиюань.

Это сумасшедший все еще смеялся. Он ответил Сюань Цзи его же словами:

— Если можешь… то… сшей этим мое тело… тело демона небес…

Сюань Цзи схватился за грудь.

— Шэн Линъюань, какой же ты ублюдок!

Дыхание Шэн Линъюаня стало поверхностным. Без воздуха он с трудом мог говорить, его голос был очень тихим, но слова, что срывались с его губ, казались пугающе четкими:

— Мы что, первый день знакомы?

— Прошу, не делай этого... Не делай этого, остановись!