Торжество матери
Шрифт:
Живая вода, мертвая вода, зеркало мира, зеркало гнева… Разные голоса говорили хором призрачным шепотом, голоса из косы повторяли слова снова и снова. Живая вода, мертвая вода, зеркало мира, зеркало гнева…
…зеркало мира…
…мертвая вода…
…мира, зеркало гнева…
Дрожащая рука взлетела ко лбу. Она потерла висок. Было так сильно, шепот становился настойчивее, громче, тучи разверзлись, пролились тяжелыми каплями дождя.
…вода, мертвая вода, зеркало…
…гнева… Живая вода…
Она нахмурилась, зажмурилась до боли, но голоса не отступали. Коса… Сестры, матери говорили с ней. Сестры и матери, их мудрость. Жницы Мокоши.
Она открыла глаза, флакон был в одной руке, коса в другой, и дождь замедлил падение, слезы застыли во времени. Большая капля ударилась о плечо перед ней так медленно, что превратилась в цветок из воды.
Ее губы двигались сами по себе.
— Живая вода, мертвая вода, зеркало мира, зеркало гнева… — повторяла она заклинание снова и снова, добавляя голос волнам шепота.
Серое небо вонзило неровный клинок молнии в землю, прямо в центр круга, и черный дым поднялся в воздух. И снова. И снова.
По толпе разлетелись крики.
Дождь лился с разъяренных туч.
Вода поднималась за толпой с дороги, с земли, занавес капель тянулся в обратную сторону.
Дрожащие пальцы указывали на нее, но она смотрела на растущую стену воды за толпой, капли объединялись, становясь меняющимся телом воды. Она пошла туда, и толпа расступалась, некоторые убегали, другие пятились, многие падали на колени.
В голове ее звучал шепот, бушуя как побеспокоенное озеро в грозу, как стена воды перед ней. Она мерцала, отражая темные тени и убегающие фигуры, размытые картинки восстанавливались, обновлялись…
Снова ударила молния. Стена понеслась к ней и толпе как бурная река.
Бригида уперла древко косы в землю, встав лицом к потоку.
Бусины дождя стучали по ее лицу, опережая бушующую реку, ломающую ветки и поглощающую дорогу.
Сглотнув, Бригида осталась на ее пути.
А река неслась, неслась, неслась…
Вода разделилась перед ее лицом на две силы, которые ревели по бокам от нее и толпы.
Бригида не двигалась, пока вода текла, а собравшиеся люди тихо молились и рыдали. Вода медленно успокаивалась, стала ручьями, тонкие струйки на дороге впитывались в землю.
Воцарилась зловещая и напряженная тишина.
Бригида использовала магию, и гнев крови уже помогал ей раньше, но не так. Не с такой силой, не с таким заклинанием. Она посмотрела на свою руку на косе. Шепот утихал, но что-то в этих голосах придало ей сил, когда это было нужно. Это было новым, она это еще не понимала, но время разобраться еще будет.
Она выдохнула с дрожью и облегчением, взяла себя в руки и повернулась к жителям.
Милая женщина смотрела на нее большими глазами, раскрыв рот. В одной руке она сжимала нож — ладонь так дрожала, что он выпал на влажную землю — а в другой — рубашку мужчины. Каспиана.
Он был в шоке, как и женщина, моргнул. Его лицо было грязным, светлые волосы спутались. Его руки тянулись вниз, он прикрывался ниже пояса ладонями, как мог.
Бригида кашлянула и повернулась на остальных жителях, спешащих в панике выразить благодарность за то, что они не попали в загробный мир Велеса после водного удара Мокоши.
— Разойдитесь, — приказала она с уверенностью, которую не ощущала. — Вы мешаете работе Святой Мокоши.
— Ты защищаешь эту мерзость? — спросила женщина.
— Святая Мокоша еще не обнаружила убийцу, — парировала Бригида, глядя на женщину прямо, хоть все внутри дрожало. — По какому праву вы выносите приговор?
Многие смотрели на нее, кивали и тихо извинялись. Все, даже женщина с ножом, ушли, кроме Каспиана и хорошо сложенного юноши со светло-карими глазами.
Каспиан спиной к ней поспешил поправить одежду, подобрал свой сапог в грязи, и Бригида отвела взгляд от его зада. Зада с хорошими формами, насколько могла судить та, кто ни разу не видел обнаженного мужчину.
Она прикусила губу.
— Каспиан, — сказал другой юноша тихим и мягким голосом, — ты познакомишь меня со своей подругой? — он стряхнул грязь с грубо сотканной белой рубахи и серых штанов, повернулся и закинул руку на плечи Каспиана.
— Бригида, — сказал Каспиан, кашлянул и посмотрел на миг в ее глаза. — Это Стефан, — он указал большим пальцем на другого юношу.
— Приятно познакомиться, — Стефан низко поклонился, приподнял с любопытством бровь. Его глаза сияли, словно он ждал момента для шутки.
Она открыла рот, чтобы ответить, но в центре вытоптанной грязи, посреди катастрофы… Она покачала головой, глядя на Каспиана.
— Как это случилось?
— И я задавался этим вопросом, — Стефан изобразил тяжкий вздох. — Мой замученный друг рисковал тут жизнью, конечностями и очень важным органом, чтобы найти убийцу Роксаны.
Каспиан мрачно посмотрел на него, но улыбка Стефана стала только шире.
— Думаю, Дариуш может быть связанным со смертью Роксаны, — сказал Каспиан, скрестив руки и потирая ладонью лоб. — Он пришел утром в замок, предлагая свою дочь для брака. Если мои родители согласятся, ему будет выгодно. Он хотел пустить свой скот на нашу землю, сколько я помню.
Если так, то у Дариуша были мотивы помимо интереса к девушкам, на который намекала Нина.
— Но ты шел в дом Роксаны? — она сама шла туда, чтобы допросить мужчину, с которым Нина встречалась у ограды на границе. Он тоже был на празднике, мог увидеть больше, чем она. — Почему туда?
Каспиан закрыл глаза и выдохнул.
— Деревня верит, что я… сделал это, — он потер глаза и поймал ее взгляд. — Я бы никогда. Я проводил ее домой в ту ночь и надеялся найти кого-то у нее дома, кто сможет подтвердить это. Может, кто-то видел, как она уходила, или как Дариуш прибыл.
Полезная информация. И если он не хотел погибнуть, ему стоило пойти с ней.
— Может, нам пойти туда вместе?
Он приподнял брови, взгляд был мягким, но через миг он отвернулся.
— Думаю, нам лучше не…
Стефан зажал рукой рот Каспиана.
— Так хочешь лишиться мужественности? Она прогнала ту толпу. Она может нас защитить, — прошептал он Каспиану, а потом повернулся к ней с заискивающей улыбкой. — Мой друг хотел сказать, что, конечно, нам стоит пойти туда вместе.