Чтение онлайн

— Что? — я улыбаюсь как идиот и глажу ее по волосам, вдыхаю родной запах.

— Ко мне даже никто не пришел, никто не поговорил.

— Все, Бемби, я рядом, успокойся. Отец просто проверял нас.

Ольга отстраняется от меня, но обнимать на перестает, лишь заглядывает в лицо:

— Он все знает о нас, да?

— Да, Оль.

— И что сказал? — спрашивает с замиранием сердца.

— Сказал, убьет меня, если я обижу тебя.

— И все? — пищит она.

— Да, — произношу на выдохе.

Оля смотрит на меня внимательно, и ее глаза начинают блестеть от счастья.

— Я знаю, что ты никогда не обидишь меня, Марат.

— Я люблю тебя, Бемби, — говорю ей.

— Знаю, — шепчет она. — И я люблю тебя.

Оля опускает губы на мои и целует. Нежно, едва касаясь кожи, чтобы не задеть разбитые губы. Таких поцелуев у нас еще не было. Тихих, спокойных, неспешных. Когда ты знаешь, что весь мир реально подождет. Когда видишь двух девчонок, бегущих тебе навстречу и заливисто смеющихся. Когда чувствуешь запах яблок и толчок ребенка в животе любимой.

— Кхм, — раздается в дверях, и мы прерываем поцелуй. — Вы бы хоть постеснялись.

Стас хмыкает и обводит взглядом комнату, присвистывая и шокированно поднимая брови.

— Ну, дочь, перестановку решила сделать?

— Ага, — счастливо улыбается она, спускается с моих колен и подходит к отцу.

Обнимает его и прижимается головой к груди.

Я слышу ее тихое: «спасибо, пап» и вижу потрясение на лице Стаса. Я впервые вижу, что отец и дочь обнимаются. Не удивлюсь, если это в действительности их первый контакт за очень долгое время.

Я висну на Марате как обезьянка. Не могу отойти от него ни на шаг. Мне попросту страшно, что я проснусь и все это окажется сном.

Те сутки, что я провела в одиночестве, были ужасны.

Я злилась, кричала, плакала, плевалась, бросала в дверь все, что попадало под руку, угрожала перерезать себе вены и в конечном итоге загнала себя в паническое состояние.

Ко мне не приходил никто, кроме Надежды Константиновны. Видя ее, боязливо косящуюся на меня, я старалась быть спокойнее — ведь она абсолютно ни в чем не виновата и наверняка понятия не имеет о том, что вообще происходит. Я ограничивалась только шквалом вопросов, на которые не получала ответов.

Надежда Константиновна с сочувствием объясняла мне, что не знает совершенно ничего, и уходила.

Я целый день провела как на иголках. Всю ночь выглядывала в окна в надежде увидеть хоть что-то, но ворота были закрыты, никто не приезжал и не уезжал.

Я ждала, что ко мне зайдет отец, но его не было, и за эти сутки я придумала тираду из трехэтажного мата, чтобы обложить им Стаса, как только он появится в дверях моей комнаты.

В итоге, когда это случилось, я просто заплакала на его груди от облегчения.

Втроем мы заходим в кабинет. Не выпуская моей руки, Марат ведет меня и усаживает на диванчик, сам садится рядом.

Отец проходит к своему столу и садится. Окидывает нас тяжелым взглядом, а потом хмыкает.

— Итак, Ольга, расскажи-ка мне: чем ты думала, когда садилась в тачку к незнакомому типу посреди ночи. Мало того, что села, так еще и поехала к нему домой. Ты вообще соображала, дочь?

В голосе Стаса нет злости, только досада и разочарование. Он даже недовольно качает головой. Пока до меня доходит смысл вопроса, Марат усмехается.

— Так ты с самого начала знал о нас? — шокированно открываю рот.

— А ты думала, что такая деловая колбаса — обдурила взрослых спецназовцев и дала деру? — улыбка на его лице теплеет, и взгляд становится мягче.

— М-м-м, — тяну я, — вообще-то, я сбежала из дома. А твои взрослые спецназовцы где были?

— Туше, — кивает Стас. — Так что, Оль? Давай.

— А что давать-то? — я чувствую, что начинаю заводиться. — Сбежала, попала в плохую компанию, а тут Марат. Все.

— Ну, к тебе как раз вопросов по тому вечеру нет, Яд, — Стас разводит руки, сдаваясь.

— Вопросов нет, но я тебе отвечу и без них. Я реально тогда и пальцем ее не тронул. У меня тут другой вопрос, Босс: где были твои бойцы, когда Олю два уеб… — косится на меня и откашливается, — два мудака тащили?

— Это был мой приказ, Марат, — отвечает Стас и хмурится. — Она должна была получить заслуженный урок. Если бы ты не вернулся за ней, они бы все разрулили, напрочь отбив у Ольги всякое желание сбегать вновь.

— Ну знаешь, отец… — я ближе прижимаюсь к Марату, и тот обнимает меня за плечи, притягивает к себе.

— То, что вы оба оказались в одном и том же месте в одно и то же время — совпадение, — отец откидывается на спинку кресла, складывает руки в замок и кладет их на столешницу. — По жизни я привык полагаться на чутье. И в этот раз оно меня не подвело. Меня держали в курсе событий в режиме онлайн. Когда сообщили, что вы приехали в твой дом, Марат, у меня был выбор: отметелить тебя или посмотреть, что из этого получится.

— В итоге ты и посмотрел, и меня отметелил, — Марата все это начинает забавлять.

— Не без этого, — кивает Стас. — Хотя какое там отметелил. Так, помял немного.

— Да у него все лицо разбито! — выкрикиваю я.

— Все нормально, Оль, — Марат сжимает мое плечо.

Я оборачиваюсь и смотрю на него. Яд улыбается, в глазах играет озорной огонек, да и сам он выглядит счастливым.

— Хотя от еды я бы не отказался, — признается он.

— Закончим, и поешь, — благосклонно кивает отец.

— Как давно ты знаешь, что мы… — я обрываю себя на полуслове.

— Что вы кувыркаетесь за моей спиной? — спрашивает Стас, а у меня щеки заливаются краской. — Дочь, если ты еще не поняла, я узнавал все о вас сразу же. Во-первых, конспираторы вы, конечно, хреновые. На ваши лица достаточно было посмотреть, чтобы все понять. А, во-вторых, камеры и прослушку никто не отменял.

— Ты что же, видел, как мы?.. — о боже, только не это.

Стас кривится и поднимает руки:

— Боже упаси! Камеры стоят везде, кроме ваших комнат.

— Раз ты, Босс, все знал, почему не остановил? Я определенно никогда не был кандидатом в женихи твоей дочери, — спрашивает Марат и вперивается в отца взглядом.

— А вот это самый правильный вопрос, Марат, — Стас замолкает и внимательно смотрит на него. — На самом деле, у меня в голове план созрел давно. Но, к счастью, мне не пришлось прибегать к нему.