Тот, кто отражается в зеркале
Шрифт:
– Это трико...
– он указал на свою ногу.
– Вам оно ничего не напоминает?
– Еще бы!
– я вздохнул.
– Напоминает.
– Вот и мне тоже.
– И он снова замолчал.
– Послушайте, - раздраженно сказал я.
– Или вы объясните зачем пришли, или...
– Да, да, я объясню, - заторопился он.
– Минутку, дайте мне собраться с мыслями.
Я снова пожал плечами, устроился поудобнее в кресле. Вообще все происходящее не должно было мне нравиться, но, почему-то, нравилось. Меня забавляло приключение с зеркалом. Особенно когда я вспоминал, какой страх охватил меня, когда я понял, что застрял в зазеркалье как джинн в бутылке. Вообще-то я человек реалистический, всякие там потусторонние штучки, магия, полтергейсты и телекинезы для меня всегда были как зеленые человечки кто-то там их видел, но существуют ли они на самом деле?
– скорее всего нет. А тут... Что же это было? - Галлюцинация, - неожиданно сказал Валентин. - Что, простите? - Галлюцинация, - повторил Валентин.
– Вы спросили, что это было, я ответил. - Я что, думал вслух? - А? Не знаю. Наверное. Я услышал. - Галлюцинация, говорите? Интересная мысль. - Вот вы вспомните, как вы здесь оказались?
– Как, как... Сайт в интернете... Заработок... Необременительная работа... Приезжайте... Адрес... - И вы поехали.
– И я поехал. Вот сейчас вдруг понял, что это было глупо. Но тогда почему-то это не казалось мне глупым. Мне очень нужны деньги.
– Всем нужны деньги, - он кивнул.
– Не так уж это было и глупо. Вполне возможно, что вам заплатят. Даже очень возможно.
– Постойте!
– я даже привстал.
– Этот замок... Картинка была на сайте! Так что же, это все - галлюцинация? - Вся наша жизнь - чья-то галлюцинация.
– Вот как? А вот например, моя жизнь - это чья галлюцинация?
– Не знаю, - Валентин пожал плечами, поднял на меня глаза.
– Но не думаю, что ваша. Я был потрясен. Вот так-так... - Ну и чья же тогда?
– Не знаю, - повторил он.
– Это трудно установить. Можно, но трудно. Вам это надо?
– Надо, представьте себе. Если я кому-то снюсь, то мне хотелось бы знать - кому. - Не снитесь, - поправил он.
– Сон - это совсем другое.
– Понимаю. И все-таки обидно - почему это моя жизнь не плод моей собственной галлюцинации?
– Ну, во-первых потому, что ваша жизнь - плод галлюцинаций большого числа людей. Другое дело, что влияние многих на вашу жизнь достаточно мало, и только один-два человека могут оказывать на нее достаточно сильное воздействие, причем вовсе необязательно, что это близкие вам люди, вы можете их даже и не знать. А во-вторых, если ваша жизнь была бы плодом только вашей галлюцинации, ваши желания исполнялись бы с пугающей быстротой. Ну, а поскольку этого не происходит...
– ведь не происходит же?
– вот видите... - Как-то это... унизительно.
– Унизительно? Ну, не более, чем допущение, что всей вашей жизнью управляет Бог. - Бог - это совсем не унизительно.
– Может быть. Кому как. - Послушайте, а что ВЫ здесь делаете?
– Я?
– задумался Валентин.
– Если бы знать. Боюсь, я - плод вашей галлюцинации. - А остальные? - И остальные тоже. Может быть. Впрочем, я не уверен. - А можно ли воздействовать на чужие галлюцинации? - Попробуйте. Только будьте осторожны, умоляю вас.
Он снова надолго замолчал, потом вдруг вскинул голову, огляделся, пробормотал какие-то извинения и вышел.
– Какие-то у меня недоделанные галлюцинации, - сказал я себе.
– Хотя нет, я не прав. Вот эта комната, да и замок вообще - вполне доделанная и устойчивая галлюцинация. Только вот моя ли? Это несправедливо - мои галлюцинации недоделанные, а чьи-то - доделанные. Да ну! Все вздор! Какие галлюцинации! Бред какой-то! Обидно как-то чувствовать себя плодом галлюцинации. Хотя... Если разобраться...
Но разбираться не хотелось. Хотелось спать... Да, вот уснешь и что-нибудь стрясется, и обязательно неприятное.
Однако ничего неприятного не произошло. Не произошло вообще ничего. Я проснулся ранним утром, подошел к окну, больше похожему на бойницу, посмотрел наружу. Светло. Тепло. Лето, словом. Пришла неожиданная мысль: а какое сегодня число?
– Дворецкий!
– позвал я, потом увидел на стене шнурок звонка, позвонил. Дворецкий явился через полминуты.
– Сэр?
– Какое сегодня число?
– Пятнадцатое июля, сэр.
– Я так и думал. Спасибо.
– Я действительно так и думал. Я приехал сюда двенадцатого, и прошло уже три дня.
– А теперь отведите меня к хозяину. Или к хозяйке. - Следуйте за мной, сэр.
Вот так легко? Какого же черта он не сделал этого раньше? Хм, а я его об этом просил? Мы прошли по лабиринту коридоров, лестниц, переходов, мимо многочисленных дверей (я подумал, что даже под страхом смерти не запомню дорогу) и оказались перед массивной резной дверью трехметровой высоты, в которую дворецкий осторожно постучал. Никто не отозвался. Тогда дворецкий сказал:
– Ладно, не будем ломать комедию. Входите! Да входите же! Вы хотели видеть хозяина, и вы его видите перед собой. - Вы?! - Да. А что, не похож? - Не очень. - Ну, это не существенно. Входите же!
Я повиновался. Мы вошли в запущенную, запыленную комнату, огромную, как зал для танцев. Всю обстановку составляли два глубоких кресла, в которые мы уселись друг против друга. - Вас удивляет обстановка?
– спросил хозяин. - Немного. - Сами виноваты. - ??? - Ну конечно. Эта комната - плод вашего воображения.
– Вот как... Знаете, мне кажется, что мое воображение что-то не очень. Гости, например. Они какие-то странные... Теперь еще эта комната.
– Да нет, с воображением у вас все в порядке, - улыбнулся хозяин. Даже более чем, я бы сказал. Этот замок - очень удачно получилось. Да и гости тоже. - А вы?
– осторожно поинтересовался я.
– Я? Нет, тут не вы постарались.
– Он усмехнулся.
– Впрочем, вы тоже приложили ко мне руку, на самом деле я немного не такой, может быть даже совсем не такой. Вы сделали меня чопорным, английским каким-то, наверное так выглядел Бэрримор из Баскервиль-холла.
– Послушайте... Но вот эта дурацкая черная месса... Ее тоже я придумал?
– Нет, тут накладочка вышла. Вы уж не сердитесь.
– Да я не сержусь. Хотя грудь до сих пор болит. А история с Яорой? - Какой Яорой? Ах, Яора... Ее зовут Мария, кстати. Это вам подарок. В качестве утешения.
– А этот... Который отражается в зеркале?
– А, он глупец. То, на что вам потребовалось несколько часов, он осилил только через сто лет. Не обращайте на него внимания. Только впредь будьте поосторожнее и не заходите в зазеркалье. Впрочем, трудно сказать, с какой стороны зеркала находится зазеркалье. Кстати, стоимость зеркала придется вычесть из вашего жалованья, вы уж не обессудьте. - Так мне все-таки заплатят? - А вы сомневались? Заплатят. - А дорогое ли зеркало?
– Ну, если его продавать на аукционе, да еще с тем, кто в нем отражается, думаю, тысяч на пятнадцать долларов оно потянет. - Вот это да!