Чтение онлайн

— Ну как, впечатляет? — раздуваясь от гордости, вопросил Царь. — Без лишней скромности признаюсь: моих рук дело. Все для гостьи дорогой! Но нас, кажется, уже встречают, — добавил он, указывая на крыльцо, где из дверей появились женщина и ребёнок.

Тяжелая дубовая дверь с бронзовой ручкой в виде львиной морды сама собой открылась, приглашая хозяев и гостей в уютный холл с расставленными вдоль стен кожаными креслами, фикусами в кадках и журчащим в центре фонтаном. Проходя в распахнутую дверь, Ксения недоверчиво покосилась не львиную морду, а та в ответ лязгнула зубами и глухо зарычала, так что девочка от неожиданности шарахнулась в сторону.

— Рекс, спокойно, это свои! — прикрикнул строго Николай, а Ксения подумала: что же это за школа, где даже дверные ручки норовят тяпнуть тебя за руку? И кто кого собирается здесь учить? И, главное, чему? Впрочем, это вскоре выяснилось, когда они под переливчатые трели звонка, исполняющего что-то неуловимо знакомое из классического репертуара, вступили в классную комнату.

— Твое место там, — кивнул Николай Ксении на кафедру из полированного красного дерева. Школа не переставала удивлять: классная доска вдруг превратилась в экран, и с экрана дурашливая компания клоунов сипло затянула: «Вас участники программы будут грамоте учить, если не забыли мамы телевизоры включить. АБВГДейка, АБВГДейка — это учеба и игра, АБВГДейка, АБВГДейка, азбуку детям знать пора!» Экран щелкнул и погас, снова обратившись немой доской, на которой теперь цветными мелками, с вензелями и завитушками было затейливо выведено: «Привет участникам соревнований!» Интересно, никогда не представляла себя в роли школьной учительницы, подумала Ксения.

— Я так понимаю, что мне придется учить вашего Сына? — почтительно обратилась она к молчаливо сидящей рядом с мальчиком лет шести женщине. Та кивнула. — И именно грамоте? То есть, начиная с самых азов? — Та снова безмолвно склонила голову.

— Понимаешь ли, принцесса, мы, конечно, впитали в себя весь объем информации, полученный нами от поглощённых людей, вплоть до подсознательного уровня, то есть все, что они когда-либо видели и слышали, в том числе все прочитанные ими книги, но не всё сумели интерпретировать. В том числе и из-за элементарного незнания грамоты, — пояснил Николай.

— Многие знания — многие печали, — заметила Ксения как бы про себя. — Ну что же, начнем.

Пока Ксения преподавала своим странным ученикам основы грамматики, начиная с азбуки и первых слов, читаемых по слогам, она не переставала за ними следить. Все трое уселись за первый длинный стол, заменяющий парты, вооружились тетрадями и ручками и старательно выводили на бумаге неловкие каракули. Между прочим новоявленная учительница замечала краем глаза, боковым зрением, — стоило отвести взгляд — причудливые метаморфозы, с ними происходящие. То они выглядели как обыкновенные люди, то вдруг начинали мерцать, растворяться, терять чёткость очертаний, сливаться в единое трёхголовое целое, пятная тетради и крышку стола неряшливыми потёками зелёной слизи, чавкали и хлюпали, чем выводили Ксению из себя. Очень уж непросто выступать перед подобной аудиторией! Тогда девочка стучала указкой по кафедре и повышала голос:

— Соберитесь! Прошу внимания! — И тогда ученики прекращали на время свои выкрутасы и безобразия.

— Нет, решительно невозможно продолжать занятия в подобных условиях! — сокрушённо вздохнула девочка, дойдя до хрестоматийного «Мама мыла раму». Дело в том, что к её троим ученикам незаметно присоединились Водяные, занявшие задние столы. Как обычно, они явились в облике солдат химвзвода, облачённые в неизменные спецкостюмы и противогазы, во главе с офицером. Так эти нерадивые и непрошенные ученички занимались вообще чёрт знает чем! Солдаты постоянно засыпали, роняли на пол ручки и тетради, а то и сами валились со стульев, и тогда офицер заставлял их либо приседать, либо отжиматься от пола, чтобы прогнать предательскую дрёму. А один из солдат так вообще проводил на «камчатке» вивисекторские опыты над лягушками, для чего взгромоздил на стол целый аквариум с этими безобидными земноводными. Зычные офицерские команды: «Лечь — встать!», громкое кваканье испуганных лягушек с задней парты, — всё это создавало непереносимую какофонию звуков.

— Ваше величество, распорядитесь очистить помещение от посторонних! — потребовала Ксения. Царь подозвал к себе офицера и что-то негромко, но сердито начал ему выговаривать. Тот козырнул в ответ, щёлкнул каблуками и, круто повернувшись кругом, зычно скомандовал:

— Взвод! Слушай мою команду! Встать! Смирно! На выход! С песней! Шагом! Марш!

Солдаты, не снимая противогазов, забубнили под масками что-то бодрое и ритмичное, должно быть, один из военных маршей Шаинского, принятых на вооружение Советской Армией, и дружно потянулись к выходу.

Когда заминка была благополучно преодолена, урок продолжился. И тут Ксения решилась на то, ради чего, собственно, и пустилась в виртуальное путешествие с полоумным монархом:

— Теперь, когда моя миссия выполнена, и вы овладели азами грамоты, позвольте пару слов от себя.

Мамаша Фиолетовой Троицы все так же величественно и молчаливо кивнула.

— Сложно подобрать нужные слова, — робко начала Ксения, — но раз уж мне довелось повстречаться с вами, то считаю своим долгом сказать вот что. Впервые в истории человечества произошла встреча с иным разумом, порожденным самим же человечеством. И весьма прискорбно, что встреча эта повлекла за собой столь трагические результаты. Ведь мы могли бы вполне мирно сосуществовать, причем на взаимовыгодных условиях. Наверное, для этого нужно не так много: добрая воля, терпение и взаимопонимание, — Ксения тяжело перевела дух. Вот, оказывается, как непросто быть представителем человечества на переговорах с иным разумом.

— А теперь послушай меня, человеческая девочка, — Мать впервые с начала их рандеву произнесла слово, и голос ее, какой-то тягучий и квакающий, гулко раскатился в тишине классной комнаты. — Мне понятны твои позиции. И вот что я — мы, — поправилась она, потрепав Сына по плечу, — думаем по этому поводу. Нам абсолютно безразлична судьба человечества, породившего нас, как ты справедливо заметила. Но разве можно назвать это сообщество живых организмов вполне разумным? Боюсь, что нет. И даже самим фактом своего существования мы обязаны трагической случайности. Вспомни-ка, виной всему новый вид бактериологического оружия, созданного, заметь, для уничтожения себе подобных. Мы, в отличие от вас, не позволяем себе столь нелогичных поступков, все наши действия подчинены определённой рациональной цели.

— Так, стало быть, цель оправдывает средства?

— Да, конечно. И придумали это не мы, а немногие разумные особи пресловутого человечества. В нас вообще нет ничего такого, чего бы не было в вас. Только используем мы свой потенциал, в отличие от вас, вполне рационально.

— И какова же ваша цель?

— На данном этапе — мировое господство.

— А как же люди?

— Люди для нас — не более чем игрушки для развлечения моего Сына.

— Значит, мировое господство?

— Да, именно так. Развитие возможностей, освоение новых источников энергии, покорение пространства и времени, познание окружающего мира…

— Путем его уничтожения?

— Путем его изменения. Разве ты можешь назвать цель более достойную? Разве не этим же занимаетесь вы?

Ксения на минутку задумалась и решила использовать последний козырь, бывший в ее распоряжении:

— Но есть существо и могущественнее, и гуманнее и вас, и нас. Это Бог. Две тысяч лет назад Он послал в мир Своего Сына. Сын погиб на кресте и искупил все грехи человеческие.

— Знаем, слышали… По нашему разумению, это досужие домыслы, сказочки для недалеких людей.

— Тогда прочтите вот это, — и Ксения извлекла из кафедры Библию, вызванную к жизни силой ее воображения. Все возможно в виртуальном мире, в этом лучшем из миров. Ксения протянула увесистый том в черном переплете Мамаше, та, в свою очередь, передала ее Сынку. Тот недоуменно повертел книгу в руках, затем разинул пасть и принялся с хрустом жевать переплет и страницы.

— Офень вкуфно, — промямлил он набитым ртом, а потом вдруг икнул, состроил плаксивую гримасу и заорал благим матом: — Мамочка, мамочка! У меня животик болит!