Чтение онлайн

– Подумаешь, – перебила ее Туся. – Мне вот, например, сны каждый день снятся. И по нескольку штук. И все цветные.

– Эго был особенный сон, – настаивала Лиза. – все было, как наяву.

Иона рассказала подруге про свою встречу с незнакомцем.

– Ух ты, – оживилась Туся. – Он был высокий? Брюнет?

Лиза покачала головой.

– Я так и не смогла к нему приблизиться, но кажется, он был небольшого роста и волосы светлые, на прямой пробор, вроде как каре…

– Не мой тип. – Туся потеряла всякий интерес. – Мне такие не нравятся.

– А как ты думаешь, – Лиза пропустила ее замечание мимо ушей, – почему нам снятся незнакомые люди?

– Не знаю. – Туся пожала плечами. – Может быть, ты когда-нибудь видела такого парня, и твое подсознание его запомнило, а потом выдало во сне. – Нет, я его никогда не видела, – сказала Лиза. – А интересно, если ты видишь сон о чужом человеке, значит, он существует?

– Может, и существует. – Туся не отрывала взгляда от новых туфель. – Говорят, нельзя придумать ничего такого, чего бы не было на самом деле.

– А он, ну, этот человек… Может, он тоже видит сон о тебе?

– Может, и видит. – Туся то соединяла, то разъединяла мыски туфель. – Только вряд ли. И вообще не понимаю, почему этот сон так тебя потряс? Ты бы лучше по сторонам смотрела – вон, новенький в класс пришел, его тут же Малышева захомутала. А мы с тобой так и состаримся в одиночестве.

Лиза очень любила Тусю, но иногда ей казалось, что та совсем ее не понимает.

– Ладно, пошли на урок, – сказала она, поднимаясь. – Опять нас ругать будут. Надоело.

– Легко сказать пошли! – Туся сделала несколько шагов, и Лиза заметила, что она действительно прихрамывает. – Ну и пусть ругают, все равно быстрее не могу.

Лиза вздохнула, подставила Тусе локоть, и та благодарно оперлась на подругу. Со стороны они выглядели, как ветераны войны 1812 года, идущие с поля, боя, но на урок они успели вовремя. Вернее, раньше учителя.

Дверь порывисто открылась, и на пороге появилась, Людмила Сергеевна Кошкина, завуч школы. Она оглядела класс и поздоровалась кивком головы.

– Садитесь, – сквозь зубы произнесла она.

– Сейчас, наверное, какую-нибудь гадость скажет, – шепнула Туся. – Сердцем чую. Что-нибудь про плохую посещаемость или про родительское собрание.

– У меня для вас радостная новость, – сказала Кошка. – У нас в школе будут проходить практику будущие учителя, которые уже осенью начнут свою преподавательскую деятельность. – Она взглянула на часы. – Что-то они запаздывают… Они будут преподавать литературу, в том числе и в вашем классе. В связи с этим прошу быть предельно вежливыми. Надеюсь, что вы не сорвете практику своими дисциплинарными нарушениями…

– И откуда только она слова такие уродские берет, – шепнула Лиза. – Ни в одном словаре таких не найдешь…

Туся тихонько хихикнула, но Кошка остановила на ней свой немигающий взгляд, и Туся утихла.

В дверь постучали, Кошка сказала: «Войдите!» – и на пороге появились будущие учителя – две девушки и молодой человек.

– Познакомьтесь, эти практиканты будут вести у вас уроки литературы и русского языка, – сказала Кошка. – Пожалуйста, знакомьтесь, а я пойду.

Практиканты стояли около доски перед всем классом, но совсем не смущались. Разве только одна из них, которая казалась и моложе, и стеснительнее других.

– Меня зовут Маргарита Николаевна, – сказала она, приглаживая волосы на виске. У нее была короткая стрижка и светло-русые волосы. – Здравствуйте. – Она кивнула, и весь класс невольно закивал ей в ответ.

У нее были чересчур полные губы, но это ее совсем не портило, даже наоборот – казалось, что человек с такими губами не может быть злым. Она была в джинсах и яркой, расшитой узорами кофте.

– Очень демократично, – сказала Туся, обращаясь к Лизе. – Как ты думаешь, сколько ей лет?

Лиза ничего не ответила, но Туся и не ждала ответа. Она уже думала о чем-то другом; потому что не могла долго задаваться одним вопросом.’

– А я – Лилия Анатольевна, – сказала другая девушка. Она была высокого роста и в строгом, деловом костюме. – Надеюсь, что мы сработаемся.

– А вот эта мне нравится куда меньше, – оживленно зашептала Туся. – Сразу видно, что вредная. И физиономия у нее протокольная.

Конечно, Туся была слишком строга к новой учительнице, у той была очень даже привлекательная внешность: смуглая кожа, карие миндалевидные глаза; волнистые волосы до плеч.

– У нее плечи широченные, как у гребца, – продолжала ехидничать Туся. – И на голове наверняка химия.

Но Лиза почему-то ничего не отвечала. Может, не хотела обсуждать учительниц, а может, думала о чем -то своем. А учительницы тем временем прошли и сели за последнюю парту.

– Меня зовут Михаил Юрьевич, – сказал молодой учитель, откидывая назад светлые волосы. Он был небольшого роста и одет в черные джинсы, водолазку и коричневый пиджак. – Буду очень рад познакомиться с вами и узнать вас поближе.

Боря Шустов поднял руку и тут же вскочил:

– Вы тоже будете вести литературу?

– Да, – кивнул учитель. – Если вы, конечно, не возражаете.

В классе засмеялись, но Боря все стоял и смотрел прямо на учителя.

– О, это большая честь – изучать литературу у самого Михаила Юрьевича! – патетически воскликнул Боря. – А фамилия ваша, простите, как?

Весь класс выжидающе смотрел на нового учителя: что он скажет? Как ответит?

Михаил Юрьевич вздохнул с притворной печалью и развел руками.

– Сто двадцать восьмой, – сказал он.

– Что «сто двадцать восьмой»? – не понял Боря.

– А то, что вы, молодой человек, на редкость не оригинальны. У вас было сто двадцать семь предшественников, которые напомнили мне о моем гениальном тезке.

Боря был похож на рыбу, выброшенную на берег, он захватывал воздух ртом и беспомощно оглядывался по сторонам. Так он выглядел каждый раз, когда его шутка не удавалась.

– Друзья мои, – Михаил Юрьевич присел на первую парту и расстегнул пиджак, – на будущее учтите, что если девушку зовут Гуля, не нужно ей говорить: «Гюльчатай, открой личико!», потому что до этого ей так говорили не один раз. Так же и со многими другими именами: если шутка лежит на поверхности, то не стоит ее подбирать, потому что это будет не ново.