Чтение онлайн

Когда докладывать наступила очередь Кулешова, все повернули головы в его сторону.

– Прежде всего, хочу отметить отличную работу следственной бригады. Еще ни разу за такой короткий срок нам не удавалось собрать столько материала. Да, он противоречив, но эти нестыковки и необъяснимые пока факты заставляют меня утверждать, что с подобной картиной преступления нам еще не приходилось сталкиваться. Все говорит о том, что мы имеем дело с высокоорганизованной преступной группой нового типа. Мне совершенно ясно, и это будет очевидно уже завтра, что стрелял в Гаркушу человек, стоявший у лотка с аудиокассетами. Автомобиль «Форд», обнаруженный у Ленкома, – это прикрытие этого человека. Всего лишь способ выиграть время, необходимое для его отхода. Это прекрасно понимали те, кто организовал эту акцию.

– Игорь Сергеевич, объясните, – голос Генерального прокурора плохо скрывал раздражение, – каким образом можно сделать такой точный выстрел по движущейся цели, не привлекая внимания прохожих.

– Я думаю, что здесь применено оружие новой технологии и наведение прицела с использованием зеркального отражения. В данном случае зеркалом служила пластмассовая коробочка от аудиокассеты, которую стрелявший держал в руке и смотрел на нее сверху вниз. – Несколько человек за столом натужно засмеялись. – Однако это только мои домыслы, и вовсе не это тревожит в этом деле. Интуитивно я чувствую, что выбор Гаркуши в качестве жертвы случаен. И все поиски мотивов преступления нас ни к чему не приведут. Это, скорее всего, проверка нового способа проведения террористического акта с использованием резонансного убийства. От нас ждут полного разворота наших действий. Поэтому так быстро найдена угнанная машина, оружие, но повторяю, я уверен, что это всего лишь подстава.

За столом заседания начался шепот, постепенно переходящий в гвалт.

Вопреки ожиданию, версия Кулешова Генерального заинтересовала. Он терпеливо дождался, пока стихнет шум, постучал карандашом по стакану и попросил желающих высказывать свое мнение по порядку, а не всем сразу.

Своим мнением поделились три человека. Евсеев, осторожничая, назвал предположения Кулешова литературной версией и настаивал на тотальной проверке всех дел, с которыми соприкасался Гаркуша на протяжении последнего года. Особенно связанные с законопроектом об отмене смертной казни. Своими гневными выступлениями в прессе и на телевидении Гаркуша доказывал преждевременность отмены казни и требовал даже во время моратория приводить в исполнение приговоры для чеченских террористов. Заместитель министра, курирующий убойные резонансные дела, казалось, вообще не слышал Кулешова – он выдвинул версию мести, которая могла иметь место. Дело в том, что месяца три тому назад одна из московских желтых газет напечатала статью о любовной связи Гаркуши с женой высокопоставленного чиновника. И хотя фамилию его не называли, но довольно прозрачно намекали на одного из руководителей ФСБ. Кулешов всегда с подозрением относился к газетным публикациям, но про себя отметил, что эта версия может иметь место, учитывая неограниченные возможности конторы глубокого бурения, так в шутку называли бывшее КГБ, а теперь ФСБ.

Комиссар МВД чуть ли не топал ногами, называя Кулешова то карьеристом, то выскочкой, то человеком без четкой идеологической платформы, способным ради достижения своих целей продать мать родную. Каждое его слово было пронизано патетикой, никак не вязавшейся с этим рабочим совещанием. Все присутствующие получали скрытое удовольствие, во-первых, от того, что на них повеял ветерок тех сладких восьмидесятых годов, когда такое выступление мгновенно повлекло бы чье-то увольнение из органов, а, может быть, и исключение из партии, а во-вторых, всегда приятно, когда кто-то выставляет себя дураком, а ты являешься этому свидетелем. В конце концов, докладчик совершенно запутался в обличительных глаголах и, сделавшись пунцовым, махнул в сердцах рукой и сел на место. Генеральный прокурор сделал вид, что он не заметил этого казуса. Окончив что-то писать на листе бумаги, он поднял голову и, убедившись, что больше выступать желающих не осталось, подвел итог.

Выглядел он, как соломоново решение: усиленными темпами разрабатывать версию политического убийства. Выяснить все прямые контакты Гаркуши с криминальным миром, и если при этом возникали какие-либо серьезные коллизии, то определить фигурантов. Евсееву продолжать работу по выявлению всех фактов, связанных с автомобилем «Форд» и найденным в нем оружием. Кулешов координирует всю работу, и ему разрешено параллельно разрабатывать версию стрелявшего человека рядом с лотком продажи аудиокассет.

– Сейчас он попросит меня остаться, – мелькнуло в голове у Кулешова, когда совещание было объявлено закрытым. Но этого не произошло и, опустившись с прокурорских небес в свой уютный кабинет, Игорь сел на обыкновенный деревянный стул без всяких подушек и подлокотников и стал прокручивать в голове все дальнейшие действия, которые ему необходимо предпринять. Единственная реальная нить, которая может прояснить его смутные предположения, – это роль торговой точки аудиокассетами. Если она подготовлена специально для акции, то необходимо искать и подставных, и реальных устроителей этой точки. Он взглянул на часы – скоро должен появиться Шилов. Будет чудом, если ему удалось встретиться с Михалычем, скорее всего, он прождал зря, но уж о Косте выяснил все возможное, это точно. На внутреннем телефоне замигала лампа вызова – Генеральный – определил Кулешов по светящемуся табло.

– Игорь Сергеевич, надеюсь, Вы поняли меня правильно. Перед совещанием я говорил с криминалистами. Они сейчас роются в специальной литературе. Полгода тому назад лейтенант Куприянов, это который из молодых, но ранних, как говорится, в одном из английских журналов натолкнулся на статью о новых разработках стрелкового оружия. Там, как он уверяет, описан метод стрельбы по рикошетным поверхностям особыми пулями с очень близкого расстояния. Так вот он уверяет, что это очень похоже на наш случай. Если это подтвердится, то мы имеем дело с фактом международного терроризма. Поэтому разрабатывайте свою версию приоритетно, а все остальное пусть идет своим чередом. И еще. Очень прошу Вас делать это максимально малой группой. А для разработки остальных версий возьмите людей, сколько хотите. Это наш с Вами последний разговор по телефону на эту тему. Разработайте способ передачи мне всех новостей по делу. Назовите его каким-нибудь словом. Пока до определенного момента не ведите бумажных записей. Держите всю информацию в голове, – затем, сделав паузу произнес, – думаю в этом деле нас ожидают одни неприятности. Будьте предельно осторожны, желаю Вам успеха, – и прокурорская лампочка на селекторе медленно погасла.

Кулешов ожидал чего угодно, но такое резкое развитие событий заставило его взглянуть на дело несколько иначе. Чего-то не договаривает, осторожничает Генеральный прокурор. Тайны Мадридского двора. Значит, он был готов к возникшей ситуации, а, следовательно, видит намного вперед, чем сейчас, после десяти часов, прошедших с начала расследования, видит он – Кулешов.

В дверь раздался характерный стук – четыре сжатые в кулак пальца распрямляются, получается звук как будто по двери сыпанули дробью. Так стучит только Шилов. По выражению лица своего помощника Игорь понял, что Михалыча тот не дождался. Отрицательный результат иногда бывает намного ценнее положительного. Как, например, после сдачи анализа на наличие какой-нибудь гадости в организме.

– Садись, Шилов, и слушай, что здесь закрутилось. Моя версия по делу Гаркуши заключается в том, что в него стрелял человек, стоявший у лотка с аудиокассетами, на одну руку которого был накинут темно-зеленый плащ, скрывающий оружие. Я считаю, что место выстрела было тщательно подготовлено и лоток был установлен специально для проведения этой акции. У стрелявшего было доселе неизвестное нам оружие нового поколения, сконструированное для стрельбы по поверхностям, которые могут изменять направление движения пули. То есть каким-то образом избегающих рикошета. По некоторым, непроверенным пока, данным, вероятнее всего, к тому же маломощное, предназначенное для стрельбы с небольших расстояний, предположительно изготовленное в Англии. Автомобиль «Форд», пистолет «Вальтер», стреляная гильза – все это операция прикрытия для убийцы. Такую операцию одиночка осуществить не может, а значит, мы имеем дело с некой группой лиц или организацией, имеющей опыт в таких делах. На совещании у Генерального эта версия была, как обычно, осмеяна, что меня уже совсем не удивляет, но самое интересное началось после. Только что мне приказано скрытно разрабатывать мою версию, не отказываясь от других. При этом не вести никаких записей и работать, не привлекая лишних людей, либо они не должны знать об истинной цели своих локальных заданий.

Шилов сидел и смотрел на шефа широко раскрытыми глазами. В его только начинавшейся карьере появился шанс, появилась возможность доказать свою состоятельность, но и риск был велик. То, что Кулешов без подготовки сразу выложил ему все карты, означало, что шеф выбрал его своим напарником в этом деле.

– Игорь Сергеевич, но ведь то, что Вы подразумеваете означает, что это дело другого ведомства, – сказал Сергей. – Сможем ли мы действительно работать скрытно? Нас ведь вычислят за три минуты.

Кулешов надолго замолчал, он откинулся на спинку стула, сцепил руки на затылке и смотрел прямо перед собой, не мигая.

– Я думаю, что этого от нас и ждут, – медленно произнес он. И, приблизившись вплотную к Шилову, тихо сказал: – Сергей, такой партии мне играть еще не приходилось, а уж тебе и подавно. Думаю, противники наши – доморощенные, свои. Я это говорю, потому, что уверен – пока нас не слушают. Но завтра с утра на эту тему ни здесь, ни по телефону – ни единого слова. Официально разрабатываем версии политического убийства, уголовной разборки и мести высокопоставленного мужа. Тебе предстоит стать двуликим Янусом или вовсе уйти с работы. Посмотрим, когда и как выгоднее. Нам нужна будет берлога, где-нибудь на окраине в большом новом жилищном массиве, где люди даже на лестничной площадке не знают друг друга и живет преимущественно молодежь. А также найди какую-нибудь хилую организацию с корпоративной мобильной связью и выкупи два телефона той же модели, что и наши. Будем держать их в разных карманах и пользоваться в самых напряженных моментах, – Кулешов вновь надолго задумался. Шилов слушал удары своего сердца и не знал, как помочь шефу в таком непростом моменте, но на ум шла белиберда, состоящая из набора слов из шпионского фильма, поэтому он просто молчал.

Эта пауза, возникшая в разговоре, странным образом соединяла этих двух людей. Каждый в этот момент как бы давал клятву верности, сознавая всю меру ответственности друг перед другом.

– Теперь о конкретных задачах, – глаза Кулешова загорелись знакомым Шилову огнем. – Завтра утром возьми и проанализируй сводку оперативных дежурных города и области. Убийства, бандитские разборки. Все аварии ГИБДД, где погибли люди. Ищи «Михалыча». Среди неопознанных трупов особенно. Другой ниточки у нас нет, впрочем, я думаю, если мы ее потеряем, то нам ее ненавязчиво подкинут, – Кулешов был так уверен в правильности своих догадок, что Шилову стало не по себе и грустно одновременно. Как ему далеко до такого тонкого оперативного сыскного нюха!