Чтение онлайн

— Ты ему так верен? — Удивился следователь. — Позволь спросить, почему?

— Потому что считаю это правильным.

— А если бы он позвал тебя с собой в плен к фашистам, пошёл бы?

— Без всяких колебаний, — ответил мужчина.

— А если бы он согласился служить фашистам, продолжил бы ему служить?

— Разумеется, — кивнул Юра, ничуть не смутившись, а следователь от такого заявления чуть не поперхнулся. — Только вряд ли он кому-то служить будет, только себе. А вы девчонок тоже в клетку посадили, так же как меня? Кстати, не могу понять, а за что меня в клетку бросили? Я же на вашей стороне воевал.

— Простая формальность, — отмахнулся следователь. — Вы были в тылу врага, следовательно, вас нужно допросить и провести проверку.

Ещё час следователь задавал вопросы, получая на них короткие ответы, причём отвечал Юра так, что можно было уже сейчас расстрелять его как изменника Родины и пособника фашистов, несмотря на то, что мужчина не являлся гражданином Советского Союза и считал, что вообще не должен воевать за коммунистов. Правда, никаких строгих мер против него применять не стали, начальство чётко дало понять, что трогать этого человека нельзя.

Звягинцеву повезло меньше, он не выполнил приказ, поэтому допрашивали его довольно жёстко. Дошло даже до рукоприкладства, но чересчур сильно не били, больше для порядка. Начальство на самом деле было очень обеспокоено тем, что кудесник попал в плен к фашистам, вот и пытались найти крайних, на роль которого капитан подходил как нельзя лучше. Впрочем, предыдущие заслуги, а они имелись, спасли от более жёстких мер. На третий день допроса в камеру Звягинцева пришёл сам Судоплатов.

— Ну что, Сергей Михайлович, готовы и дальше Родине служить? — С усмешкой спросил он.

— Так точно, — кивнул капитан.

— Повезло тебе, кудесник твой объявился. Собирайся, сейчас отправляешься за ним. Хотели другого приставить, но у тебя с ним хоть какой-то контакт налажен. Будете с ним дальше работать.

Майор всё же отправил меня в Москву в сопровождении целой группы бойцов. Отношение было нормальным, так что этих ребят можно было считать охраной, а не конвоем, да и привезли не в камеру, а в гостиницу. Конечно, гостиница оставляет желать лучшего, но хоть какая-то. Тут имелась приличная кровать и даже душ, о котором я уже давным-давно забыл, а сейчас вспомнил и как следует помылся. Конечно, о моём охраннике Юре, Ваське и Кате я не забыл, задавал вопросы сопровождающим людям, да вот беда, они ничего не знали, что и понятно, просто сопровождают. Впрочем, не просто же так меня сюда привезли, наверняка скоро прояснят, что и как, обязательно придёт более знающий человек. Так и вышло, причём пришёл тот, кого я точно не ожидал увидеть.

Едва я вышел из душа, как в дверь постучали. Открыв, я увидел незнакомого мне человека, стоит, улыбается, как будто старого друга увидел.

— Не помешаю? — Спросил он.

— Нет, — покачал я головой. — Проходите.

— Павел Анатольевич, — представился мужчина. — Звягинцев мой подчинённый.

— Понятно, — кивнул я, но на самом деле не понимал, к чему мне эта информация, в голове крутилось его имя и отчество.

— Прошу прощения, а как Ваша фамилия?

— Судоплатов, — сообщил мне мужчина, а я от такой новости чуть на кровать не сел. Надо же какая известная личность меня посетила, в лицо я его не знал, а вот фамилию очень хорошо помнил. — Вот, пришёл поблагодарить Вас лично за того гуся, которого Вы к нам привезли, его до сих пор допрашивают. Кстати, благодаря ему удалось выявить предателей в наших рядах, так что можете собой гордиться.

— Горжусь, — проворчал я, внимательно наблюдая за тем, как этот человек выставляет на небольшой столик спиртное и немудрёную закуску.

Делал он это так уверенно, как будто мы с ним эти посиделки обговаривали заранее. Быстро накрыл на стол, разлил по рюмкам спиртное, после чего указал на одну из них.

— Вздрогнем? — Спросил он.

— Можно и вздрогнуть, — кивнул я. — Давно не пил.

— Я тоже, — вздохнул мужчина, — всё время отнимает работа. Веришь, иногда за весь день даже поесть не удаётся.

— Верю, — кивнул я, после чего опрокинул в себя рюмку и поморщился. — Павел Анатольевич, разрешите вопрос?

— Зови просто Павлом, — отмахнулся он, переходя на «ты». — Да и не надо этих издёвок, вроде как если я запрещу тебе спрашивать и ты не станешь задавать вопросов.

— Охранник мой жив? — Спросил я. — Если жив, то где он находится? Где Василиса и Катерина? Последней я обещал помочь, а слово своё привык держать.

— С твоим охранником всё в порядке. Его, конечно, допросили, без этого никуда, но вреда никакого не нанесли. С девушками так вообще просто провели беседу, за них можешь не беспокоиться, — заявил Судоплатов. — Скоро их тоже сюда привезут.

— Замечательно, — кивнул я. — А что с моим оружием и книгой?

— С оружием тоже всё в порядке, — усмехнулся мужчина. — А вот книги при твоём охраннике не было. Кстати, ты не будешь против, если наши люди немного изучат оружие? Больно сталь интересная.

— Нож себе оставьте, а меч верните, он мне дорог как память. Нечего его изучать, ещё сломаете, да и не найдут в нём ничего интересного, можете не сомневаться, — ухмыльнулся я.

— Недооцениваешь ты советских учёных, — заявил Судоплатов. — Кстати, почему не интересуешься здоровьем Звягинцева? Вы же долгое время с ним провели.

— Эта тварь хотела меня пристрелить, — сообщил я Судоплатову. — Кстати, это по вашему приказу?

— По-нашему, — ничуть не смутился мужчина. — А как иначе? Ты же можешь в кратчайшие сроки вернуть в строй тысячи бойцов, да и кроме этого множество талантов, мы не могли допустить, чтобы такой человек стал служить фашистам.

— Я фашистам сроду служить не собирался, — ухмыльнулся я. — А Вам не кажется, что таким наглым поведением и тем, будто вы вправе распоряжаться жизнями людей, вы сами толкаете на предательство. Например, чтобы я задумался о том, что гораздо спокойнее будет в Соединённых Штатах или в Англии. С чего вы решили, что вправе распоряжаться моей жизнью? Я не ваш гражданин и никогда им не был. Да и вообще, мне этот ваш коммунизм и равенство даром не нужны.

— Довольно откровенно, — внимательно посмотрел на меня Павел Анатольевич. — На это могу ответить, что в данный момент ты находишься на нашей территории и должен соблюдать наши законы. Если бы на твоём месте был видный учёный, мы должны были сделать всё, чтобы он не попал в руки врагу. Ты не глупый человек, поэтому должен всё это понимать, а не обижаться. Даже не знаю, поставь себя на моё место, как бы ты поступил?

— Наверное, так же, как и Вы, — согласился я.

— А что тебя не устраивает в коммунизме? — Задал мужчина интересующий его вопрос.

— Не верю в равенство, — ухмыльнулся я. — Его никогда не было и не будет. Взять, например, Вас. Вы же серьёзную должность занимаете? Ну вот, попробует с Вами поспорить простой селянин, что с ним будет? Да его в лучшем случае просто никто не станет слушать, а может, вообще арестуют. Опять же те, кто находятся у власти, наверняка себе ни в чём особо не отказывают, питаются лучше, чем деревенские жители, первыми получают жильё и прочее. Ваши эти колхозы тоже дурость несусветная. Всегда будет своё и чужое, вот эти самые колхозы, на мой взгляд, для граждан чужое, а значит, многие будут работать спустя рукава. Не спорю, у вас много честных и ответственных граждан, которые постоянно будут тянуть бездельников и получать все блага наравне с ними, а это несправедливо. Те, кто работает больше, и получать должен больше. Тем более ведущие инженеры и учёные должны думать о своей работе, а не о том, где бы ещё взять шабашку, чтобы прокормить семью.