Чтение онлайн

Завоевание плацдарма не привело к немедленному освобождению Новороссийска. Но там, на Малой земле, были проявлены такие высоты духа, такое мужество, стойкость и товарищество, которые изумили и долго еще будут изумлять человечество и которые связали ту новую историческую общность, что зовется советским народом, самой неразрывной из всех связей - совместно пролитой кровью.

Можем ли мы нынче, в нашей мирной и благоустроенной жизни, представить, что это такое было - Малая земля?

Обширная территория, плоская, без деревца, без кустика, без единого целого строения, почти без пресной воды, без оврагов и балок, этих верных естественных укрытий солдата. Все это простреливалось насквозь, перепахивалось огнем и металлом. По одиночным бойцам стреляли из пушек. Часами висела над плацдармом авиация противника. Орудия, наведенные по данным дневной пристрелки, ночью засыпали берег тысячами снарядов. Вражеские катера и подлодки били торпедами в пляжи, в причалы, в береговые обрывы, обваливая их на раненых, укрывшихся в ожидании эвакуации.

В связи с захватом плацдарма командование Северо-Кавказского фронта сформировало 18-ю десантную армию, в состав которой вошли все части и соединения, действовавшие в районе Новороссийска, в том числе на Малой земле. 16 февраля командование 18-й десантной армии (командующий генерал-лейтенант К.Н.Леселидзе, начальник штаба генерал-майор Н.О.Павловский, член Военного совета генерал-майор С.Е.Колонии, начальник политотдела полковник Л.И.Брежнев) приняло на себя оперативное руководство войсками.

Смехотворно звучали строки донесения германского командования в районе Новороссийска командованию армий группы "А", датированного 4 февраля: "Второй участок высадки строго южнее Новороссийска отрезан. Командование 5-го армейского корпуса надеется до наступления темноты очистить местность".

Местность действительно пришлось очистить: со считаных квадратных метров плацдарм увеличился до 40 квадратных километров.

Костью в горле был этот плацдарм в планах гитлеровского командования. Скрежеща зубами, оно готовилось к его ликвидации, не жалея для этого сил.

"Много раз я был на переднем крае боевых порядков частей на "Малой земле",- сказал Л.И.Брежнев при вручении ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" городу-герою Новороссийску.- Должен признаться вам, товарищи, что более тяжелых и кровопролитных боев, чем на "Малой земле" я, пожалуй, не видел за все четыре года пребывания на фронте.

Особенно памятны апрельские дни, когда враг получил приказ - любой ценою разгромить и сбросить в море малоземельцев. Вспоминается день 17 апреля 1943 года..."

17 апреля 1943 года четыре отборные полнокровные дивизии при поддержке многочисленной артиллерии и четырех воздушных эскадр ринулись на решающий штурм плацдарма с целью ликвидировать его. Клятву командующий ударной группировкой генерал-лейтенант СС Ветцель дал лично фюреру и по древнему тевтонскому обычаю скрепил ее, расписавшись кровью.

Каскады огня захлестнули плацдарм. После многочасовой артиллерийской и авиационной подготовки пьяные эсесовцы шли в атаку в полный рост, полагая, что впереди уже не осталось ничего живого...

25 апреля обескровленный огромными потерям противник вынужден был прекратить бесполезные попытки наступления и перейти к обороне. Командующий ударной группировкой уже не кровью, а обыкновенными канцелярскими чернилами доносил фюреру, что плацдарм ликвидировать невозможно, потому что его защищают "не люди, и даже не фанатики, а дважды моряки и трижды коммунисты".

– Ну что же - правильная оценка!
– под бурные аплодисменты новороссийцев резюмировал на торжественном митинге Л. И. Брежнев.

В одном из последних писем Куников написал: "В войне, как в гигантском котле, разварились и выплыли на поверхность отходы людские, шлак, осталась чистая сталь. И эта сталь, принявшая закалку в огне боев, занеслась над врагом. Расплата будет страшной".

Да, на Малой земле не было трусов. Каждый ее защитник - герой, каждый достоин самых высоких воинских почестей. Уже одно пребывание на этом насквозь простреливаемом клочке земли было подвигом. Каждый рейс малютки из "тюлькиного флота" был актом высочайшего мужества. Каждая погрузка и выгрузка на берегу была демонстрацией бесстрашия.

Прибыть на Малую землю можно было только морем. Редкому суденышку удавалось достигнуть заветного берега и вернуться обратно, не подвергшись обстрелу, бомбардировке, торпедированию или встрече с минами. Но, несмотря на это, на Малой земле бывали командующий Черноморской группой войск Иван Ефимович Петров, командующий 18-й армией Константин Николаевич Леселидзе, командир Новороссийской военно-морской базы Георгий Никитич Холостяков, а чаще других начальник политотдела 18-й армии полковник Леонид Ильич Брежнев. Невозмутимое спокойствие, неторопливость, внимание к запросам людей, простота и обаяние снискали ему уважение среди личного состава плацдарма и моряков НВМБ. Всегда подтянутый и доброжелательный, он распространял вокруг себя атмосферу непринужденного спокойствия и уверенности в победе.

Море за кормою яростно ревет,

Катера с отрядом держат путь вперед.

Ночью над Мысхако шел девятый вал

Куников с отрядом берег штурмовал.

Вперед, с "полундрой", хлопцы,

За мною, краснофлотцы!

Нас в бой майор ведет:

"За мной, новороссийцы,

Подбавим жару фрицам,

Нас пуля не возьмет!"

Мы давали клятву партии родной:

Биться беспощадно с черною ордой

И в огне жестоких, яростных атак

Вел вперед матросов коммунист-моряк.

Под Новороссийском жаркий бой идет,

Куников отряд свой в этот бой ведет.

Ты поверь, товарищ, слову моряка:

Не сдержать фашистам русского штыка...{21}

Они еще сидели в своих казематах из лучшего в мире новороссийского цемента. Они еще надеялись отсидеться.

Поредевший отряд куниковцев был выведен с передовой и отправлен на переформирование в Геленджик. Там его доукомплектовали людьми и присвоили наименование - 393-й отдельный батальон морской пехоты. Командовать батальоном стал капитан-лейтенант В. А. Ботылев (впоследствии Герой Советского Союза), заместителем командира по политической части по-прежнему остался капитан Н. В. Старшинов.

Батальон жил куниковскими традициями, готовился к новым боям по куниковской программе, тренировал новичков с куниковской настойчивостью.

В последних числах августа Н. В. Старшинова вызвали к начальнику политотдела НВМБ капитану 1-го ранга М. И. Бакаеву.

Позднее он вспоминал, как явился в кабинет начальника политотдела и четко доложил.

– Собственно, вызывал не я,- сказал Бакаев и обратился к находившемуся в кабинете полковнику в армейской форме: - Это и есть тот самый капитан Старшинов, о котором шла речь.