Чтение онлайн

— Казань, нах! — прокричал, повернув голову назад, урук.

— Сам вижу, что Казань, — согласился я, но услышан, конечно, не был.

После того, как наш транспорт занял положенное ему место — в гараже, на дверях же оказалось сразу три тяжелых замка, я понял, что товарища моего снедает некое желание… Я даже точно знал, какое именно — мой голодный живот тоже некоторое время уже бурчал.

— Чо, пошли, пожрем? — спросил орк.

— Котлеты? — уточнил я, внутренне облизываясь.

— Не, — расстроился Зая Зая. — Котлет пока не будет. Не из чего, сожрали все, в натуре.

— Тогда в лавку? Ну, в магазин? — отсутствие компонентов и так-то надо было возместить… Заодно хоть посмотрю, чем богата местная торговля. Оставался один вопрос.

— Братан, — чуть подстроился я под уличное поведение орка. — Чо-как по баблу?

— Голяк, — орк сначала развел руками, потом вывернул — для убедительности — карманы. — Я ж не работаю… Ну, пока не работаю, в натуре. А тут и перевернуть некого — уруки обычно на нулях, у всех остальных… Лезть зря не надо: огнестрел, пара дыр — не стоит мелочи.

— Выходишь из образа, в натуре, — подколол я орка. Настроение мое — несмотря на нарисовавшуюся проблему — неуклонно шло в гору: в кармане я нащупал нечто, до крайности напоминающее плотную колбаску, скатанную из купюр. Сам такими пользовался лет тридцать назад, пока в Союзе окончательно не отменили наличные деньги…

— Во, гляди, — я извлек найденное на свет и показал товарищу. — Как, много тут?

Зая Зая взял скатку денег с моей ладони, развернул, и быстро пересчитал, смешно и беззвучно шевеля губами.

— Дохера, — вынес он вердикт. — Если не на широкую ногу, то пару месяцев можно не работать обоим… Или даже три месяца. И котлеты, притом, лепить прямо из мяса. Четвероногого, нах!

— Пусть пока у тебя побудут, — я решил проявить дружеское доверие. — Все равно я не помню, что чего стоит… Обсчитают же, как пить дать!

— Эти могут, в натуре! — согласился урук.

Шли в магазин: тот нашелся прямо через дорогу, чуть в стороне от пельменной. Кстати, о пельменях…

— Братан, — осторожно начал я. — А вот пельмени — это дорого? И стоит ли их есть?

— Тут? — орк вопросительно ткнул пальцем в вывеску, которой я, кстати, раньше не замечал. Вывеска, как и все в этом мире пародии на Польшу, оказалась выполненной на латинице, да шрифтом настолько причудливым, что я даже немного сбился с шагу, пытаясь прочитать написанное.

— «Poltora Kabana» — осилил я вслух самую большую и вычурную надпись. Вторую, подлиннее и попроще написанную, прочел уже про себя: «Pelmennuaya. Vremennaya Vyveska 27–123».

— Тут, братан, хавают дальнобои, — напомнил мне орк обстоятельства моей социализации в этом мире. — Не только клановые, сразу все. Народ суровый…

— То есть, именно здесь — стоит? — уточнил я.

— Еще как стоит, в натуре. Только, — орк немного скривился, — дорого, нах!

— Не журись, братан, — решился я. — Один раз живем. Угощаю!

— Другое дело, — обрадовался Зая Зая, и мы, довольно резко сменив направление движения, просочились внутрь, к запахам и звукам.

Ваня горазд пожрать. Вернее, был горазд, теперь же я вместо него, но сути дела это принципиально не меняет.

Третью тарелку пельменей — действительно, очень вкусных и с начинкой из какого-то неплохого мяса, я сдобрил уксусом. Первую — залил сметаной, вторую — томатным соусом, похожим на солоноватый кетчуп. Эх, где та Болгария?

Зая Зая, пользуясь моментом и моей неожиданной щедростью, не отставал.

Наконец, еда, заказанная и оплаченная, закончилась, желание же поговорить — только началось.

— Знаешь, чего я не понимаю? — спросил я у орка.

— Знаю, — ответил тот. — Всего!

— В том числе, — я не стал оспаривать очевидного. — А конкретнее?

— Не знаю, нах, — в пельменную вошли какие-то незнакомые люди, и Зая Зая постарался вернуться в образ. Нас двоих, кстати, неслабые по виду ребята предпочли обойти по широкой дуге — топографически совпадающей с периметром дальней стены.

— Я не то вспомнил, не то дотумкал сам… Орки и тролли редко учатся медицине. Верно?

— Орки и тролли редко учатся вообще, — развеселился урук. Ну и медицине тоже, да.

— А мы с тобой? Ну, как? — я решил прояснить важный для себя вопрос: от ответов орка зависело слишком многое в моей новой жизни.

— Братан, не поверишь, на спор!

Получилось, по словам урука, вот как.

Некий волосатый мажор — не будем показывать пальцем, — взял моду задирать по синей лавочке своего почти соседа, урук-хая, пешком пришедшего в Казань из-за границ сервитута и поселившегося неподалеку. Отдельно ситуацию осложняло то, что урук жил прямо в гараже, в который Заю Заю рисково взяли на должность «подай-принеси», не один — с ним пришел еще и отец, крепкий орочий мужчина, уже тогда порядком в годах.

Отец передавал сыну немудренный навык, присматривал за тем на предмет «случись чего», да гасил иногда прорывающиеся приступы агрессии — весьма, как понял, свойственные молодым оркам в целом. Например, мудро не давал отвечать насмешнику — в Ванином, разумеется, лице, кулаком да ногой, потому, что «прибьешь же нахер».

И вот, как-то вышло так, что — в очередной раз — орк Зая Зая и тролль Иван наклюкались вместе, по пьяни же — поспорили о том, кто из них тупее…

— Так получилось, братан, что в тот год Баал — знаешь такую семью? Не знаешь? Ничего, дело наживное. Так вот, старший из них оплатил квоту… Какую квоту, спросишь?

— Да ясно, какую. Колледж, медицина, — ответил я, сделав вид, что мучительно вспоминаю. На самом деле, конечно, догадался — было несложно.

— Ага, а мы с тобой… Короче, на столе газета, поверх газеты вобла… Или другая закусь, не помню уже.

— Мне не рассказывай про «не помню», — мрачно попросил я.

— Заметано, — легко согласился орк. — Так вот…

Ну, поспорили тогда, кто из нас тупее. В ходе спора как-то получилось, что каждый настаивал на собственной исключительной глупости, превознося интеллект собеседника… Да, синяя яма — она такая.

Газета же сыграла определяющую роль: не скатерти, хотя и ее тоже, а источника информации. Проще говоря, на глаза попалась та самая заметка, о приступе небывалой щедрости семейства, владеющего недальней юридикой Баал, или, как коверкали привычно местные, Бавлы.

А мы взяли, и отнесли документы — у кого какие были, Зае Зае, кажется, вообще батя что-то такое нарисовал — в приемную комиссию. И, сдав совсем простые экзамены, внезапно выяснили, что оба стали студентами… На благотворительный кошт, с общежитием и стипендией!