Чтение онлайн

Девушки также готовили вички – маленькие берёзовые веточки (из которых состоят веники). Вички повязывали лоскутами ткани и лентами, развешивали в бане, а также втыкали по бокам дорожки, ведущей к бане.

Когда всё готово, девушки подходили к сидящей в избе невесте и приглашали её пройти в баню «по мостам да по калиновым со кумушками да со подруженьками». Напомню, Калинов мост – это раскалённый мост через реку Смородину в сказках и былинах, последний рубеж перед миром мёртвых.

Девичник». А. И. Корзухин, 1889 г. Невеста выходит из бани. Вокруг неё три женщины с помощью хозяйственных предметов производят шум, отгоняющий нечисть. Одна девушка разметает дорогу невесте метлой, другая подняла вверх девичий головной убор – ей достался невестин венец. Виден контраст между невестой, которая обязана быть грустной, и всеми радостными замужними женщинами (как сопровождающими невесту, так и сидящими за столом). Из бани вслед невесте смотрит то ли подружка, то ли само её девичество – красота.

«Во многих областях России невеста перед посещением бани просила на это благословения родителей, как будто и правда отправлялась в путешествие в «мир иной».

Часто невеста шла в баню не сама, её вели девушки. А возглавлял шествие дружка, читающий обережные заклинания и ударяющий дорогу плетью, чтобы отпугнуть нечистых. Если не было дружки, впереди шла женщина, разметающая дорогу метлой. (Точно по таким же правилам невеста шла из бани домой).

Прежде чем войти в баню, невеста кланялась на четыре стороны (взаимодействие со стихиями). Подружки просили у банника (духа бани) разрешения войти. Иногда невесту вносили на руках.

Существовал запрет в бане – не бить головешку в каменке, чтобы не накликать рукоприкладство со стороны будущего мужа. В бане на каменку лили мёд, пиво или квас, бросали хмель и хлеб. По звукам гадали, какой характер у будущего мужа.

Девушки парили невесту берёзовым веником с ветками фруктовых деревьев и ягодных кустов (чтобы усилить детородные качества будущей жены). В ответ невеста тоже парила подружек. Была примета: первой выйдет замуж та девушка, которую невеста хлестнёт раньше всех. Подружки или присутствующая знахарка старались собрать пот, который образовывался на теле невесты, чтобы потом подмешать в напиток жениху – это ворожба на влюблённость (когда подмешивали, читали специальный заговор).

Покидая баню, невеста, как правило, была обязана поблагодарить её.

Этот праздник не был обязательным предсвадебным событием, его организовывали лишь в некоторых сёлах. Можно выделить два варианта его организации: «жениховы посиделки» или «выставка».

Под народным выражением «жених выставлял выставку» подразумевалось угощение, которое он устраивал только для молодёжи своей деревни.

В Архангельской области жених с друзьями после застолья ещё неделю ходили по соседним деревням, останавливаясь ночевать в домах приятелей или на природе. Получался целый поход, во время которого можно было вдали от суеты морально подготовиться к грядущей роли женатого человека.

На «жениховых посиделках» или «молодечнике», присутствовали не только холостые приятели жениха, но и вся его близкая родня, включая замужних женщин. Сведения о каких-либо специальных обрядах в известных этнографических источниках не встречаются.

Вот как описывает молодечник в 1889 г. Н. Харузин: «Шумной толпой выходятъ вс на улицу: бабы, обнявшись, рядами, сзади ихъ ребята и толпа звакъ. Выходятъ сначала съ пснями, потомъ раздаются милые звуки гармоники, впередъ вылетаютъ дв три „ухарскихъ“ бабы и начинается пляска; такъ пройдутъ они чрезъ вс улицы, возвщая канунъ свадьбы. Усталъ игрокъ – его замнятъ игривые плясовые мотивы; подъ нихъ еще веселе пойдетъ пляска». Далее все собираются у жениха за обильным предсвадебным столом, а через какое-то время навещают и невесту во время её девичника15.

Иногда на таких посиделках торжественно выбирали свадебные чины со стороны жениха. Дружка уже был выбран на сговоре, он предлагал кандидатуру поддружья, а собравшиеся или поддерживали, или предлагали свой вариант. Когда согласие достигнуто, дружко подносил выбранному человеку пиво с просьбой принять чин. Питие из чары означало согласие. Далее выбранный поддружье предлагал кандидатуру для следующего чина (третьяк), процедура повторялась. И так далее, каждый новоизбранный чин предлагал кандидатуру следующего, причём выбранные люди не принимали участия в дальнейшем голосовании.

Когда позади оставались пресвадебные ритуалы и подготовка всего необходимого для торжества, наконец-то наступала пора бракосочетания! Нескольких праздничных дней, которые окончательно и бесповоротно изменяли судьбу жениха и невесты, а также жизнь их родственников.

Свадебным утром жениха сначала умывали водой, в которую клали серебряную монету. Делала это мать, крёстная или сваха. Затем давали обереги – причём зачастую они были аналогичными для жениха и невесты.

Во многих русских областях как оберег использовали наузы (нитки с узлами). Так, известен обычай опоясывать жениха по нагому телу лыком с 12 узлами или повязывать нитку с 12 или 40 узлами вместе с поясом. В качестве готового науза могли использовать и рыболовецкую сеть. Опоясывание куском сети по нагому телу отмечено в Олонецкой, Новгородской, Вологодской, Костромской, Пермской, Орловской, Воронежской, Тамбовской, Рязанской, Казанской и других губерниях.

В обувь невесте и жениху клали такие обереги: листья и почки рябины, бодягу, просо, пшено, либо льняное семя (из этого обычно выбирали что-то одно).

В правом ботинке полагалось иметь монеты и овечью шерсть.

В карманы клали лук, чеснок, либо на шею вешали мешочек чеснока. Верили, если луковица в кармане почернела, значит, была напущена порча, от которой луковица якобы спасла невесту или жениха.

Надо сказать, эти предметы клали не просто так, а произнося заклинание, причём разное для каждого атрибута.

Одевать жениха могла мать, но чаще это поручали дяде по материнской линии.

Сначала нужно было двумя руками взять все предметы наряда, трижды встряхнуть его, им обвести посолонь трижды вокруг головы жениха, произнося слова заговора, каждый раз сплёвывая в сторону, как бы отгоняя нечистую силу.