Чтение онлайн

– Итак, найдите его, - демоны с поклонами удалились, Федор пошел к «Хаммеру».

Кузьма наконец принес долгожданный отчет Федору на кафедру гистологии и тот углубился в чтение опуса, придирчиво делая пометки в тексте красной ручкой.

– Как школьное сочинение, - заметил Кузьма, бездельничая около большого аквариума с тропическими рыбками.

На аквариуме, как в музее, была приклеена табличка с названиями видов рыб на русском и латинском языках, и их описание для тех, кто не ориентировался в ихтиологии так легко, что бы без подсказки отличить рыбу Пикассо от коралловой рыбы-ангела. Рядом были аккуратно выведены клички, которыми рыб наградили люди, обитавшие на этой кафедре. Клички были простые, но подобранные со вкусом - Диоген, Кант, Гегель, Пушкин, Герцен, Блаватская...

– А почему они все только философы?
– задал Кузя вопрос, который вертелся у него на языке лет пять.

Федор поднял голову от бумаг:

– Что? А... философы - все писатели... И потом, кафедра-то литературы?

Дав столь исчерпывающий ответ, Федор вновь углубился в чтение. Кузьма кивнул, полностью удовлетворенный подобным заявлением.

Федор перевернул последнюю страницу и сказал:

– Все, что я поправил, переделать. Немедленно. После завтра, что бы мне на стол.

– Федь, только к понедельнику. У меня еще...

– У тебя защита зимой. Ты монографию сдал в печать?

– Монографию - сдал, - ответил ведьмак, довольный, что хоть что-то он сделал правильно.

– Вот... Жалко! Хотел я там переделать одну штуку... А сказать тебе забыл...

Федор вздохнул и встал из-за стола.

– Забирай свои бумажки. Ты когда работаешь?

– Завтра.

– Иконы видел?

– Конечно, видел, я их оценивал, - пожал плечами Кузьма.

Федор спрашивал об иконах, что принадлежали хозяину магазина «Антик», где работал Кузьма. Он собирался выставить их на продажу, а Федор издавна интересовался фряжскими иконами.

– Стоит посмотреть?

– И выменять стоит. Там абсолютно великолепный Деисус и очень хорошие лики.

Кузьма, как настоящий православный, никогда не говорил «купить» или «продать» про икону. Федор приподнял бровь. Кузьма был хорошим знатоком старины, и услышать из его уст сразу два определения в превосходной степени - это стоило многих рекомендаций экспертов.

– Значит, поеду, посмотрю. Он меня сегодня приглашал.

– Сегодня? Боится в мою смену тебя приглашать?

– Наверно, - пожал плечами Федор, - Будто это что-то изменит.

Федор не нашел, где припарковаться у магазина, проехал за квартал, бросил «Хаммер» там и вернулся пешком. В салоне посетителей было немного. Федор кивнул охраннику и пошел искать хозяина. Карл Людвигович, хозяин магазина, разговаривал в глубине оружейного зала с несколькими дорого и броско одетыми мужчинами, показывая им меч, очень хорошо сделанный под старину. Увидев Федора, он поклонился издали и знаками показал ему, чтобы Федор сразу проходил в кабинет. Вероятно, боялся, что Федор присоединится к группе и даст реальную оценку мечу, который он собирался продать, как старинный. Клиенты странно посмотрели на Федора, одетого, ради посещения института, очень просто - в льняной костюм и неброские замшевые ботинки. Федор взгляды проигнорировал и прошел в кабинет хозяина магазина.

Иконы были выставлены в двух больших витринах. У стены, сразу перед входом, отдельно стоял Деисус. Федор благоговейно перекрестился. Старинный, XV века, на двух досках Деисус изображал Иисуса Христа с Богородицей справа и Иоанна Крестителя слева. Федор залюбовался строгим и скорбным ликом Богоматери, нежнейшими цветами в ее руках.

Переведя взгляд на витрины рядом с Деисусом, он увидел, что весь деисусный чин тоже здесь - фигуры архангелов Михаила и Гавриила были великолепны - грозны и милостивы одновременно, святые Петр и Павел в пурпурных накидках и белоснежных хитонах вглядывались в Федора, словно вопрошая - прав ли ты?

Иоанн Лествичник, Иоанн Дамаскин, Арсений Великий, выписанные на одной иконе сразу, смотрели строго и предупреждающе. Святые мученики Феодор Стратилат и Феодор Тирон со щитами и мечами, в красно-бело-золотых одеяниях, кивали одобрительно - молодец, тезка.

Святые мученики - Евстратий, Артемий, Полиевкт в красно-зеленых римских нарядах, держа в руках маленькие черные кресты, знак своей мученической кончины, смотрели ясно и умиротворенно - выбирай по совести, не гонись за сиюминутным, говорили их взгляды.

Святители Василий Великий, Иоанн Златоуст, Григорий Богослов в украшенных крестами римских тогах, протягивали Федору свитки с рукописной мудростью. Первые православные святые - равноапостольный князь Владимир, благоверные князья Борис и Глеб в богатых красно-зеленых княжеских одеяниях, глядели задумчиво, не осуждали, зная грехи и за собой.

Федор смотрел на иконы и вспоминал старинный монастырь под Печерой. Там, точно также, на него с икон смотрели строгие лики, под взглядами икон он находил новые силы для того, чтобы жить. С тех пор, как он излечил свои душевные раны в том монастыре и принял православную веру, взяв Михаила Петровича Кравченко крестным своим отцом, он на самом деле стал Федром Михайловичем Беляевым, осознав и приняв свою смертную участь. С тех пор он часто приезжал в монастырь и, чем мог, помогал. Этот Деисус и Святые идеально вошли бы в иконостас главного храма в этом монастыре, свой у них был совсем уж беден.

– Что думаете, Федор Михайлович?
– спросил Карл Людвигович, войдя в кабинет.

– Сразу две мысли, Карл Людвигович, сразу две, - отстраненно ответил Федор.

– Поделитесь?
– улыбнулся антиквар.

– Извольте. Первая - о том, что сегодня я утрачу целое состояние. Вторая - вы тоже.

Карл несколько мгновений напряженно думал, затем понял скрытый намек на только что проданный втридорога меч, и засмеялся.

– Увы, да. Мне не удастся променять их за три цены. Что Вы выбрали?

– А как Вы думаете?
– пожал плечами Федор.

– Все.

– Именно. Вам Нострадамус позавидовать может. Двадцать пять.

– Двадцать пять?
– опешил антиквар, но тут же осознал свою оплошность, - Двадцать пять?! Да Вы не одного, Вы двух состояний меня лишить вздумали! Ровно в два с половиной...

– А вот теперь - давайте спорить...