Трафарет вечности
Шрифт:
– Да, да!
– повеселели девушки, - А Александра Алексеевна уже Вас ждет...
– Хорошо, - согласился Федор.
Как только он вошел в кабинет, на него, как разъяренная кошка, налетела Маал.
– Что ты ему сказал?!
– закричала она, схватив Федора за рукав.
– Здравствуй, Сашенька, - устало кивнул Федор, - А что случилось?
– Да ничего не случилось! Он все переписал на меня, что-то говорит непонятное, котят не выпускал из рук, все эти дни... Что ты сказал ему?!
– Ничего...
– Как же я ненавижу тебя, Старший!
– Маал села в кресло и, закрыв лицо руками, заплакала, - Ты рассказал ему обо мне?! Рассказал?!
– Нет. Еще нет. Сегодня ночью.
– Что, сегодня ночью?!
– спросили одновременно Александра и Николай, вошедший в этот момент в кабинет.
– Сегодня ночью ты узнаешь, достоин ли ты счастья. Если, конечно, дашь мне утвердительный ответ.
– Конечно. Я хочу, что бы ты дал мне свое... средство, - кивнул Николай.
– Тогда поехали.
– Прямо сейчас?
– Прямо сейчас.
Он усадил бизнесмена с женой в «Хаммер» и поехал к их дому.
– Коля, принеси мне кошек.
– Нет!
– вскрикнула Маал.
– Успокойся, Саша. Ты думаешь, я их обижу?
– Нет, - прошептала Маал и отвернулась.
Николай без слова ушел в дом, а потом вернулся с четырьмя кошками в руках и на плечах. Они ловко забрались в салон машины и Федор, подождав, когда сядет Николай, тронулся с места.
– Ехать долго.
Ехали они действительно долго. Нужное Федору место находилось в пятистах километрах от Петербурга. Наконец, в два часа ночи, они приехали на место. Маал и котята крепко спали, обнявшись, Николай клевал носом.
– Приехали!
– сказал Федор.
Все проснулись, как от толчка. Кошки зевали во весь рот, Николай встряхнулся и перекрестился.
– Куда ты нас завез?
– В место силы, - ответил Федор.
– Чьей?
– Моей.
– И что мы будем делать?
– Мы позовем Дарящую Истинный облик. Теперь, ни слова. Встаньте вон там.
Федор пошел на зеленый холмик и плавным движением руки зажег магические огоньки. Три камня, стоящие на вершине холмика, начали светиться золотистым светом. Федор начал читать обряд приветствия Дарящей.
– Владеющая временами, силой, властью изменять естество, дарить правдой, отнимать зло. Прими нашу боль, помоги нам принять правду.
Сказав ритуальную формулу, Федор отошел на несколько шагов и принялся ждать. Золотистое сияние над камнями сгустилось, а затем над ними появилось лицо прекрасное, но совершенно нечеловеческое, с бесконечным спокойствием и пониманием глядящее на них.
– Кто просит справедливости истинного облика?
– Я!
– выступил вперед Федор.
– Что ты просишь?
– Милосердия для друга.
– Что он хочет?
– Быть вместе с любимой.
– Пусть подойдет.
Федор подал знак, и Николай подошел ближе.
– Ты любишь женщину, что стоит за твоей спиной?
– Да, я люблю ее.
– Пусть она подойдет.
Маал подошла к Николаю и встала с ним рядом.
– Ты любишь мужчину, что стоит рядом с тобой?
– Да, я люблю его.
– Ты примешь любое его решение?
– Любое.
– Прими свой истинный облик.
В тот же миг Маал, жалобно мяукнув, превратилась в кошку.
– Любишь ли ты ее теперь?
– Зачем ты превратила ее в кошку?!
– Это истинный облик твоей жены. За твоей спиной стоят твои дети.
Николай обернулся. Кошки за его спиной сверкнули на него глазами.
– Это их она родила два года назад?!
Маал подошла и стала тереться о ноги Николая. Николай опустился на колени и стал гладить жену по пушистой серой спинке.
– Верни ей человеческий облик. Дай человеческий облик моим детям.
– Это их истинный облик.
Николай вздохнул, собираясь с мыслями.
– Тогда... сделай меня котом...
– Но это не твой облик...
– Но что же делать?
– Если ты и сейчас попросишь меня вернуть им человеческий облик - я сделаю это. Кошки живут меньше чем люди. Они проживут свой кошачий короткий век и умрут, так и не вернув себе истинного облика. А если откажешься от нее и детей навсегда, то они уйдут в поля Отца Зверей. Они никогда не вспомнят о тебе, и будут менять облики, как только захотят. Они будут жить вечно, и всегда будут счастливы там. Думай. Решай, я выполню любую твою просьбу.
Николай гладил Маал, а та ласкалась к нему, как обычная кошка. Их дети тоже подошли к ним и стали ласкаться к отцу. Он гладил их и плакал.
– Решай сейчас, - раздался бесконечно спокойный голос богини.
– Я решил.
– Говори.
– Пусть уходят к Отцу Зверей, - сказал Николай и встал с колен, - Пусть уходят.
Несколько ударов сердца длилось молчание. Затем богиня кивнула и произнесла: