Трафт 4
Шрифт:
— А с братом тоже самое? — спросил я.
Амита лишь пожала плечами, вставая из-за стола.
— Мы не знаем точно, он не дался нам в руки, а ломать через силу мы не стали. Но с виду он, походу, заболел всем известной болезнью богатых людей, а именно гипертрофированным желанием стать богаче, этакая «золотая лихорадка». В ней корень его проблем.
— А ещё… — Амита на секунду задумалась.
— Мне кажется, что он боится, очень боится. Вот только с чем это связано, сказать не берусь.
Ладно, я убежала, много работы, чао.
Следом ушли в подвал Рыжий и Бок, а наш командир, прищурившись, хмыкнул. Было очевидно, что он хочет поговорить со мной наедине.
— Сегодня надо навестить того барыгу, как его, — Серёга пощёлкал пальцами.
— Мойша Либерман, — сказал я. — Они тут все, торгаши, поимели что-то в еврейскую классику, а так наверняка какой-нибудь очередной Сеня Пупкин. Он мне пихал свою визитку, но где она сейчас, хоть убей, не знаю.
— Та и нам нет до того печали, а вот канал сбыта наладить надо, — сказал «Волк».
Нашим партнёрам я уже отложил, но осталось очень много оранжевого корня и чуть меньше золотого. Как ты понимаешь, хранить его вечно не получится, он просто банально испортится. Да и сбыт эликсиров важен.
Собрав со стола крошки, он закинул их в рот и продолжил.
— Ко мне уже с разными намёками обращался Шувалов, это тот мужик, что под царём местным ходит, но я пока не готов с ними дела иметь. Мне привычнее с барыгами тёрки устраивать, чем в тот серпентарий лезть.
Кстати, он спрашивал, когда вопрос с «ЭВами» можно будет порешать? Сам понимаешь, эти люди нам нужны.
— Да в любой момент, — ответил я. — Жорик всегда на приёме, как только соберутся, пускай дадут знать.
— Хорошо, передам. И ещё, ты на своих девчонок обидку не держи, они хотели как лучше, но неопытные, жизни не знают, вот и понесло их не в ту степь.
Да всё нормально, надо было тоже не психовать, а просто поговорить, проехали, короче.
В ближайшие дни они у меня из подвала не вылезут, ещё и нам поработать достанется. Вы там всякого привезли, да и мы подтянули немало, короче, надо заняться изготовлением продукции, а кроме них и некому. Понимаешь.
Понимаешь. И даже не возражаю, а наоборот, приветствую. Нам эти цветочки ой как нелегко дались, а уж останки тех броненосцев и вспоминать больно.
Тогда пойду собираться, и по коням.
Хмыкнув своей незамысловатой, но реальной шутке, Серёга ушёл. А до меня только сейчас дошло, что я тупо не знаю, где находится тот самый магазин, как его — «Дары Пандоры» или как-то так. Придётся поискать, но что-то мне подсказывает, что любой местный «таксист» без труда нас привезёт куда надо. Так и вышло.
Нашу открытую карету забрала Амита, поэтому мы с Серёгой просто прогулялись по нашему поселению, пока не поймали бричку. С названием магазина я немного напутал, но кучер меня поправил, и мы поехали. Название он имел «Артефакты Пандоры» и, как выяснилось, был такой не один.
Всё же есть какая-то прелесть в этой Москве. Колоритность, самобытность, выразительность, да море эпитетов можно придумать этому городу. Вероятно, окунутся в атмосферу прошлого в сочетании с элементами современного и вызывает этакий приятный диссонанс.
Мы, как и в первый раз с Олегом, всё также тыкали пальцем в людей, строения, дымящие фаэтоны. Особое наше внимание заслуживали вывески. Их содержание и оформление не могли оставить нас равнодушными, ну никак. Вот эти «Булошная» или «Культсбытснабсбыт», «Коопромрыбаксоюз», да по-любому кто-то стебается, не иначе. Но смотреть на это было действительно весело.
К нужному месту мы добрались со второй попытки. Первый магазин «Артефактов Пандоры» явно не тянул на то место, где я уже был. Зато, услышав кого мы ищем, нас продавцы сразу сориентировали.
Уже подъезжая к нужному нам месту, мы попали в реальную пробку.
Наш кучер заломил поэтичную оду, щедро приправленную изысканным матерком. Она сводилась к тому, как бы жёстко, орально и анально неприятно он поступил бы с бездельниками, мешающими ему работать.
А вот я услышал знакомые напевы и звуки бубна, с непременным журчанием колокольчиков.
Харе Кришна, харе Кришна.
Кришна, Кришна, Харе, Харе.
Харе Рама, Харе Рама.
Рама, Рама, Харе, Харе,
Доносилось до нас.
Перекрёсток пересекали колоритные персонажи в ярко-оранжевых тогах. Их было совсем не мало, наверное, душ сто. Возглавлял этот процесс расписанный всякой рекламой фаэтон, где на козлах сидел наш старый приятель — кучер Пантелеевич. Центровое место занимал постер с рекламой ресторана индийской кухни «Рама». Однако и весь его вид, а также одеяние претерпели существенные изменения. Он был очень колоритен, и именно он рулил процессом, задавая этой мантре ритм и звучание.
Пристав на козлах, кучер заорал на всю улицу:
— Своям бхогану!
И в ответ идущие следом паломники дружно грохнули:
— Харе Кришна, харе Кришна.
Кришна, Кришна, Харе, Харе.
Харе Рама, Харе Рама.
Рама, Рама, Харе, Харе.
Притом в самой бричке сидели те самые парни, что повстречались нам в прошлый раз. Только теперь они были очень важные и ещё сильней наряженные. Они кивали всем встречным и помахивали руками.
— Что это за хня? — поинтересовался «Волк».
— А, это некий «эффект бабочки» своего рода. Помнишь, я рассказывал, как мы, делая первые шаги в этом городе, нарвались на деловитого кучера и двух кришнаитов?
— Чё-то такое ты вроде говорил. Да, помню.
— Так вот, кучер вон он: Пантелеевич, а парни внутри сидят.
— Хмм, — глубокомысленно изрёк «Волк».
Вскоре процессия освободила нам проезд, и спустя минуты мы въехали в знакомый мне дворик.
В самом магазине две миленькие девушки всё никак не хотели звать Мойшу, предлагая свои услуги в оценке товара, ссылаясь на свою исключительную компетентность. Но мы всё же добились своего банальным криком, на который и вылез из подсобок уже знакомый мне персонаж.