Чтение онлайн

Затем в его кабинете детально обсуждали предстоящую работу по организации единой системы ПВО на Западном направлении, необходимые на это средства и привлечение ведущих конструкторов по автоматизированным системам управления. Маршал детально вникал во все предложения, и мы чувствовали, что он хорошо знает состояние дел противовоздушной обороны Западного направления. С. Ф. Ахромеев обратил особое внимание на постоянную боевую готовность войск в условиях сложной международной обстановки. Он указал на то, что противовоздушная оборона должна быть надежным щитом и быстро реагировать на любые действия со стороны вероятного противника.

«История учит бдительности, — сказал он, — в Америке принята новая концепция «воздушно-наземной операции», которая предполагает внезапное развязывание боевых действий с широким использованием новейших высокоточных средств воздушного нападения и разведывательно-ударных комплексов в целях нанесения максимальных потерь на большую глубину с последующим захватом территории. Сейчас разрабатывается стратегия «звездных войн» в космосе. Америка стремится к мировому господству и наша задача в этой обстановке — обеспечить надежную безопасность нашей Родины».

Несомненно, маршал обладал даром стратегического предвидения, и последующие события подтвердили это. После работы, которая закончилась близко к полуночи, С. Ф. Ахромеев тепло попрощался со всеми нами.

Я думал, что это была последняя встреча, так как в скором времени мне предстояло назначение на должность первого заместителя начальника Военной академии ПВО Сухопутных войск имени Василевского в Киев.

К сожалению, работа Генерального штаба и Главкоматов по обеспечению безопасности государства на стратегических направлениях была полностью разрушена усилиями Горбачева и Шеварднадзе. Для этого не потребовалась война, все было сделано подлым предательством.

Сейчас Польша, Чехия, Словакия, Венгрия, Болгария, Германия, Албания и Румыния вошли в состав НАТО и их войска стоят по другую сторону от передового рубежа. Там же и бывшие советские прибалтийские республики. Памятники советским воинам-освободителям, которые мне пришлось видеть в этих странах, уже разрушены.

Скоро мы станем свидетелями того, что граница НАТО пройдет рядом с Санкт-Петербургом и Псковом. Будут разработаны оперативные планы в штабах Брюсселя, Риги, Вильнюса и созданы военные группировки для войны с Россией. Пойдут активные переговоры по втягиванию в НАТО Украины, Грузии и других стран. США «обложат» Россию военными базами и будут диктовать ей свои условия. Такова цена перестроечного времени, бесконечных уступок по разоружению и ликвидации военно-промышленного потенциала страны. Все это лучше других видел и понимал Сергей Федорович Ахромеев.

После распада Варшавского договора Ахромеев разработал новую военную доктрину, соответствующую той политической обстановке. Доктрина была принята на государственном уровне. Раньше в случае войны оборонительным действиям отводился только их первый непродолжительный период, два-три дня, а затем планировалась наступательная операция. По новой доктрине оборонительной операции отводилось три-четыре недели. В 1988 году были проведены крупные учения под непосредственным руководством Министра обороны и начальника Генерального штаба по освоению новой военной доктрины. Тот год для Вооруженных сил стал переломным.

В этот период начинаются интенсивные переговоры с США по сокращению стратегического ядерного оружия, в этих переговорах маршал Ахромеев принимает активное участие. В течение 1988–1990 годов он провел шесть встреч с начальником генеральных штабов адмиралом У. Крау. На встречах с одной стороны — бесспорный защитник США и убежденный сторонник американского образа жизни адмирал У. Крау. С другой не менее убежденный сторонник социализма и защитник интересов Советского Союза С. Ф. Ахромеев. Оба несли немалую ответственность за формирование военной политики, а главное — за поддержание боевой готовности вооруженных сил своих стран. С. Ф. Ахромеев вспоминает: «Беседы наши проходили очень откровенно, порой остро и бескомпромиссно, но при этом неизменно корректно. Думаю, мы за эти годы хорошо познакомились со взглядами друг друга на мир и международную обстановку. Не боюсь преувеличения, это способствовало в определенной мере улучшению советско-американских отношений в целом».

В соответствии с договоренностями о военно-политическом сотрудничестве между СССР и США в 1990 году Академию ПВО в Киеве посетил начальник генеральных штабов США адмирал У. Крау. Его сопровождал советник президента маршал Ахромеев. После знакомства с руководящим составом, непродолжительной беседы в зале Ученого совета делегация осмотрела учебную базу. Затем в актовом зале была устроена встреча со слушателями и профессорско-преподавательским составом. Адмирал У. Крау прочитал лекцию о задачах военного блока НАТО на европейском континенте, в которой особое место отвел «миролюбивому» характеру этой военной организации. Маршал Ахромеев временами прерывал Крау и не соглашался с его доводами. Порой возникала острая полемика. Он не мог допустить, чтобы у слушателей создалось впечатление его согласия с мнением Крау. Офицерами академии были заданы Крау острые вопросы, на которые он не захотел отвечать. Отделываясь шуткой, сказал: «Это выше моего должностного оклада».

Перед отъездом из академии я попросил маршала сфотографироваться со мной на память. Эта фотография постоянно напоминает мне об этом удивительном человеке, который вложил часть духовных и физических сил и в мое становление, оставил неизгладимую борозду на всем моем жизненном пути. Меньше чем через год после посещения академии маршал погиб.

Сергей Федорович Ахромеев был выдающейся личностью. Но есть важная черта, которая отличает маршала С. Ф. Ахромеева от многих военных деятелей. Он был человеком и военачальником высокой чести и достоинства, до конца верным присяге и своему долгу.

Он — государственный человек. Не в смысле его последних должностей, а по своему существу, по собственному пониманию нужд своего Отечества, своего народа. Как личность, в высшей степени незаурядная, он обладал всеми необходимыми качествами военного деятеля, человека, гражданина. Это пытливый, творческий ум, необыкновенное трудолюбие, железная воля, высокое понятие чести, благородства. «Как кадровый офицер, я горд тем, что принес и приношу пользу нашей армии, нашей Родине во время войны и в мирные дни», — говорил Ахромеев в начале 80-х.

В своей служебной деятельности Ахромееву приходилось нередко решать важнейшие государственные вопросы в критических экстремальных условиях. У деятеля такого масштаба не все шло тихо и гладко. Мало кому известно, что он был против ввода войск в Афганистан, куда был потом направлен для оперативного руководства в должности первого заместителя начальника Генерального штаба. В Афганистане, который граничил с СССР, в 1970-х годах был совершен правительственный переворот офицерами, ранее учившимися в советских военных училищах. Они стали учить афганцев социализму, который народ Афганистана не принял. Наши партийные идеологи (Суслов, Пономарев) в Афганистане видели еще одну будущую социалистическую страну, «перепрыгивающую» из феодализма в социализм. Положение в Кабуле было крайне неустойчивым, и новое правительство (Тараки, Амин) обратилось к Косыгину, а затем к Брежневу о присылке советских войск в Афганистан. Просьба была отклонена.

Позже по каким-то обстоятельствам Громыко, Устинов и Андропов заколебались в Афганском вопросе. И кто именно, Андропов или Устинов, изменил свою точку зрения и сказал «да» в пользу ввода войск, можно сегодня только догадываться. Ясно, что они уже вдвоем «дожали» Громыко. Чего они боялись? Или присутствия впоследствии США в Афганистане у границ СССР или опасности «потерять» перспективную социалистическую страну? Может, того и другого. Решение было окончательно принято вечером 12 декабря 1979 года узкой группой высших руководителей (5–6 членов Политбюро), решение по существу антиконституционное, которое затем без всякого обсуждения принято на Пленуме ЦК КПСС в июне 1980 года. Об этом пленуме члены ЦК не любили вспоминать.