Чтение онлайн

– Вы не него работаете, что ли? – мальчики переглянулись.

– Не совсем, - Сони съёжился, - тут все на него работают.

– Вы сказали, что потратили деньги на человека – что это значит?

Мальчики опять замкнулись в себе, только Лала продолжал грызть корку хлеба, любовно поглаживая кинжал.

– Ладно, ведите меня к Косу.

– У Бо дороже покупают, - Бахо подозрительно прищурился.

– Как мне видится, этот Кос – ваш товарищ. Будем поднимать ему конкурентоспособность.

– Что такое кокурен… крокунтет… конрунетоспособность?

– Конкурентоспособность, - повторила по слогам, - это значит, что для клиентов он будет таким же интересным, как и его конкурент. То есть, Бо и Кос – они конкуренты, но Бо сейчас популярнее, так?

– Да.

– Вот и Кос будет становиться таким, - правда, мой чайный сервис – малоутешительный приз для этого Коса.

Ребята рассказывали жуткие вещи по пути к скупщику: процент от продаж на рынке переходил Фитху, если кто не платит, то он не торгует. И не ходит. Все беспризорники и просто бедные дети клянчат и занимаются карманными кражами тоже для Фитха, а он разрешает им селиться в приюты и находиться в городе. Торговые караваны тоже шли через Фитха. Как и вся контрабанда.

В столице были ограничение на количество алкоголя, а пить хотелось многим, вот Фитх и провозил в город бочонки с элем и какими-то крепкими настойками, деря втридорога с трактирщиков. Были ещё и подпольные магазинчики с дешёвыми товарами, которые были украдены у караванщиков ещё до границы – ещё одна контрабанда, а потом ввозились в страну, не выплачивая полагающийся налог.

Даже дома утех косвенно подчинялись Фитху:

– А вы откуда знаете, что такое дом утех?

Лала запыхался, в попытках не отставать от нас, пока мы проносились быстрым шагом по рабочему кварталу города.

– У Лалы там сестра, - Сони мельком взглянул на Лалу, - её выкрали с улиц, заставили отрабатывать.

– Она была чьей-то должницей?

– Ты, миледи, в спальнях с печами и одеялами много не знаешь, - Бахо в своей привычной неуважительной манере принялся мне объяснять, - девок туда берут, платья им дарят, кормят, разрешают пожить пару дней, а потом выкатывают за это долг: ты наела на много золотых, будешь много здесь работать, иначе Фитха придёт и ноги сломает. Сестру Лалы, Мойду, просто украли, а потом держали в подвале, а потом за подвал долг и записали.

Ого. А я ещё думала, что мне не повезло, и что это я влипла в историю.

Таинственный Кос располагался не просто в рабочем районе, а в самых настоящих трущобах. По пути на нашу компанию часто оборачивались. Некоторые прохожие здоровались с ребятами, некоторые женщины даже успели пару раз замахнуться ручником на энергичного Бахо.

Мы наткнулись на один из домов утех, где на улице стояла стайка откровенно разодетых девиц, заигрывающих с мужчинами в рабочей одежде. И почему я так удивилась, что мальчики уже знают о взрослых вещах? Конечно, они быстро повзрослели, живя в таких условиях.

– Лала! – Одна из девушек окликнула малыша, который чуть переваливаясь, радостно кинулся к ярко накрашенной девушке с декольте до пупка, - держи, солнце, с друзьями поделись.

Сияющего, как начищенная монета, Лалу окружили девушки, теребя его за пухлые щёчки.

– Эх, знал бы он какое счастье ему перепало, - вздохнул Бахо, - не тем он с друзьями делится, ох, не тем, - Сони слегка покраснел.

– Это его сестра?

– Нет, она больше никому, ничего не должна. Но осталась работать там уборщицей и подавалкой.

Девушки пристально осматривали мою фигуру в чёрной вуали, пока счастливый Лала догонял нас, неся в руках пирожки.

– Н-на, - протянул он мне один.

– Спасибо, дорогой, я не голодна.

Коса мы нашли на отшибе города в изрядно захламлённой каморке, которая напоминала не лавку скупщика, а, скорее склад барахольщика. Куча загадочных предметов без какой-либо систематизации подпирала ветхий потолок. Да в сравнении с этим помещением, наш с Тыковкой дом хирургически стерилен.

Лала запутался в какой-то верёвке и неуклюже шлёпнулся на пол, задев увесистую статуэтку, которая с печальным звоном тут же разбилась.

– Ты что творишь? – На звон выбежал мужчина с торчащими во все стороны волосами, - это же семнадцать медяшек!

– Не, оставь себе, у меня нет столько, - Бахо небрежно подвинул ногой осколки под грязный половик, - мы клиента нашли.

Кос уставился на меня, надев очки. Ни приветствий, ни любезного «чего изволите?».

– Я хотела бы сдать сервиз, - я столько кругов навернула с этим мешком, надеюсь, что все чашки и блюдца целы, - старый, давно пылится и не подходит к моим шторам, - ага, которых нет. Хотя, чём-то я даже права: пустота к пустоте.

– Идите к людям Фитха, - буркнул он, рассматривая мои фарфоровые сокровища.

– Но я пришла к вам.

Надеюсь, он отправил меня к Фитху из-за опасений перед ним, а не из-за отсутствия денег. Если Кос не сможет у меня выкупить сервиз, придется на самом деле идти к этому Бо, помогая тем самым становиться богатому и неприятному типу ещё богаче и неприятнее. А я – хорошая девочка, так делать не люблю.

– Ну-ка, дайте-ка взглянуть, - с молниеносной скоростью у меня из рук исчезла одна чашка.

Кос рассматривал через огромную лупу цветочный рисунок, просвечивал фарфоровую прелесть на свет, проверил толщину штангенциркулем, а потом начал что-то очень сосредоточенно помечать в свой маленький блокнотик.

Я его не прерывала, как и замершие ребятки, с интересом наблюдавшие за действием. Меня же больше заинтриговали руки Коса. Они были без больших пальцев. Мужчина приспособился управляться со всеми принадлежностями достаточно ловко, даже перо держал уверенно, зажав между средним и указательным пальцем. Интересно, у него действительно были какие-то магические способности?

Может, он знает, как расшифровать ту загадочную бумагу, которую я стащила из отчего дома. Может, он даже знает, как я могу вернуться домой? Я бы Тыковку с собой забрала, поселились бы в деревню и к чёрту все приключения.

Вряд ли просто так взять и спросить Коса об этом будет безопасно. Может, спрашивать о таком считается даже неприличным, а я полезу мухой под мухобойку.

– Продавать такое – трагедия, просто трагедия! – Воскликнул, наконец, Кос.

– Не может быть, чтобы это совсем ничего не стоило, - я не разбиралась в фарфоре и уж тем более в местном рынке, но надеялась за сервиз получить хоть какие-то деньги. Вначале по плану заплатить поверенному, а теперь уже и за мальчишек надо рассчитаться. Не похоже, чтобы герцог шутил с этим.