Трактат о двух Сарматиях
Шрифт:
Трактат второй.
Глава первая. Какие племена и какой народ живет в Скифии, называемой Татарией.
Так как татары пришли и заняли Азиатскую Сарматию или Скифию 306 лет тому назад, [165] может явиться вопрос, что за народ населял вышеназванную Сарматию Азиатскую, ныне, как и в старину, называемую Скифией.
На этот вопрос ответить легко, на основании вышесказанного и данных истории: во время прихода и вторжения татар те земли населяли готты, называвшиеся у соседей половцами. На языке славян — русских и московитов это значит хищники и грабители, потому что, как ныне татары, так и тогда готты, подобно охотничьим псам, нападали на соседние народы, притесняли и грабили их.
165
Первое появление татар Меховский относит к 1211 г. (См. выше стр. 47), а писана книга о Сарматиях в 1517 г.
Но взяв глубже, скажем, что по Птолемею Фелудиану, (во второй книге его четырехкнижия), угол северного аквилона, где ныне находятся татары, принадлежит в подразделении [сферы] к треугольнику северных небесных знаков; в нем господствует Сатурн под знаком Водолея и делает названный угол диким и ужасным по характеру его жителей; так говорит Птолемей.
Те, кто находятся на границах земель Сарматии и Аскарды, уподобляются Водолею и Сатурну. Оттого они отличаются большей жестокостью и по душевным свойствам весьма дики — так он говорит.
Ибо зловредно влияние серпоносного Сатурна и чрезвычайно враждебно роду человеческому, действуя всегда против него своими противоположными качествами — холодом и сухостью. [166]
Именно из этого угла появились и до сего дня являются суровые и жестокие племена, приводящие в смятение род человеческий. Иеремия в первой главе говорит об этом: «от севера распространится всякое зло на всех обитателей земли», [167] и всякий, кому угодно будет проверить, найдет это, как божественное изречение, совершенно очевидным и справедливым.
166
Клавдий Птолемей (II в. н. э.) величайший астроном и один из крупнейших географов древности; родился, как полагают, в Фиваиде, жил и работал в Александрии. Прозвище Pelusiota или Feludianus — результат ошибки первых изданий или переводчиков с арабского текста Птолемея: достаточно было в арабской рукописи пропуска диакритической точки, чтобы прочесть Feloudieh, вместо Keloudieh (Клавдий).
География (Космография) Птолемея была одним из основных источников землеведения позднего средневековья. Латинский перевод ее, впервые изданный в 1462 году, выдержал 8 изданий до 1513 года (J. Ch. Brunet, Manuel de libraire... Paris, 1862, т. IV, стб. 952—955).
Астрономическая система Птолемея, нераздельно господствовавшая в науке вплоть до Коперника, в телеологическом уклоне средневекового мышления была главным основанием «научной» астрологии, связывавшей судьбы человечества, характеры народов и отдельных лиц с сочетанием и влиянием небесных светил.
Меховский разумеет и цитирует ??????????? — Четверокнижие Птолемея — сочинение по астрологической географии и этнографии, вышедшее в латинском переводе в Венеции в 1484 г. под наименованием Liber quatuor tractatuum (Quadripartitum) et centiloquium cum centiloquio Haly (o Haly см. прим. 210).
Небесная сфера, круг зодиака, по Птолемею, делится на 12 «домов», из которых составляются 4 треугольника (сектора круга), соответствующие четырем странам света. Одним из треугольников и является ??????????????? — северо-восточный (северного аквилона), находящийся под знаком м. пр. и Водолея.
Для каждого треугольника известная планета является «владыкой домов», образуемых его зодиаками (Tetrab., II, cap. 7). Для северо-востока это — Кронос или Сатурн.
Характеры людей, живущих в определенной части земного круга определяются взаимодействием знаков зодиака треугольника с их «владыкой домов» (ibid., III, 17). Треугольник, отмеченный знаком Водолея, обозначает страны Великой Азии, Армении, Гиркании, Бактрианы, Каспии, Сирии, Савроматии, Оксианы и Согдианы. Находясь под соединенными влияниями Водолея и Сатурна, народы этих мест (?? ????) бывают, по Птолемею, ?????? ??????? ??? ??????? ??? ??????? (цитируем по Базельскому, изд. 1553 г., стр. 67), т. е. отмечены чертами, указываемыми Меховским.
Об астрологической географии и этнографии см. Boll-Bezold, Sternglaube und Sterndeutung, Leipzig-Berlin, 1926, стр. 64—65 и 156—158.
167
Библия, Иеремия, гл. I, 14.
Там же, по словам истории и Птолемея (в вышеупомянутом месте), жили женщины, называвшиеся амазонками: в те времена они были ужасом для всего мира. Расставшись с хрупкостью своего пола, они притесняли многие страны, заняли Малую Азию и построили славный город Эфес. [168]
Когда они были истреблены и уничтожены, за ними вслед явились другие народы, называемые общим именем скифов, нередко бывавшие в тягость всей вселенной. Затем пришли готты, называемые также геты. Их пленные у греков и их комиков назывались Гета и Дав или Дак (от Дакии) и употреблялись, как рабы (slavi) и слуги (servi). [169]
168
Существование амазонок не вызывало никаких сомнений у древних: сообщались подробности о их происхождении, быте, завоеваниях и т. д. По представлению древних — это были женщины-воительницы, жившие где-то в Скифии (по Птолемею — к сев.-вост. от Кавказских гор) особым женским государством без мужчин, с которыми они встречались лишь ненадолго — для продолжения рода. Назывались они амазонками будто бы потому, что, ради боевых надобностей, выжигали себе правую грудь (греч. ? — отрицание и ????? — грудь).
Старейшее сообщение Геродота об амазонках (кн. IV, 110—117) повторялось и украшалось позднее множеством греческих и латинских писателей, перешло в средневековое землеведение и историографию и держалось еще и в XVI в. См. Плиний (кн. VI, 19), Помпоний Мэла (11, 105, 116), Страбон (кн. XI, гл. 5, §§ 1—4; между прочим — об основании амазонками городов Эфеса, Смирны и др.). Павел Орозий посвящает 15 и частью 16 главы 1-й книги своей Истории «Происхождению, нравам и деяниям амазонок». Иакопо из Бергамо упоминает о стране Амазонок в Скифии (о. с., л. 11). Эней Сильвий говорит о них в Космографии (гл. XX).
Ссылка Меховского на Птолемея имеет в виду, вероятно, Географическое руководство, кн. V, гл. 8, §§ 17—25.
169
Павел Орозий (История, кн. VII, гл. 34), говоря о победах имп. Феодосия: «... великие скифские племена, бывшие ужасом для всех наших предков». ibid., кн. I, гл. 16: «а затем Геты, что ныне Готы ...». Так же у Иордана, которого Меховский знал только в передаче Сигеберта (Migne, Patrologiae t. CLX, стр. 62).
Ср. у Страбона (VII, 3, § 12): «Я полагаю, что в древнее время они [Даки] назывались Даями; оттого у жителей Аттики были в ходу имена рабов — Геты и Дай» (перевод у В. В. Латышева, о. с., т. I, вып., 1, стр. 117).
Servi и Sclavi (разумея сербов и славян), вероятно, собственная этимология нашего автора.
О готах, как и о других упоминаемых в этой главе народах, далее говорится подробнее.
Готты долгое время владели этими землями, построили каменные города и замки, а жили, как и всегда, добычей.
Наконец, из Югры, с северного края Скифии, пришли югры, называвшиеся позднее гугны и унгары (Hungari). [170]
Они раздавили готтов своей численностью и прогнали, как сообщает Орозий, книга VII, но некоторыми городами и замками не овладели. [171]
Изгнаные готты вошли в чужие владения и прежде всего оттеснили аланов, роксоланов, русских и вандалов.
170
Отождествление гуннов и унгаров– венгров постоянно у Ioh. Thwrocz’a, главного источника Меховского в этой области.
О тождестве югров с гуннами и венграми Меховский, кажется, первый говорит с полной определенностью. См. еще примеч. 109.
Имя гуннов в форме Hunni из всех источников Меховского имеется (и постоянно повторяется) только у Филиппа Каллимаха (Vita Attilae seu de gestis Attilae. См. А. Bonfinii, Rerum Hungaricarum decades qttattuor cum dimidia, Hanoviae, 1606, стр. 856 и сл.).
171
Павел Орозий — церковный историк, родом испанец (м. б., из Таррагоны), род. ок. 380 г. н. э., год смерти не изв. Был пресвитером в Лузитании. Ок. 417 г., по совету Аврелия Августина, для защиты и прославления христианской церкви написал очерк всеобщей истории в 7 книгах: Historiarum adversus paganos (против язычников) libri VII.
Сочинение его страдает большими неточностями в фактах и хронологии, но очень читалось в средние века и было пособием при изучении всеобщей истории. A. Potthast указывает 11 изданий Орозия за время с 1471 г. по 1517 г. (См. Wegweiser durch die Geschichtswerke des Europaeischen Mittelalters bis 1500, Berlin, 1895, 2-er Bd., стр. 882).
Меховский имеет в виду главу 33 книги VII Истории Орозия, где сказано: «племя гуннов, отрезанное долгое время недоступными горами, проникшись внезапной яростью, бросилось на готов, привело их в смятение, рассеяло и выгнало из прежних мест». (См. Migne, Patrologiae latinae cursus completus... series prima... Tomus XXXI, стб. 1146; перевод наш).
То же сообщает (повторяя Иордана и Орозия) и другой постоянный источник Меховского, Сигеберт (Migne, Patrol, t. CLX, стб. 62).
Остановившись наконец у моря Понта, они вторглись в Булгарию, Фракию и Константинопольскую империю. Император Зенон, относясь к ним со страхом и недоверием, послал их освобождать Италию от рук герула Одоакра, как ниже будет сказано.
Вандалы и аланы, кочевники, попросили места для жилья у Константина Великого и получили Паннонию, о чем специально скажем позднее.
Югры же, когда размножились, перешли большие реки, по преданию — вслед за охотниками, гнавшими серну; вошли в земли руссов и быстро достигли Паннонии. Поставив себе вождем Аттилу, они стали тяжелым бременем почти для всей Европы.
В свою очередь готты, какие уцелели, размножились в мирной обстановке и испытали на себе нашествие татар и разорение, как мы говорили в начале этого труда.
Это — общие замечания об обитателях Сарматии Азиатской, в последующем же будет о них сказано больше и подробнее.
Глава вторая. О готтах.
Готты, изгнанные из Скифии, частью остановились на Таврическом острове, близ него и близ моря Понтийского, частью же с царем своим Рагазом, числом более чем в двести тысяч, вторглись в Италию и, в то время как Рим дрожал в страхе перед этой силой, масса их погибла от голода на суровом хребте Фезуланских гор. Царь Рагаз был схвачен и заключен в оковы, а войско его было, как скот, разогнано, перебито и продано. [172]
172
O Рагазе (Радагазии) сообщает Орозий (о. с., кн. VIII, гл. 37) и Павел Диакон (Historia Miscella, кн. XIII — Migne, Patrol. t. XCV, стб. 950—951). Так как сообщение Павла Диакона весьма близко повторяет Орозия, трудно решить, откуда непосредственно заимствует Меховский.
Нашествие Радагазия оба автора помещают в ряду событий времени имп. Гонория (393—423), а Иордан (Romana, 321; см. Monum. Germ. His. Auctor. antiquissim. t. V, pars l, Berol., 1882, стр. 41) прямо говорит: «в царствование императора Гонория».
Дальнейшее — о причерноморских готах рассказано по Павлу Диакону (о. с., кн. XII, стб. 952). Имена вождей там: Аталарик и Фридигерн.
Готты же, осевшие у Таврики и Понта, разделились на две части и те из них, что под предводительством Алариха ушли на запад в Италию и Галлию, стали называться виссиготты, то есть западные готты; те же, что с князем Фригидерном остались на месте у Понтийского моря, получили наименование остраготты, то есть восточные готты. Из этого совершенно очевидно, откуда произошли наименования остроготтов и виссиготтов.
Ясно также, что готты, живущие под властью царя Дакии в Готтии, неосновательно и напрасно присваивают себе имена остроготтов и виссиготтов, так как прежде всего и по праву названы были восточными и западными не они, а те, что, как сказано, живут около Понта и Мизии, и те, что переселились в Галлию. [173]
173
Под Дакией здесь Меховский разумеет Данию (Ср. у Орозия, о. с., кн. I, гл. 2, стб. 686; у Энея Сильвия, Европа, гл. XXXIII), а под Готтией, вероятно, южную часть Швеции, разделявшуюся географами XVI в. на Вестроготию, Остроготию и Южную Готию.
Эти же, живущие в Готтии на севере у океана в весьма холодной стране, а вовсе не на востоке, глупо и дурно делают, присваивая себе чужие имена. Об этом смотри Павла Диакона кн. XVI, гл. II. [174]
Восточные готты напали на Мизию, Фракию и другие провинции Константинопольской империи. Боясь их и желая удалить от Константинопольской империи, император послал их с королем Теодориком против Одоакра — для освобождения Италии.
Когда они проходили через Сирмий и Паннонию и стояли у Аквилеи, близ реки Сонция, чтобы отдохнуть и подкрепиться и самим и их животным, подошел с большим войском Одоакр и напал на них, но был разбит. Он бежал в Рим, но найдя ворота запертыми, поспешно отступил в Равенну. Теодорих осадил его там и три года спустя, заключив мир, вероломно убил и стал господином всей Италии. [175]
174
Павел Диакон — историк и поэт VIII в.; родом из Фриули, сын лангобардов Варнефрида и Теодолинды; диакон патриарха Аквилеи. Был секретарем лангобардского короля Дезидерия, потом в 782—786 гг. — при дворе Карла Великого; затем сослан, бежал из ссылки и нашел приют при дворе герцогов Беневентских. С 787 г. монах на Монте-Кассино. Умер 13 апр. 797 г.
Его сочинения: Historia Romana (Historia Miscella или Gesta Romanorum) и De gestis Langobardorum, в особенности второе, представляют весьма ценный источник к истории раннего средневековья.
Меховский знает и цитирует Gesta Romanorum, Деяния римлян (иначе Historia miscella — см. Migne, Patrol, t. XCV, Paris, 1851). Это сочинение написано в 769—771 гг. по желанию Адельперги, герцогини Беневентской, и представляло собой дополнение (до 553 г.) из 6 книг к 10 книгам Римской истории Евтропия. В соединении с Евтропием (а иногда еще и со Светонием) оно большею частью встречается и в рукописях и в первопечатных изданиях (до 1517 г. 7 изданий, из них 5 за 1471—1490 гг. См. Potthast, о. с., стр. 902—903), при чем число книг П. Диакона бывает то 6, то 8.
Павел Диакон не участвует в споре о праве датчан называться остготами или вестготами. Место, упоминаемое Меховским (см. Migne, Patrol t. XCV, стб. 952), просто говорит о том, что готы, ушедшие с Фридигерном на запад, стали называться вестготами, а оставшиеся с Аталариком на месте — остготами.
Полемический тон Меховского объясняется тем, что он не допускает происхождения готов из Скандинавии, полагая, видимо, что пришли они в Европу откуда-то с востока (см. выше, стр. 69).
Иорданом, главным авторитетом в истории готов, Меховский не пользовался, хотя первое издание Getica вышло уже в 1515 г. (Iornandes. De rebus Gothorum. Paulus Diaconus Foroiuliensis. De gestis Langobardorum. Augustae Vindel., 1515).
Иордан так говорит о происхождении готов: «...И в этом самом безграничном море, в арктической, то есть северной его части есть обширный остров, по имени Сканца (Scandza), откуда нам и предстоит, с божией помощью, начать речь, так как из недр этого острова, как рой пчел, вылетел и явился в Европу тот народ, чье происхождение ты хочешь знать». (Monum. Germ. Hist., Auctor. antiquissim. t. V., p. 1. Iordanis Romana et Getica. Berolini, 1882: Getica, I, 9, стр. 55—56). Далее (ibid., IV, 25, стр. 60): «Итак, с этого острова Сканцы, как из некоей мастерской племен или общей родины (букв. vagina) народов, некогда вышли готы со своим королем Беригом» (перев. наш).
В числе народов Скандинавии Иордан называет и остроготов (ibid, III, 23, стр. 59).
Точка зрения Меховского в данном случае базируется не на каких-либо известных ему фактах или источниках, касающихся древнейшей истории готов, а отражает лишь его собственную априорную концепцию переселения народов с тенденцией возвеличения Польши. В своих выводах к этой главе он утверждает: 1) что вандалы, свевы и бургунды произошли из царства польского, а имена и язык у них польские; 2) что они — германцы, а не скифы и не сарматы; 3) что эти завоеватели Европы и Африки вышли не из Скандинавии, а из Польши; 4) что поляки и другие славяне — автохтоны своих земель.
Таким образом, не только подчеркивается генеалогическая, так сказать, равноправность поляков с народами Западной Европы, но даже в некотором роде примат поляков. Эта позиция естественна для человека, пишущего под впечатлением «побед короля польского», помня и о Грюнвальде, и о торнском договоре 1466 года, и о вассальной зависимости Тевтонского ордена от Польши, пишущего при том в годы относительной слабости Скандинавских государств, накануне окончательного крушения кальмарской унии.
Что касается существа затронутого нашим автором «готского вопроса», то, не смотря на прочно укоренившееся в буржуазной науке преобладание пангерманской трактовки его, исходящей из Иордана, новейшие археологические исследования позволяют наметить иное решение. Мы имеем в виду насыщенную фактами работу В. И. Равдоникаса «Пещерные города Крыма и готская проблема в связи со стадиальным развитием северного Причерноморья» (Готский сборник, Известия ГАИМК, т. XII, вып. 1—8, 1932, стр. 5–106).
Анализируя данные последних раскопок в Крыму и сопоставляя их с иными доныне известными материалами, В. И. Равдоникас решительно отрицает происхождение крымских готов из Скандинавии или Прибалтики, а вместе с тем ставит под сомнение и этническое единство готов вообще и старую методологию в решении готской проблемы в целом (о. с., стр. 39, 40, 86, 87 и др.).
Таким образом, тезис Меховского о готах, вытекший, как сказано, отнюдь не из научных предпосылок, оказывается случайно совпадающим с выводами нашей науки.
Кроме авторов, упоминаемых в исследовании В. И. Равдоникаса, укажем из старой литературы о готах: R. Pallmann, Die Geschichte der Voelkerwanderungen, 1863—1864; Wietersheim, Geschichte der Voelkerwanderung, 1881; Felix Dahn, Die Koenige der Germanen, 1885; его же, Urgeschichte d. germanischen u. romanischen Voelker (Allgem. Gesch., ed. Oncken, 1881); Aschbach, Geschichte der Westgoten, 1827; Manso, Geschichte des ostgotischen Reichs in Italien, 1824; Kohl, Zehn Jahre ostgotischer Geschichte, 526—536, Lpz., 1877; Hartmann, Geschichte Italiens in Mittelalter, 1897; Bradley, The Gots from the earlist times, 1898; Rappoport, Die Einfaelle der Goten in das Roemische Reich bis auf Konstantin, 1899.
175
См. П. Диакон, о. с., кн. XV (по амброзианской рукописи), стб. 968—969.
О том, какие были короли у готтов в Италии, Галлии и Испании, легко узнать у историков; в мою главную задачу не входит писать о них.
С уходом югров или венгров из Сарматии Азиатской в Паннонию, остававшиеся на месте готты весьма размножились, но татары, пришедшие с востока, совершенно уничтожили их, а города и замки их разрушили, так что только на Таврическом острове кое-что уцелело. Генуэзцы из Италии получили от них знаменитый город Феодосию или Каффу на Таврическом острове и устроили там свою колонию.
В дальнейшем татары из рода Уланов, о которых будет сказано ниже, вступив на остров через северный проход, заняли весь его с городами, селами и полями, при чем князья Манкуп (по происхождению и языку готты) удержали только замок Манкуп. [176]
Наконец, Магомет, восьмой император турецкий, дед нынешнего императора Селямбека, [177] занял Таврический остров, взял приступом Каффу, сделал своими данниками перекопских татар или уланов со всем Херсонесом, а вне пределов острова, севернее, на берегу Танаиса соорудил крепость Азов, и по сей день принадлежащую туркам. Двух братьев, князей Манкуп, единственных уцелевших представителей готтского племени и языка (и надежду на продолжение его), он зарубил мечом и овладел замком Манкуп. Так исчезли готты и в Сарматиях и в Италии, в Испании и Галлии. В истории они больше не появляются.
176
Мангуп, иначе Мангуп-кале, Майкоп, Мангут, Ман-кермен — крепость на вершине неприступной скалы в Крыму близ нынешнего Бахчисарая. Возникновение ее относили даже к VI веку н. э., но новейшие археологические работы устанавливают гораздо более позднюю дату (не ранее XI в. н. э.). С XI-XII в. Мангуп был столицей крымской Готии, резиденцией князя и епископа.
Когда готы были вытеснены гуннами из Причерноморья, в горах южного Крыма, в местности между Судаком и Балаклавой, удержалось небольшое готское поселение (по Прокопию, не более 3000 человек), сохранившее национальное своеобразие и язык по крайней мере до половины XVI в.
Крымские готы были вассалами Византии, а с 1204 г. Трапезундских императоров, но в разное время фактически подчинялись хазарам, печенегам, половцам и татарам. В 1475 году это маленькое государство было захвачено турками. См. Tomaschek, Die Goten in Taurien, В., 1881; J. Braun, Die Ietzten Schicksale der Krimgoten, Спб, 1890; Ph. Bruhn, Notices historiques et topographiques concernant les colonies italiennes en Gazarie, Memoires de l’Acad. des Sciences, v. X, no 9; В. В. Латышев, Сборник греческих надписей христианского времени из южной России, 1896; А. А. Васильев, Готы в Крыму (Изв. ГАИМК, тт. I и V). Итоговой для данного момента является упомянутая работа В. И. Равдоникаса, содержащая и богатую библиографию вопроса о готах в Крыму. О Мангупе см. также: Н. И. Репников, Эски-кермен в свете археологических разведок 1928–29 г. (Изв. ГАИМК, т. XII, вып. 1—8).
Е. Замысловский (Герберштейн, стр. 347—348), цитируя описание Мангупа из Брониовского (конца XVI в.) и ссылаясь на Дела Крымские (1474 г.), полагает, что в Мангупе были не готские князья, а византийские. Приводимые им факты свидетельствуют, однако, лишь о связях Мангупа с Византией (см. выше).
177
Мухаммед II, восьмой по порядку оттоманский султан, завоеватель Константинополя. Крым он занял в 1574 году. Внук его Селим I, десятый султан (С. Лэн-Пуль., о. с., стр. 162 и 164).