Трактирщица
Шрифт:
Мои сопровождающие дошли до Центрального Парка и повели меня к Большой Беседке, где за столиком сидели три девочки не старше пятнадцати, седая женщина с маленьким ребёнком на руках и девушка, которая умудрилась одновременно кормить двоих двухлеток, сидящих у неё на коленях.
— Лина Каро, мы тут нашли…
— Хельда? — Девушка передала мальчишек своим воспитанницам и поднялась со скамейки. — Какими судьбами? Ты меня помнишь?
— Доминика? Конечно, помню, — я улыбнулась. — Да вот открываю свое дело, решила закупить мебель, а тут твои мальчики попались. Думала, предложить сотрудничество, а они сказали, что нужно с тобой поговорить сначала. Ты когда успела стать Каро? Замуж вышла?
— Да, — Девушка грустно улыбнулась. — Поедем в приют, там поговорим. Мы уже все дела сделали, ждали только Бесо, Дайса и Кондра.
Ехали на двух четырёхместных экипажах. Пришлось потесниться, и мне на колени посадили слюнявого мальчонку.
— Это Дэвид, он любит дёргать женщин за волосы, — пояснила одна из девушек, что ехали с нами. — Я Динали, это Миса и Эрика.
Миса и Эрика были безумно похожи друг на друга, из чего можно было сделать вывод, что они родственницы. Скорее всего сестры-погодки.
— А это Эмир, он кусается больно, — Миса улыбнулась мальчику, который с радостью кусал свою управляющую за палец. — А дома ещё мальчишки остались, но они очень плохо себя вели, потому лина Каро взяла только нас.
Девочки оказались безумно разговорчивыми, так что за час поездки я узнала практически все об их приюте.
Оказалось, раньше управляющим был злой дядя, лин Маркини, который истратил все-все деньги, а потом пропал. Все работники уволились, осталась только лина Витери, её супруг Альнор и сын Седим. Им было некуда идти, поэтому остались помогать только за крышу над головой. Гулиса Витери была образованной линой, так что составила прошение королю, чтобы прислали им нового управляющего и хотя бы немного денег. Писала она такие письма каждый божий день, каждый же день отправляла во дворец. Просила помощи и мэра, и министра образования, а все бесполезно. Пока однажды король не решил в действительности отправить к ним управляющую…
Глава 2
Под болтовню Мисы, Эрики и Динали я игралась с Дэвидом, лениво прокручивая в голове планы на ближайшие годы.
Мы приехали, разгрузили экипажи, отправили детей делиться впечатлениями с друзьями, а сами пошли в кабинет Доминики.
Старая знакомая достала две рюмки, бутыль с настойкой и нарезала два яблока.
— Итак, ты замужем? — спросила я, когда Каро села за свой стол.
— Вдова. Вышла замуж, а потом он сразу ушёл на фронт. Сказал, не тронет, пока не вернётся, чтобы у меня соблазна не было. Вернулся через пять лет в деревянном зачарованном гробу.
— Деревянная сотня?
— Да, Николас Каро, их капитан. Много старше меня, но, мне кажется, я смогла его полюбить.
— И как ты оказалась управляющей?
— Ник все свои деньги, всю недвижимость завещал мне. Прямо перед свадьбой написал завещание, оставил у своего юриста письмо, где просил меня, если он не вернётся, отдать его сестёр замуж. Три девушки, старшей уже двадцать пять. Пришлось дать за ними огромное приданое, почти все деньги, которые остались от него. Себе оставила дом и небольшую сумму на первое время. Потом оказалось, что у мужа был долг, пришли кредиторы с постановлением суда, меня выселили. Деньги, правда, не тронули, я их успела на свой счёт перевести. Надо было и дом продать, поменьше купить, но разницу себе оставить, но я не думала, что это необходимо. В итоге я оказалась на улице с сорока золотыми на счету.
— Вернулась в родительский дом?
— К брату. Жила у него. Пятеро детей, это тебе не шутки. Помогала его жене, пока та не решила, что на меня у брата уходит слишком много денег. Устроила скандал, потом ещё один, потом… Он не выгнал бы меня, так и ссорились бы дальше. Но я сама ушла. Написала Его Величеству, мол, так и так, жена героя осталась на улице, некуда идти, деньги мужа забрали в долг. Ну он разбираться не стал. На следующий же день ко мне приехал генерал Ковинс, с двумя вариантами моей дальнейшей жизни
Первый - я могу выйти за него замуж. Второй - я могу стать управляющей этого приюта. Замужем я была, пусть и не полноценным образом, но была, и мне там не очень понравилось, поэтому я сказала, что храню память по любимому мужу, замуж в ближайшие годы выходить считаю бесчестным, и выбрала в общем второй вариант. Вот так я тут и оказалась. А ты почему решила закупить мебель у безродных? Раньше бы ни за что не стала экономить на качестве.
— На качестве я и не экономлю. Естественно, сначала ваши кровати проверю. Я могу себе сейчас позволить экономию на красоте. Да и не нужны слишком красивые кровати в трактир, на них не аристократы спать будут, а купцы и другие путники.
— И где ты собираешься его строить? В столице постоялых дворов уйма, твой трактир особо никого не удивит. И почему занимаешься всем сама?
— Папа умер. Полгода назад. Три месяца судились с Виктором по поводу наследства. По итогу мне достался только большой земельный участок недалеко от границы. Посёлок Белые Сороки, но ты наверняка о нем ничего не знаешь. Я тоже не знала, — пояснила я. — На счету была некоторая сумма денег, я решила рискнуть всем и вложиться в новое дело.
— То есть ты действительно все начала с нуля? Ни огромных отцовских капиталов, ни его же связей, ни помощи от кого-то более опытного?
— Да, можно сказать, мы с тобой оказались в похожих ситуациях.
— Война отняла у нас многих, — Доминика очертила рукой знак бесконечности, отдавая дань памяти своему героически погибшему мужу.
— Отец умер в постели с молодой любовницей, — я даже захихикала, вспомнив весь абсурд той истории. — Не выдержало сердце старика страсти новой пассии. А от армии он даже Виктора откупил. Сказал, в память об умершей супруге не может оставить мальчика на произвол судьбы.
— Мальчика? Виктор же старше тебя на пять лет?
— На семь, — кивнула и все-таки выпила рюмку наливки одним махом. Дольку яблока взяла скорее из задумчивости, чем по необходимости. Похрустела кислятиной, а потом продолжила. — Видишь, как получилось? Сына своей второй жены, бедного мальчика-сиротку, он оставить на произвол судьбы не смог. Завещал ему все свое имущество. А меня, единственную дочь, наследницу титула и, если разобраться, свою прямую преемницу, после своей смерти выкинул из столицы. Триста золотых и земельный участок в Белых Сороках. При условии, что я сначала помогала ему вести дела, а потом и вовсе практически все делала сама. Это моё дело, мои деньги. Я столько ночей не спала, изучая бухгалтерию отца! И все это досталось Виктору, который никогда в жизни не считал суммы, превосходящей его месячное содержание. Он разорится, не пройдёт и пяти лет.
— Значит, так тому и быть.
— Доминика, это наследие моего рода, понимаешь? Мой дед открыл завод в Трезде, когда остальные до сих пор вкладывались в мануфактуры. И это самый крупный завод по производству экипажей в стране. Понимаешь, какие там деньги? А они утверждают, что его стоимость, плюс стоимость остального отцовского имущества равна трём сотням золотых и одному земельному участку!
— Может, там есть какие-то ископаемые?
— Проверила в первую очередь. Оплатила магэкспертизу через суд, потом сама поверхностно прошлась с десяток раз. Нет там ничего. Просто огромная территория, земля, кусты и деревья. Всё.