Чтение онлайн

Двигатель ревет на предельных оборотах. От напряжения, кроме руки, я уже ничего не вижу - на ней сконцентрировано все внимание. И вдруг чувствую (увидеть это невозможно), как пальцы сильнее сжимают древко и как незримый импульс падает от плеча вниз. Тут же бросаю сцепление, бешено вращаются буксующие колеса, а машина буквально ныряет под взлетающий флаг.

Теперь все внимание тахометру - прибору, показывающему число оборотов двигателя. Только с его помощью из мотора можно выжать всю мощность до последней капли. И хотя я помню, что бег стрелки прибора до отметки, когда нужно переключить передачу, четыре-пять секунд, время тянется неимоверно долго. Пора! Почти ударом, не отпуская педали газа, включаю вторую передачу. И тут же превращаюсь в комок нервов - впереди тот самый поворот, где должен сработать "цирковой" трюк. Скорость нарастает и нарастает. Вот промелькнуло место, где большинство участников уходит вправо по срезке. Мгновением позже пролетаю то место, где, судя по черным тормозным следам, начинают интенсивно гасить скорость остальные. Ну, думаю, еще немного, и продолжаю держать газ. Вижу, как от злополучного дерева, стоящего в повороте, при виде моей машины разбегаются в разные стороны зрители. В сознании мелькает: "Теперь только бы передача включилась". Есть, сработало! Раздается визг заблокированных задних колес. Чуть трогаю руль - машину мгновенно разворачивает. В нужный момент полностью открываю газ, и... поворот взят. Автомобиль стремглав несется вверх по крутому подъему.

Несколько поворотов прописываю, как учил Валера. Выбираюсь на прямик, в конце которого на тренировке мы чуть-чуть не сделали просеку. Говорю себе: "Так, пока все в порядке, вот здесь только бы не напортачить". Ухожу как можно правее. Поворот рвется навстречу. И пока он надвигается, быстро решаю: "Рискну! Пойду по большому радиусу, а там как-нибудь вытащу машину". Но, вопреки решению, перебрасываю автомобиль влево, торможу, аккуратно вкатываюсь в поворот и только потом начинаю разгон. Внутри скребут кошки: "Испугался!
– ругаю себя.
– Секунды три прохлопал, тютя!" Но машина неожиданно набирает такой ход, что мысли о потере тут же улетучиваются. Успеваю вспомнить Валерины наставления: "В последнем повороте самое главное - не испугаться. Дрогнула рука на руле - считай, улетел. Открывай газ до упора и не думай о нем. Траекторию пиши, как по лекалу, и никаких резких движений". Слова-то помню, а самому страшно, ведь подвеску Валера именно тут и загнул. С такой скоростью я на тренировках ни разу не подходил к повороту. Начинается, думаю, и, уперевшись в педаль газа, плавно, почти нежно, заправляю машину носом внутрь виража. Сразу жалобно "запели" шины, и автомобиль "поплыл" - его начало сносить к внешнему краю дороги. У меня холод пополз от живота к ногам. Внутри панически закричало: "Тормози!
– и тут же, как бы устыдившись: - Держи, держи, не сбрасывай!" Слушаюсь сам себя и держу. Вот и вершина поворота и одновременно конец подъема. Машину еще сильнее стаскивает. Не выдерживаю и немного отпускаю педаль газа. Скольжение прекращается как раз вовремя - у самого бордюра. Короткая прямая и финиш!

Так разогнался, что с трудом успел затормозить перед стоящей впереди машиной. Отвожу свою подальше и бегу к хронометристам. Там, как всегда, толчея жуткая. Пробиваюсь. Знакомых, как назло, никого. Хоть бы кто-нибудь время мое сказал! Судьи раздраженно кричат:

– Уйди, парень, по-хорошему. Не мешай работать.

Вдруг кто-то дергает за рукав. Оборачиваюсь и вижу - Валера! Он оттаскивает меня в сторону и, смеясь, обнимает левой рукой, а правую при этом вытаскивает из кармана. В ней секундомер:

– Смотри, Леша, смотри. Это самое быстрое время сегодня - оно твое. И другого, скорее всего, не будет. На семь секунд мастеров переплюнул!

Как потом объяснил Валера, он специально обманул меня, сказав, что не поедет на гонку - не хотел нервировать своим присутствием и допекать советами.

Неделю спустя в городском автомотоклубе я нос к носу столкнулся с тренером. Собственно говоря, никаким тренером он не был. В прошлом - летчик-испытатель, списанный после аварии, в которой сильно повредил ногу, на пенсию. В людях он разбирался неплохо, а вот в автоспорте, увы, - по минимуму. Правильнее было бы его определить не тренером, а менеджером. Звали его Борис Петрович, а за глаза - Летчик.

Летчик увидел меня и остановил. Имени он, естественно, моего не помнил. Да и вообще, до этого момента мы с ним ни разу не разговаривали. Для меня так и осталось загадкой, что заставило его сделать этот первый шаг.

– Здорово!
– Он протянул руку как лучшему приятелю.

И тут мы с ним разыграли сцену, напоминавшую схватку двух игроков в покер, когда в банке миллион и оба блефуют.

"Так, - быстро соображаю, - интересно! Судя по заходу, ему что-то от меня нужно, но что? Меня он если и помнит, то смутно. Возможно, видел мой "подъем на холм", а возможно, просто-напросто хочет, чтобы я повозился с его личной машиной. Сейчас увидим".

– Ты что, в другой клуб перешел? Я тебя давно не видел, - спросил Летчик, как только мы поздоровались.

"Ага, значит, он не только имени и фамилии моей не знает, но и не представляет, где я вообще базируюсь. Это хорошо - можно блефануть по-крупному!"

– Да все там же, - отвечаю и внимательно слежу за его реакцией.

В глазах у Летчика мелькнуло сомнение - а за того ли он меня принял? Я нутром почувствовал, что сейчас должно последовать что-то важное, но Летчик явно пребывал в нерешительности, а возможно, силился вспомнить, где он меня видел. Надо было срочно сдвинуть ситуацию с мертвой точки. Но как? Прикидываю без промедления: Летчик занимается сборной Москвы по кольцевым автогонкам, через несколько недель чемпионат страны. Неужели у него образовалась брешь в команде и он ищет, кем ее закрыть? Невероятно, но если это так, то нужно идти ва-банк.

– Борис Петрович, так вы включили или нет меня в сборную города на Союз?
– нагло рванулся в атаку и, как это было ни странно, попал в десятку! Летчик перестал сомневаться - решил, наверное, что отступать поздно.

– А у тебя как дела с машиной?

– Все нормально, - соврал я, не моргнув и глазом.
– В полной боевой готовности.
– И чтобы уже совсем добить старика, хитрым приемом раскрываю свое инкогнито.
– Борис Петрович, та машина, на которой я выиграл "подъем на холм", была тренировочной.
– И не погрешил перед истиной, ведь автомобиль действительно был тренировочным, правда, Валерии.

Эта подсказка замкнула у Летчика цепь логической связи, и он теперь наверняка вспомнил, где меня видел. Даже морщины разгладились.

– Прекрасно, а я поначалу думал, что это боевая у тебя в таком раздрызганном виде. Но ты, кстати, и на ней лихо выстрелил. Я видел два последних поворота - грамотно ты их взял!

Летчик внимательно посмотрел на меня, как бы занося в картотеку своей памяти.

– Так, ладненько, раз готов - через две недели поедешь в Киев на Союз. Позвони мне, подробности я потом скажу, а сейчас - давай действуй!
– Он крепко хлопнул меня по плечу, улыбнулся и зашагал дальше.

Хотя я и готовился к "моменту материализации", но не думал, что дело примет такой оборот и события развернутся столь стремительно.

Теперь самое главное - не упустить своего шанса. Бывают ситуации, когда отчетливо сознаешь, что судьба на всех перекрестках твоего жизненного пути включила зеленый свет. И тогда только успевай - несись к цели что есть духу. За один бросок можешь одолеть путь, равный нескольким годам жизни, труда, борьбы.

За год до тех событий, устраиваясь на завод водителем-испытателем, я честно сказал своему будущему начальнику, что пришел сюда для того, чтобы можно было заниматься автоспортом, и поэтому предложил сразу расставить все точки над i: мне спорт, а в обмен согласен на любую работу и в любом количестве. Условия были приняты и не нарушались ни одной из сторон.

Мой шеф, когда я вошел в его кабинет, сидел за столом и рассматривал чертеж стенда для испытаний. Указательным пальцем одной руки он уткнулся куда-то в его середину, а другим - водил по строчкам спецификации. При этом гримаса, застывшая на лице, выражала крайнее неудовольствие.

"Да, - подумалось мне, - не вовремя. Но делать нечего".

– Виктор Юрьевич, - утром мы с ним уже виделись, и шеф знал, что я был в клубе, - мне предложили выступать на первом этапе чемпионата страны по "кольцу", - выпалил я и затаил дыхание в ожидании реакции на мое известие. Надо сказать, что я не случайно попал под начало к Виктору Юрьевичу: шеф покровительствовал спорту, сам из спортсменов, имел вес на заводе и, при желании, обладал огромной пробивной силой.

– Кто же до этого додумался?
– спросил он, не отрывая взгляда от схемы.

– Летчик, - шеф знал, кого так величали между собой спортсмены.

– Надеюсь, одновременно с предложением он вручил тебе и ключи от автомобиля?
– спросил Виктор Юрьевич, продолжая водить пальцем в поисках пропавшей позиции.
– И потом, насколько я помню, в августе ты должен быть на полигонных испытаниях.

– Автомобиль, конечно, мне никто не предлагал, а гонка не через три месяца, а через две недели!