Трамвай желанiй
Шрифт:
Антон с удовольствием затянулся сигаретой. Дым расплывался по комнате, заглушая запах благовоний, пропитывавший воздух семинской квартиры.
– Это одна из моих поклонниц увлекается фэн-шуем! – объяснил Виктор. – Уверяет, что стоит переставить мебель как надо и жизнь пойдет как по маслу. Я не против – чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось!
Прежде чем удалось перейти к главному, пришлось еще просмотреть запись каких-то гонок, на которых Семин почти что выиграл очередной кубок, да какой-то молодой, да ранний срезал! Виктор во время просмотра просто-таки по-детски переживал и хватал гостя за рукав.
– Ты смотри, что делает! Знаешь, в чем тут штука?! Машину не бережет, стервец. А у меня, знаешь, осталось такое благоговение перед техникой. Да и некрасиво это!
Антон кивал, делал вид, что понимает его переживания.
– Как бизнес?! – поинтересовался он чисто для приличия.
Семин махнул рукой, давая понять, что не хочет сейчас о нем говорить.
– В задницу бизнес! – слова он подкрепил жестом. – Потом расскажу, если, в самом деле, интересно. Ты-то как?! Женился, говоришь. А дети есть?! Один, двое!
– Есть, один! Не был, не состою, не имею… – пошутил Антон.
О собственной семье ему сейчас хотелось вспоминать еще меньше, чем Виктору о его бизнесе.
– Звезд с неба не хватаю! – добавил он. – Но и жаловаться не приходится. Получил, что заслужил!
– Как это мудро! Кстати, насчет звезд и прочей небесной машинерии. К нам, в столицу, не думал перебраться?! Место я тебе подыщу, правда, золотых гор не обещаю, но все же перспектива! – он, как показалось Антону, задержался взглядом на его костюме. – Ты кто у нас там – "финансовый директор"?!
– Да! – повысил себя в звании Антон – проверять Семин все равно не станет. – То есть так на табличке, которая на двери, значится! – пояснил Добровольских. – Там у нас все директора, простых работников не держат. Даже уборщица – директор отдела по уборке территории!
Семин рассмеялся.
– Так это в порядке вещей! Как вы яхту назовете, так она и поплывет! На жизнь-то хватает?!
– Денег много не бывает, сам знаешь! – сказал уклончиво Антон. – А насчет твоего предложения… есть у меня кое-какие обязательства. Нужно сначала с ними разобраться, а потом уже и о делах можно думать!
Семин одобрительно кивнул.
– Ну а что семья? Все живы-здоровы?
Антон посмотрел ему в глаза. Да нет, не знает он ничего о его, Антона, проблемах.
Обычный вопрос.
– Более-менее! – сказал он.
– Вот и лады!
Далее вкратце, не вдаваясь в подробности дневного инцидента, Антон сообщил, что к Сохальскому пробиться так и не смог. Виктор добродушно рассмеялся.
– А когда ты с ним будешь говорить?! – поинтересовался Антон. – У меня, понимаешь, график плотный. Через несколько дней надо возвращаться! А у меня есть идея…
И в течение десяти минут он эту идею с трамваем еще не вполне захмелевшему товарищу и изложил. Старался, чтобы голос звучал как можно беспечнее, в то же время внимательно следя за реакцией Виктора. Реакция радовала.
– Да, – сказал Семин, который вспомнил с каким-то прямо-таки детским восторгом и тот вечер и трамвай. Было видно, что идея его увлекла. – Вчетвером, как тогда!
Будет интересно!
– Рита, думаешь, сможет вырваться от своего Гийома?! – спросил Добровольских.
– Нет, он ее к стене приковал цепями! Представляешь, такая садо-мазо картинка?!
Вообще-то она уже здесь, не в Москве, правда, а в Питере! Она ведь приезжает мать навещать! Ух, как глазки-то загорелись! Да я помню, ты всегда на нее неровно дышал, как и все мы. А вышло вот как!
Антон подумал про себя, что кому-кому, а Витьке с Игорем вряд ли приходится особенно сожалеть о своем нынешнем положении. Все что хотели – получили! А Рита…
Он и правда вздрогнул, услышав о том, что она в России. Может быть, подумалось, может быть, он действительно ее видел тогда на Невском. И не подошел! И кольнула обида – ведь ни разу за все время не позвонила, не напомнила о себе. Забыла совсем. Или наоборот – слишком хорошо помнит!
– А вы, значит, не контачите! – уточнил Виктор, глядя на него испытующе.
– Где уж нам!.. Думаешь, она согласится?! – он старался казаться как можно более непринужденным, чувствуя, что это у него плохо получается.
– Если не согласится, придется похитить! – сказал Виктор серьезно. – Старинный красивый обычай – похищение невесты. Ты у нас в роли Шурика!
– Ты это серьезно?! – спросил Антон.
Семин расхохотался.
– А ты, кажется, поверил! Легко тебя купить Антоша! Как тебя в финансистах-то держат?!
В гостиницу Антон возвращаться не стал. Позволил соблазнить себя комфортом семинской квартиры. Расположился на диване, проворочался полночи, несмотря на все удобства.
Семин спал крепко – ничего его не мучило. Железные почки, здоровые нервы… То есть наоборот! За синими шторами засветилось бледно-серое нездоровое какое-то московское утро, когда Антон тоже начал задремывать.
Семин зашел к нему поздороваться. Был свеж и подтянут, на лице ни малейшего следа вчерашней попойки.
– Иду к Игорю, как обещал! – объяснил он.
– Ага! – Антон высунул на миг голову из-под одеяла. – Только… Осторожнее там!
Бьют сильно!
И он опять погрузился в бессвязный сон, в котором все перемешалось – и факты, и люди. Казалось, что это он оказался в сумасшедшем доме, а мать совершенно здорова, пришла и рассказывает о каком-то человеке, который согласился взять на себя его проклятие. Вроде так можно делать, только нужно разрешение от Министерства финансов. Антон радуется, говорит, что министр – его старый знакомый и, конечно, поможет. Но ему никто не верит, ни мать, ни врачи – думают, что все это бред. Плебеи! И Анька-сука где-то сзади маячит, радуется!
– Позвольте, ваше превосходительство, выразить свое восхищение мерами безопасности! Еле прорвался! Секретарша в приемной весьма недурна, но на комплименты не клюет!
Виктор задержался на пороге, оглядывая кабинет Сохальского. Стол красного дерева, кремового цвета стены, портрет президента в тонкой рамке. Здесь, в здании Минфина на Ильинке, он бывал от силы раза два-три за все время их совместного пребывания в столице. Встречались чаще на светских раутах. А в деловой обстановке Игорь, как уже случалось замечать Витьке, выглядел настоящим монстром.