Чтение онлайн

После ухода дочери, несмотря на высвободившееся время, образ жизни матери мало меняется. Она продолжает преследовать дочь и подрастающего сына. У сына начали появляться девушки. Мать против того, чтобы он с ними «где-то ходил по подворотням» и разрешает приглашать девушек домой. Знакомится с ними. Через короткое время у каждой девушки отношения с сыном не складываются. Причем, бывает по-разному, то он девушку не устраивает, то девушка — его. Только они расстаются.

Мать говорит, что у сына тяжелый характер, что он весь в нее и жить может только с ней. Возраст сына уже приближается к 30 годам. Теперь он делает попытки хотя бы некоторое время пожить не с мамой, а с другой женщиной. Мать просит только одного — обязательно звонить вечерами. И когда он звонит, то обычно выясняется, что мама очень плохо себя чувствует. Она больна и нуждается в уходе. Если подруга этого мужчины включалась в помощь его матери, то их отношения быстро расстраивались. Если же она не включалась, то мама говорила слабым голосом сыну: «Что же она даже не придет познакомиться. Неужели ты выставляешь меня такой страшной?»

Однажды у сына возникла настоящая привязанность, и он часто не ночевал дома. И позвонить было неоткуда. И встреч с мамой подруга сына избегала. Утром он как обычно пришел домой и нашел свою маму лежащую на полу без сознания. Когда он привел ее в чувство, она ничего не помнила. С тех пор сын всегда ночевал дома. Он боялся за жизнь своей мамы. И только иногда у этого тридцатидвухлетнего мужчины появлялось некое неприятное воспоминание и вопрос, который оставался без ответа. Почему в то утро, когда он застал маму без сознания, входная дверь в их квартиру была заперта на один-единственный и самый ненадежный замок? Ведь в других случаях всегда было четыре запора. Из них два открывались только изнутри.

Теперь Николай начал выпивать. И когда он приходил домой выпивши, он ругал свою маму. Он высказывал ей всю горькую правду о своей не складывающейся жизни. А она становилась жалкой и какой-то забитой и ничего не возражала. Только соглашалась, плакала и говорила, что любит сына. Такие пьяные вечера становились все чаще.

Приезжала сестра, Ольга. Первый брак у нее оказался коротким. Вскоре она вновь вышла замуж, и жизнь ее сложилась счастливо. Оля часто встречалась со своим отцом. Он жил счастливо во втором браке. С мамой у Оли отношения так и не наладились. Она редко бывала у матери. И вот во время своего короткого визита Оля стала свидетелем пьяного дебоша брата. Когда он кричал, плакал, обвинял во всем мать. А она соглашалась, плакала и пряталась. Такие откровенные высказывания на Олю произвели очень большое впечатление. Ведь в их семье откровенность ранее не была принята. Зато наутро мать взяла реванш. Она отчитывала и выговаривала Николаю. А он молчал или бурчал себе под нос, что виноват.

У Оли возникла идея — нужно лечиться у врача-нарколога. Маме эта идея тоже очень понравилась, да, Коле нужно к наркологу!

Врач, обследовав Николая, не нашел алкогольной зависимости, а обнаружил выраженные расстройства отношений в семье. Николай получил курс психотерапии с акцентом на алкогольную экологию. И вскоре, неожиданно для мамы, переехал в другой город. Там Николай вскоре женился. Теперь в его семье уже двое детей и супруги сообщают, что не желают на этом останавливаться. Мама Николая рвется переехать к ним. Пока Николаю удается не только противостоять этому, но и практически исключать общение мамы с женой. Кстати, здоровье мамы значительно улучшилось. А образ жизни остался прежним, хотя у нее теперь много свободного времени.

Анализируя данную игру, нужно отметить, что она, конечно же, третьей степени. Мама была преследователем, а дети жертвами. Дочь вышла из игры, сбежав из семьи с нелюбимым мужчиной. Игра продолжалась без ее непосредственного участия и длилась много лет. Впрочем, она оставалась заочным участником игры. Эта достаточно частая ситуация — игра с заочным участником — пока мало изучена в теории и практике игр. Переключение в игре наступило, когда выпивающий сын начал играть роль преследователя, а мать — жертвы. Впрочем, обратное переключение происходило каждое утро после эксцесса сына. Игра матери и сына была разрушена при помощи использования проверенного антитезиса: когда участники игры стали жить в разных городах и не встречались.

С позиции игр первого класса здесь даже две самостоятельные игры. Одну мы уже называли. Это — «Если бы не ты». Название второй звучит «Будь счастлив — только не покидай меня». Впрочем, в такую сценарную игру родители чаще играют с девочкой, младшим ребенком в семье. Родители готовят ее для того, чтобы она обеспечивала им комфортную старость. Такой девочке внушают идеи почитания родителей и семьи. Она получает одну из помогающих профессий: врача, психолога, социального работника. Ей чаще всего непозволительно выходить замуж. И она живет, обслуживая родителей. Впрочем, для этого родители должны быть достаточно беспомощны и больны. И они становятся такими. Когда же игра разрушается, состояние и самочувствие родителей даже может улучшаться.

Переключение Жертва — Преследователь можно показать на следующем примере. Участница учебно-тренинговой психотерапевтической группы в одном медицинском учреждении, назовем ее Натальей Сергеевной, вдруг сделала заявление: «У меня не складываются отношения с мужем, и я ему изменяю». Данное заявление имело эффект разорвавшейся бомбы. Ведь в этом, традиционно женском врачебном коллективе именно семья Натальи Сергеевны считалась примерной. Группа только начинала работу и, как это обычно бывает, участники начали давать советы Наталье Сергеевне. Предложения формулировались так: «Наталья Сергеевна, а вы пробовали…» или «Наталья Сергеевна, а почему бы вам не…». Ведущий группы с самого начала испытывал дискомфорт и ощущение, что что-то здесь не так. И когда Наталья Сергеевна очередной раз сказала: «Да, я это пробовала, но не помогло…», стало ясно, что это игра. Ведущий принял решение не препятствовать игре, сколько бы она ни длилась. Это решение оказалось верным. И когда через 2 часа 20 минут советчики иссякли со своим морализированием и своими советами, наступила тягостная пауза молчания. Участники группы выглядели уставшими, растерянными, беспомощными и разочарованными. Они смотрели на ведущего и ждали помощи. Он молчал. И здесь вначале совсем тихо, а затем все громче и громче начала говорить Наталья Сергеевна. Она говорила о себе, о муже, о каждом из участников группы. Она выдавала все секреты, обличала и выдавала тайны своих коллег и их семей. Ее монолог длился 38 минут. Затем вновь наступило молчание. И… стали говорить все. Эти хорошо и много лет знакомые друг с другом женщины, воспитанные так, «чтобы не выносить сор из избы». Откровенно обвиняли друг друга, просили прощения, каялись, плакали и обнимались. И через 20 минут наступило ощущение полного взаимопонимания и легкости.

Анализируя данную игру можно отметить, что ее первая часть представляет собой известную игру первого класса «Почему бы вам не…», «Да, но…». Вторая часть игры, после переключения, когда жертва становится преследователем, а преследователи, советчики, спасители становятся жертвами, была выполнена очень полно. Все это привело к тому, что в конце работы группы развилось состояние близости, что и завершило работу этой группы.

Переключение Спаситель — Преследователь можно показать на примере одной из классических игр в приемной врача. К доктору, работающему в государственном медицинском учреждении, приходит очередной пациент. Он производит впечатление рядового больного, которых приходит слишком много. Только говорит он не как рядовой пациент. «Доктор, я давно лечусь, никто мне не помог, и вот я узнал, что вы хороший врач. И, надеюсь, вы поможете мне». Доктору приятно слышать хвалебные высказывания, вместе с тем он не особенно заинтересован в этом пациенте. Впрочем, как и в других пациентах. Он устал, а его заработная плата совсем не зависит от качества его работы. «Я выпишу вам лекарство. Оно вам обязательно поможет» — говорит доктор. И передает пациенту рецепт на один из препаратов, который часто выписывает. Проходит неделя, пациент является вновь и говорит: «Доктор, я пью ваше лекарство в точности так, как вы сказали». Доктору становится приятно. Ведь далеко не все пациенты принимают прописанные лекарства. Только пациент продолжает: «И мне стало хуже». Доктору становится неприятно и грустно. И тогда он говорит пациенту: «Я назначу вам два лекарства. Уж они-то вам обязательно помогут» и облегченно вздыхает, когда пациент уходит. Через неделю разъяренный пациент врывает в кабинет врача: «Доктор, я пью два ваших лекарства в точности как вы сказали, и мне еще хуже! Что вы со мной наделали, доктор!» Доктору очень неприятно и очень грустно, и он отвечает: «Я только старался вам помочь». И затем уже пациент диктует то, что он желает получить от доктора. А доктор выполняет требования пациента. И это может длиться достаточно долго.

Эта игра может быть отнесена как к первому, так и ко второму классу. В качестве игры первого класса она называется «Я только стараюсь вам помочь» и заканчивается расплатой врача, тогда он и произносит фразу, давшую игре это название. В качестве игры второго класса она включает два переключения типа Спаситель — Преследователь. Это происходит, когда пациент сообщает о результате лечения. По-видимому, первое переключение для пациента представилось недостаточно сильным, поэтому он проделал еще одно действие. И после второго переключения стабильно начал выполнять роль Преследователя.

Приведем еще пример из игр улиц большого города. Молодая женщина, назовем ее Наташей, приехала с подругой в Москву из Севера Сибири. Прямо возле здания аэровокзала ее внимание привлекла группа молодых людей, во что-то игравшая. «Девушка, бросьте кубики», — предложил ей веселый, приятно улыбающийся молодой человек. «А, что это?», — спросила наша сибирячка. «Давайте я за вас брошу, у меня рука легкая» — сказал все тот же юноша. «Девушка, вы сразу выиграли! Получите ваш выигрыш». Наташа изменила маршрут своего движения и подошла, чтобы получить свое свалившееся в столице счастье. «Минуточку, минуточку, — сказал другой молодой человек. — Тут еще женщина получила столько же очков». «Ничего, мы ее перебьем деньгами, — уверенно сказал первый молодой человек. — Девушка, вы откуда, как вас зовут?». «Я из Сургута и зовут меня Наташа». «Вот девушки из Сургута всегда перебивают деньгами», — весело закричал первый молодой человек. Вместе с тем, разные молодые люди плотным кольцом окружали играющих. Они сразу начали болеть, подзадоривать Наташу. Второй молодой человек с кислой миной осведомился у женщины, есть ли у нее деньги. Та, смутившись, сообщила, что денег у нее немного. И тогда подзадориваемая болельщиками Наташа согласилась на простые правила: кто даст большую сумму, тот забирает весь выигрыш и все деньги. Веселый парень называл суммы. Вначале они были небольшие и Наташа их легко вносила. Тогда как ее сопернице эти суммы давались с большим трудом. Складывалось впечатление, будто она всякий раз отдавала последние деньги. Более того при заявлении очередной суммы она вдруг сказала, что денег у нее не хватает и она займет у матери. А рядом стоящая женщина оказалась ее матерью. Игра была продолжена. И Наташа вскоре обнаружила, что она передала молодому человеку все свои деньги: и те, которые могла потратить в Москве; и те, которые нужно было передать знакомому студенту от его родителей; и те, на которые нужно было покупать обратный билет на самолет. Она беспомощно оглянулась вокруг и сказала, что у нее кончились деньги. И здесь сразу два из ее болельщиков предложили ей свои деньги взаймы. Для этих людей главным было выиграть. «Выиграем, закончим игру — отдашь», — повторяли они.

И в этот момент вмешалась подруга Наташи. В пылу азарта о ней все забыли. «Так, деньги больше не берем, и вы никому деньги не передавайте, — обратилась она к веселому молодому человеку. — А мы идем в милицию». Все участники и несколько болельщиков начали кричать: «Это нечестно, не по правилам». А подруга, завидев милиционера, закричала: «Товарищ милиционер! Товарищ милиционер». Он подошел, пообещал разобраться и предложил Наташе и ее подруге пройти в отделение милиции.

Подруга потребовала, чтобы два организовавших игру парня предъявили свои документы, и осталась сторожить их на площади.