Трехгрошовая опера
Шрифт:
Пичем. Музыка. Они музицируют в меру своих сил. «Песня о тщете человеческих усилий». Не слыхали? Можете кое-чему поучиться.
Золотистый свет. Орган освещен. Сверху на шесте спускается трехламповый светильник. На щитах надпись:
Нищие.
Пичем. Ваш замысел, Браун, гениален, но, к сожалению, неосуществим. Кого вы можете здесь арестовать? Нескольких молодых людей, которые, радуясь коронации, устроили небольшой маскарад. Если же на улицу выйдут настоящие горемыки — здесь таковых нет, — это будет многотысячная толпа. Вот тут-то вы и просчитались. Вы забыли об огромном числе бедняков. Если они выстроятся перед собором, картина получится далеко не праздничная. У этих людей вид неказистый. Вы знаете, Браун, что такое рожистое воспаление? Представьте себе сто двадцать рожистых воспалений. Молодая королева привыкла к розам, а не к рожам. А потом еще увечные на паперти. Надо избежать этого, Браун. Вы, наверно, возразите мне, что полиция сумеет справиться с нами, нищими. Но вы же сами в это не верите. А разве красиво будет, если в день коронации полицейские станут избивать дубинками шестьсот несчастных калек? Нет, это будет некрасивое зрелище. Я бы даже сказал — отвратительное. И даже тошнотворное. Просто дурно делается, когда об этом подумаешь, Дайте мне стул.
Браун (Смиту). Это угроза. Это вымогательство. Его нельзя трогать. Его нельзя трогать в интересах общественного порядка. Такого еще никогда не случалось.
Пичем. А сейчас случилось. Вот что я вам скажу. С королевой Англии вы можете вести себя как угодно. Но беднейшему человеку в Лондоне вы не смеете наступать на мозоли. А то вы сразу отбраунитесь, господин Браун.
Браун. Значит, я должен арестовать Мэкки-Ножа? Вам легко говорить. Прежде чем арестовать человека, нужно его поймать.
Пичем. Тут я ничего не могу возразить. Придется мне, видно, доставить вам этого человека. Посмотрим, существует ли еще на свете порядочность. Дженни, где изволит пребывать господин Макхит?
Дженни. На Оксфорд-стрит, 21, у Сьюки Тодри.
Браун. Смит, сейчас же ступайте на Оксфорд-стрит, 21, к Сьюки Тодри. Арестуйте Макхита и доставьте его в Олд Бейли. А я тем временем переоденусь. В такой день я обязан быть в парадном мундире.
Пичем. Браун, если в шесть его не повесят…
Браун. О Мак, ничего не вышло. (Уходит вместе с констеблями.)
Пичем (кричит ему вдогонку). Вот вы кое-чему и научились, Браун!
Снова барабанный бой.
Третий сигнал. Переориентировка. Новое направление — тюрьма Олд Бейли. Марш!
Нищие уходят.
Пичем (поет).
Недобр и нехорош Твой ближний. Ну так что ж! Ударь его ты промеж глаз. И будет он хорош. В человеке скуден Доброты запас. Бейте смело, люди, Ближних промеж глаз.Занавес
Дженни-Малина (выходит к рампе с шарманкой и поет).
3
Песня о Соломоне Мудром — переделка «Баллады о глупостях любви» Ф. Вийона. Впоследствии Брехт включил эту же песню, несколько изменив ее, в пьесу «Мамаша Кураж и ее дети».
VIII
Борьба за собственность.
Комната в Олд Бейли. Люси. Входит Смит.
Смит. Сударыня, с вами хочет поговорить госпожа Полли Макхит.
Люси. Госпожа Макхит? Введи ее.
Входит Полли.
Полли. Здравствуйте, сударыня. Сударыня, здравствуйте!
Люси. Что вам угодно?
Полли. Вы меня узнаете?
Люси. Конечно, узнаю.
Полли. Я пришла, чтобы извиниться перед вами за свое вчерашнее поведение.
Люси. Очень интересно.
Полли. Собственно, единственное, что может меня извинить, это мое несчастье.
Люси. Да-да.
Полли. Сударыня, вы должны простить меня. Вчера я была страшно возмущена поведением господина Макхита. Ему не следовало ставить нас в такое положение, не правда ли? Вы можете сказать ему это, когда его увидите.