Чтение онлайн

— Я редко бываю на людях, — произнес Митя. — Публичные выступления и все прочие мероприятия возложены на моего компаньона.

И он назвал довольно известное имя. Подруги удивились еще больше. Они знали этого модельера. И более того, он, вернее, его показы вызывали в них неизменный восторг. У этого человека хотелось купить абсолютно все его вещи. Вопрос покупки упирался лишь в цену. Наряды стоили столько, что о подобных тратах бедняжкам приходилось пока только мечтать.

— Значит, не этот человек создает все эти прекрасные модели, с которыми появляется на модных показах?

— Нет. Игорь даже рисовать не умеет. То, что он демонстрирует, на самом деле — мои работы.

— Ваши?

— Точнее сказать, плод моего гения и дружной работы всего коллектива, который мне удалось подобрать и сплотить.

— А кто об этом знает?

— Да все, — пожал плечами Митя, не вдаваясь в детали.

— Журналисты, корреспонденты?

— Да, и они, разумеется, тоже.

— Почему же тогда они не осаждают с камерами именно вас? Почему вся слава достается тому, кто ничего сам не создал?

— Пресса оповещена, что модельер и создатель очередного шедевра на людях не появляется. Это не обсуждается. Божественные кутюрье не обязаны тратить свои силы на подобную чепуху. И вся связь держится через моего представителя — через Игоря.

Подруги только головой покачали. Да уж, от скромности Митя не умрет. Впрочем, его гордость была оправданна. Модели были действительно верхом изящества, шика и элегантности. В некоторых коллекциях подкупала предельная простота. А иные вечерние туалеты выглядели верхом роскоши.

— А то чудесное красное платье с перьями? — затаив дыхание, спросила Леся. — Оно тоже создано вами?

— Шелковое, с открытыми плечами и высокой талией?

— Да.

— Мной.

— А другое? — вырвалось у Киры. — Из серебряной парчи?

— С верхней юбкой в виде кружевной сетки, каждая ячейка которой украшена жемчужинами и блестками?

— Да.

— Тоже мной.

Подруги тихо застонали. Именно эти два платья поразили их воображение до такой степени, что они даже собирались начать наконец-то экономить и годиков этак через пять-десять собрать для покупки необходимую сумму. И теперь выяснялось, что хозяин этих умопомрачительных нарядов стоит вот тут, перед ними, наяву и во плоти. Смехотворный коротышка, а на самом деле…

В головах у подруг промелькнули все эти мысли и многие другие, куда более корыстные. Но, увы, хотя теперь они и были знакомы с создателем предметов, которым они истово поклонялись, от намеченной истинной цели подруги были все так же далеки, как и прежде.

— Слушайте, — стряхнула с себя оцепенение Кира. — Вы снова нам мозги пудрите! При чем тут ваш модельный дом? Мы же говорили об Алене!

— Вот именно. К этому я и веду.

— К чему?

— Вы ведь хотели узнать, где и у кого обитала Алена, когда убежала из общины?

— Да.

— Алена работала у меня.

Подруги ахнули. Такого поворота событий они не ожидали.

— У вас?

— У меня.

— Но кем? Разве Алена умеет шить?

— Зачем шить? — спокойно пожал плечами Митя. — Алена была девушка высокая и еще красивая при этом. Я прочил ей карьеру модели. Возможно даже, что супермодели.

— Алена? Модель? Она ходила по подиуму?

— Не так долго, как мне бы хотелось. Ее карьера только начала складываться. На нее сразу же обратили внимание. У нее были очень хорошие, можно даже сказать, прекрасные шансы. Но она предпочла уйти.

— Да? А почему?

Подругам показалось, что раскрывшийся за время своего рассказа Митя при этом вопросе снова зажался. И ушел в свою раковину, как потревоженный моллюск.

— Не знаю, — сказал он. — Она объяснила мне свой уход просто. Ей поступило более выгодное предложение.

— От кого?

— Не знаю.

— И вы не пытались удержать Алену?

— С какой стати? — удивился Митя. — Когда ей было трудно и она обратилась ко мне за помощью, я помог ей. Предложил работу в своем модельном бизнесе. И не потому, что хотел сделать ей одолжение. Она была просто создана для подиума! В ней был и шарм, и грация, и характер. Но она предпочла все бросить. Что же, ее воля!

— И вы даже не попытались узнать, куда она потом делась?

— С какой стати? — снова весь словно ощетинился Митя. — Только потому, что она когда-то считалась невестой моего брата? Но ведь дело не кончилось свадьбой. Невеста предпочла удрать сначала от Николая, а потом и от меня. Что я мог с ней поделать? Если Алена что-то решала, удержать или переубедить ее было уже невозможно. Я, например, даже и не пытался.

— А как ваш брат отреагировал на то, что Алена трудится у вас моделью?

— Я ему не говорил об этом.

— Но он знал?

— Мы не обсуждали эту тему.

И снова этот настороженный, ощетинившийся взгляд.

— Но о том, что вы владеете модельным домом, ваш брат знал?

— Коля? Конечно, знал! Именно он и помог мне создать его.

— Он тоже был модельером?

В ответ Митя неожиданно развеселился.

— Что вы! У него был другой талант. Николай умел распоряжаться полученными деньгами. И помог мне именно этим.

Но на вопрос подруг, чьими же деньгами так ловко распорядился Апостол, Митя не ответил. И снова погрузился в свое отрешенное молчание. Подруги тоже молчали. И на это у них были все основания. Они думали. Думали о том, каким же человеком была погибшая Алена? И сколько еще тайн скрывалось за ее благочестивой неприметной внешностью?

Однако пока что подругам предстояло узнать еще одну вещь, на их взгляд, очень важную. А именно, их интересовало, не к Мите ли ездила Алена в день своей смерти? Может быть, она захотела вернуться в модельный бизнес, где ее карьера обещала благополучно сложиться? Фигура, рост и характер — все оставалось при Алене. Замужество не тронуло их. Так почему бы ей и не попробовать себя вновь в испытанном деле?

— Алена просила вас об этом?

Митя был вопросом подруг откровенно изумлен.

— Она хотела вернуться ко мне? Продолжить карьеру модели?

— Да. Вы бы ее взяли?

— Взял бы!

Ответ вырвался у Мити сам собой. Он даже не стал его обдумывать и прикидывать. И, похоже, что, отвечая, модельер в первую очередь руководствовался не голосом разума, но сердца. Во всяком случае, он вспыхнул словно пожар. И Кира проницательно воскликнула:

— А вы ведь любили Алену? Признайтесь? Любили?

Митя отвернулся.

— Как я мог осмелиться полюбить ее? — ответил он наконец, и в его голосе прозвучала горечь. — Посмотрите только на меня! Снимите с меня все эти тряпки, парик, смойте грим. И что останется? Урод! Самый обычный урод! А Алена — она была чудом без всяких ухищрений! Настоящая жемчужина. Из тех женщин, которым нет нужды делать себя самим. Вставая утром после бессонной ночи, они выглядят свежими, словно летняя роза. Нет, я был бы ей отвратителен! А рядом с ней просто смешон!