Чтение онлайн

– Что касается Кейла, я справляюсь. Мне было больно видеть его таким. То, как он говорил, это было тяжело. Но я собираюсь это исправить. Он там, я знаю это. Я все исправлю.

Она бросила футболку в кучу грязной одежды на полу, - А если ты не сможешь?

Я подняла голову и встретилась с ней взглядом, - Это просто не для меня.

Легкая улыбка тронула уголки ее губ. Она кивнула и, прежде чем повернуться, сказала: - Это моя девочка.

– Эй, - окликнула я ее, когда она скрылась за углом. Я почти забыла, зачем позвал ее.

– Да?

– Этот список. Тот, который Брандт дал нам вместе с именами детей Превосходства. Где он?

– Зачем?

Я пожал плечами и попытался выглядеть спокойно, - Да просто так. Подумала, может, взгляну. Посмотрю, что впереди. Может быть полезно понять, кто еще там и с чем нам придется столкнуться.

И как будто кто-то щелкнул выключателем, поведение мамы изменилось. Из обычной мамы она превратилась в маму, у которой есть секрет. Мне потребовалось некоторое время, но я, наконец, успокоила ее настроение, не то чтобы их было много, - У Джинджер список. Пока что она держит имена в секрете.

– Правда, - сказала я, скрестив руки на груди. Она начала медленно продвигаться вправо.

– Я должна найти Дакса. Я обещала, что проведу с ним спарринг.

Если бы я моргнула, то пропустила бы это. Она исчезла.

– Можно подумать, она уже должна была понять, - сказала я себе. Я имею в виду, что она, по сути, подтолкнула меня пойти и найти этот список. Если Джинджер держала имена в секрете, то на это должна была быть причина. У меня был долг перед самой собой, и перед другими ребятами из Превосходства, выяснить, что это за причина.

Я подождала несколько минут, чтобы убедиться, что мама ушла, прежде чем выйти из своей комнаты и спуститься по главному коридору.

Дакс был нашим собственным резидентом, Брюсом Уэйном Шестым, и он финансировал все подпольное сообщество, чтобы обеспечить нашу безопасность. Я не знала этого, когда впервые встретила его, но, очевидно, у Дакса были деньги. Много денег. И при тех темпах, с которыми мы привлекаем новую кровь, нам скоро придется расширяться. Если, конечно, кто-то из нас не начнет увольняться.

Я поспешила через бильярдную, зажимая нос от вони, мне никогда не нравился запах хлорки, и направилась к комнате Джинджер. Она была в конце коридора, подальше от всех остальных. Она сказала, что это потому, что ей нравится тишина, но, если вы спросите Дакса, он посадил ее туда, потому что она храпела достаточно громко, чтобы разбудить весь комплекс.

Добравшись до двери Джинджер, я наклонилась поближе и, затаив дыхание, прижалась ухом к двери. Я сосчитал до десяти и стал ждать. Ничего. Комната была пуста. Хорошо. Следующий шаг, попасть внутрь. Дверь, конечно, была заперта, но такая глупость, как замок, не останавливала меня с тех пор, как мои способности резко возросли.

По правде говоря, запертая дверь никогда меня не останавливала.

– Дез, верно?

Я виновато обернулась и оказалась лицом к лицу с брюнеткой, - Привет, человек, которого я никогда не встречала. Я не делаю ничего плохого.

Она протянула руку, улыбаясь, - Ооокей, Я ЛуЭнн, но зови меня Лу.

Я видела, как ты пришла сюда и хотела поздороваться. Твоя мама только что привезла меня сюда. Она была с этим по-настоящему красивым мужчиной.

– с Даксом, - кивнула я, - Но руки прочь. Они как бы особенные. Быстрый взгляд через плечо сказал мне, что путь все еще свободен, но стоять здесь, в коридоре, перед комнатой Джинджер, вероятно, было не лучшей идеей, - Так как же ты узнала, кто я такая?

– Ты очень похожа на свою маму. Она рассказала мне все о тебе по дороге сюда. На ней была мешковатая зеленая толстовка с изображением снеговика

Фрости, могла я догадаться, - поджаривающегося на открытом огне, а на правом плече - маленькая рождественская елка с мигающими огоньками. Длинные прямые волосы, не уложенные по фигуре, без макияжа и в странных джинсах цвета фуксии. Она была из тех девушек, над которыми смеялись бы ребята в школе - слегка полноватая, с причудливым чувством стиля и сильным акцентом.

– Я?
– Я думала, она была в некотором роде потрясающей.

Взяв ее за руку, я тепло улыбнулась в ответ и, пытаясь заставить ее двигаться дальше, сказала: - Что ж, добро пожаловать в "веселую ферму". Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится.

Но она не поняла намека, - Я знаю, что только что приехала, но хотела узнать, как у тебя дела. Твоя мама сказала, что мы с тобой в одной лодке. Все это немного...

– Сводит с ума?

В другом конце коридора послышался шум. Кто-то приближался. Мое время истекло, - Лу, не так ли? Давай познакомимся поближе.

Я положила руку на дверь Джинджер и вместо латунной ручки представил себе ручку, сделанную из нерфа. Текстура изменилась и, к сожалению, цвет тоже. Я думала о старом нерфовском мяче Алекса. Чертова штука была неоново-желтой.

– Святые гончие псы. Ты только что…

– Я толкнула дверь и втащила ее внутрь.

– Ничто так не сближает, как небольшой взлом с проникновением.

– Ого, - выдохнула она, когда я закрыл за нами дверь,- Ты часто занимаешься подобными вещами?

Я пожала плечами, направляясь прямиком к письменному столу Джинджер и выдвинула верхний ящик, вытаскивая оттуда вещи одну за другой, - Зависит от дня.

Лу стояла у двери и переминалась с ноги на ногу, - Не возражаешь, если я задам вам вопрос?

Банковские выписки, адресная книга древнего вида и около сотни старых рекламных листовок из продуктовых магазинов, но папки с документами не было. Переходим к следующему ящику, - Дерзай.

– Когда тебе исполнится восемнадцать?

– Мой день рождения первого февраля, - Дерьмо. Во втором ящике тоже ничего, - А у тебя?

– У меня день рождения шестнадцатого марта.

– Печально, да?

Я захлопнула третий ящик и полезла в четвертый - последний, - Так как же они убедили тебя вернуться сюда?

– Убеждать не пришлось, - Она прошла вглубь комнаты, казалось, немного расслабившись, - Я знала, что они придут. Шесть часов вечера. Я уже собрала вещи, когда они пришли сегодня утром.

– А как же твои родители?

– Они не будут по мне скучать. В конце концов, я ведь не была их дочерью.

Это заставило меня остановиться и поднять глаза. Она все еще улыбалась, но как-то грустно.
– Так ты знала? Как долго?