Чтение онлайн

Была ли она вообще жива?

– Дезни, я бы хотел, чтобы ты взяла Алекса и поехала в Келпсберг. Это адрес Эшли Коннер, который у нас есть.

– Что у нее за номер 411?

– Судя по той информации, которую предоставила Хенли, кажется, что она наблюдатель со стороны.

– Что это значит?
– Спросил Алекс, забирая у меня фотографию.

– Эшли видит то, что происходит в других местах. Она живет с приемными родителями, которые, как я предполагаю, являются агентами Деназен, но я не могу быть уверена, поэтому действуйте с особой осторожностью.

Я встала и взяла фотографию у Алекса, - Мы сэкономим время, если я проверю Эшли, а Алекс выберет другого человека. Две птички в два раза быстрее.

Джинджер прищурилась, - Ты пойдешь не одна. Я не прошу тебя целоваться с ним, ради всего святого, -По-настоящему озорная улыбка скользнула по ее губам, - Я предлагаю тебе уйти сейчас, пока я не настояла на том, чтобы ты взяла с собой и Джейд.

Это было все, что мне было нужно для мотивации. Как бы ни было забавно наблюдать, как они огрызаются друг на друга, я была не в настроении. Я схватила Алекса за руку и направилась к лифту.

Из-за пробок мы ехали почти час, и в машине я набросилась на Алекса за то, что он поддержал Джинджер в вопросе с Кейлом. Когда-то у нас с ним были серьезные отношения, пока он мне не изменил. Позже я узнала, что это было притворство, разыгранное для моей безопасности, но пути назад не было. Он настаивал, что все еще любит меня, и ничто не сможет этого изменить, но, если мы не сможем быть вместе, он хотел, чтобы я была в его жизни как друг. Друзья, однако, не были на твоей стороне. Они прикрывали твою спину. Очевидно, Алекс не получил памятку.

Мы подъехали к дому Эшли Коннер чуть позже десяти утра. На подъездной дорожке не было ни одной машины, но, когда мы подъехали, я увидела, как кто-то ходит в одной из комнат наверху.

Алекс поднял руку, чтобы постучать, но я схватила ее и отдернула, - Подожди секунду. Джинджер сказала, что, по ее мнению, они могут быть агентами. Приемные родители этой цыпочки.

– И что?

– И что? Если они агенты, разве они не знают, кто мы такие и почему мы здесь? Вряд ли они захотят пригласить нас на торт и печенье, а потом делиться своими секретами.

Он засунул обе руки в карманы и вздохнул, - Ты думаешь, что у Деназен твоя фотография есть во всех списках самых разыскиваемых преступников? Ты, конечно, привлекательна, но давай хоть немного реализма…

– Я серьезно.

Он поколебался, затем отступил назад и окинул дом долгим взглядом. Внизу было тихо и темно, но в угловой комнате на втором этаже горел свет, - Ну, в любом случае, они были бы Никсами, верно? Агенты всегда Никсы. С ними легко справиться.

– Давай сначала все проверим.

Потирая руки, Алекс приподнял брови, - Поиграешь в подглядывателя? Выкручиваешь мне руку. Девушка на фотографии - красотка. Может, мы поймаем ее за чем-нибудь неприличным.

Я закатила глаза и столкнула его обратно с лестницы, - В последнее время ты слишком часто общаешься с Курдом.

Мы прокрались вдоль стены дома и подобрались к кухонному окну. Свет был выключен, и, казалось, вокруг никого не было. Оттуда мы заглянули в маленькое, покрытое копотью окошко на боковой двери гаража. Машин не было.

Задний двор тоже был пуст. Единственными предметами, которые попадались на глаза, были старые качели на покрышках, свисающие с сомнительного вида ветки, облупленный стол для пикника без ножки и лужайка с небольшими участками снега, оставшегося после первой в этом сезоне бури.

Мы обошли дом кругом и вернулись с другой стороны, намереваясь постучать в дверь.

– Интересно, в какой из них ее комната. Может, она там раздевается?
– сказал Алекс. Он сложил руки вместе и одарил меня озорной улыбкой.

– Вряд ли, поскольку она стоит у тебя за спиной, - раздался резкий девичий голос.

Мы резко обернулись, едва не сбив друг друга с ног. Брюнетка с фотографии Джинджер, футболка которой была забрызгана разноцветными красками, стояла со скрещенными на груди руками и смотрела на нас с крайне раздраженным выражением лица.

– Э-эм, - заикаясь, пробормотал Алекс. — Да, насчет этого...

– У вас есть двадцать секунд, чтобы объяснить мне, почему вы, ребята, прячетесь возле моего дома, или я вызываю полицию.

Я оттолкнула Алекса в сторону, - Ты Эшли?

Она прищурилась, - Если вас послал Карл, вы зря тратите время. Все кончено. Я не связываюсь с мошенниками.

Я улыбнулась, - Я тоже. Видишь? У нас уже есть кое-что общее. Меня зовут Дез, - Указав большим пальцем себе за плечо, я сказала: - Извращенца зовут Алекс. Нам нужно с тобой поговорить.

Похоже, она была не в настроении разговаривать. Переводя взгляд с меня на Алекс, она спросила: - О чем?

Когда летом мы с Кейлом охотились за Шестыми из списка жертв Деназен, я придумала целую историю, чтобы ненавязчиво сообщить эту новость, и, по большей части, это сработало. Но в этой ситуации все было немного по-другому. У нас было не так много времени, и каждая секунда, которую я теряла здесь, была потрачена впустую, я не искала ни Кейла, ни лекарство.

Возможно, это было немного эгоистично, и какая-то часть меня чувствовала себя виноватой, но я решила, что лучше всего сразу погрузиться в работу, - Мы здесь, потому что, если ты не позволишь нам помочь тебе, ты умрешь.

– О, Господи, - простонал Алекс.

Эшли моргнула. Я подумала, что, возможно, напугала ее своим молчанием, но, когда она выхватила свой сотовый и я услышала отчетливый звонок с тремя цифрами, я поняла, что, возможно, неправильно к этому подошла.

Алекс выхватил у нее сотовый и убрал его подальше, когда она попыталась забрать его обратно, - Хорошо, Дез сегодня не соблюдает приличий, во всяком случае, больше, чем обычно, но то, что она сказала, правда. Мы здесь, чтобы помочь тебе.

Я закатила глаза. С каких это пор он стал мистером Сострадание?
– Ты знаешь, что такое Шестой?

Она ударила Алекса и выхватила свой телефон, отплясывая на расстоянии вытянутой руки, когда он попытался отобрать его обратно. С каждой секундой эта девушка нравилась мне все больше и больше. Бросив на меня злобный взгляд, она сделала еще шаг назад и спросила: - Шестой? Да. Это число. Приходит после пяти и до семи.

– Вообще-то, это человек, - поправила я, - Своего рода человек. Как мы с тобой.