Чтение онлайн

– Группа старшего лейтенанта Баранова докладывает о потере одного самолета в районе воздушного боя и вынужденной посадке второго в районе деревни...

Ну, вот и всё, ещё один маленький (или не очень, как посмотреть) бой закончен. И дежурному настучать не получиться, ибо реабилитировался.

– В районе боя истребителей обнаружен летчик, лейтенант Шеин и обломки трёх самолётов противника, - да-а, вот так воюет Покрышкин - шесть против двенадцати и сбить троих, потеряв один самолёт. Это уметь надо.

Стоп-стоп-стоп, уметь да, но... Но почему только ему?

– Связь с центром. Дежурный? Здесь Сергеев, аналитика услышать можно? Здравствуйте Василь Василичь, сколько потребуется времени для подготовки аналитической записки по тактике эскадрильи Покрышкина? Сколько!? Добро.

Так, для разговора с куратором моего слова уже мало, документы нужны. Да и с ними - не факт что получится. Но если выгорит - то удачные тактические приёмы будут всё же распространятся быстрее, чем в нашей реальности. Там то, если я не ошибаюсь, каждый до них сам доходил, а здесь попробуем помочь. И не только в авиации это нужно.

Саня

– Барбосы под командованием капитана Бондаренко встречают танковую колонну на дороге Херсон-Мелитополь, заставляют врага остановиться и собраться в толпу разворачиваясь в атаку. Затем по сигналу ВНОС, удар наносят штурмовики, и довершает дело сводный танковый батальон. В идеале прорыв надо не просто блокировать, а уничтожить, благо враг не смог провести его массированно.

– Лишь бы летчики успели вовремя...

– Батальон ударит с севера и чуть в тыл врагу, вот здесь, - показал Мындро на карте.

– Почему подставляем самоходки практически в одиночку?
– спросил зампотех.

– Потому что с их скоростью есть шансы оказаться на удобном месте раньше немцев. У другой техники этого шанса нет, поэтому и выигрываем время.

– Товарищ генерал-майор, четырнадцать барбосов и все? Или что-то еще будет?
– уточнил я.

– Пост ВНОС и два десятка из разведроты посадите на броню, пусть лыжи возьмут на всякий случай. По данным авиаразведки у немцев введены в прорыв около полусотни танков и самоходных установок, полтора десятка грузовиков с пехотой и около десятка мотоциклов.

– Песец котенку, хотя мы еще поцарапаемся.

– Вы обязаны не только остановить врага, но и выжить...

– И заставить врага героически гибнуть за свою Родину..
– продолжил я.

– Ну, примерно так, - улыбнулся Мындро.

– Есть! Разрешите выполнять?

– Идите! И...- немного замявшись - С Богом!

Когда мои коробочки поднимая снежную пыль устремились навстречу неизвестности, группа офицеров бригады еще что-то обсуждала.

Прибыв на место мы успели замаскироваться в небольшом садоводческом питомнике за выложенной из камней невысокой оградой.

– Успели, товарищ капитан?
– задал вопрос заряжающий моей машины.

– Кажется, да. Лишь бы теперь немец не заблудился.

Еще минут через десять из-за пригорка показалась колонна. Первыми шли шесть троек и четверка. За ними еще что-то неразличимое в снежном вихре, поднятом первыми танками. Зеленко скрылась в своей радиоточке и принялась вызывать авиацию. Я подал команду:

– Как пройдут одиночный куст после изгиба дороги, огонь по порядку слева на право по две машины на танк противника. Двое левофланговых - первый, два следующих - второй и так далее. После поражения первой цели, выбор самостоятельно, огонь по способности.

Мне досталась четверка. Тщательно ведя прицел за корпусом врага я ждал когда лидер дойдет до куста. Стоило первой "тройке" пройти невидимую границу, как раздался слитный залп нашей "собачьей своры". Первые семь танков были обезврежены. Меня очень удивило, что никто не промахнулся. Дальше мы открыли беглый огонь, а противник постарался как можно быстрее скрыться за холмом. В поле нашего зрения осталось восемь подбитых "троек", две "четверки", один 38(т) и два грузовика. Мы сменили позиции отойдя метров на пятьсот вдоль ограды параллельно дороге. Минут через двадцать показались три девятки немецких самолетов. Из облаков вывалились двенадцать наших истребителей. Теперь силуэты ЛаГГов я уже ни с чем не мог спутать. Машина Кати стояла совсем вблизи и я прислушался к звукам в эфире, не отрываясь от бинокля наблюдая за холмом.

– Катюша, мы тут немного помусорим?

– Да, пожалуйста, - ответила Зеленко.
– Мы подметем. Одуванчики собирать?

– Если Вас это не затруднит.

Больше, кроме сочных матюков, ничего разобрать я не смог. С неба начали падать самолеты. Причем так резво, что напрашивалось сравнение с компьютерными играми. Все упавшие, которых удалось рассмотреть, имели характерно изогнутые крылья и "штаны". На боевой курс ни один из пикировщиков так и не вышел. Сколько их улетело, и сколько наших разобрать не удалось, но шестнадцать столбов дыма были видны явно. Разведчики, разделившись на четыре группы, ушли собирать "одуванчики".

Вновь послышался гул с неба. В рацию спросили:

– Катенька, вы нас не заждались?

– Опаздываете, мальчики - ответила Зеленко.

– Постараемся искупить качеством работы.

– Мальчики, даю красную ракету. За пригорком на зюйд-вест-вест от меня цель.

– Принято. Ракету вижу. Работаем.

Девятка Су-2 устремилась к холму. Четыре ЛаГГа крутились заметно в стороне. Что происходило на обратном склоне, мы не видели, но, судя по звукам и количеству дыма, поработали штурмовики неплохо. Когда они нас покинули, немцы даже не предприняли попыток атаки. Вернулись разведчики с подарками.

– Тринадцать - один! До двух не доползли - там немцы крутились уже, - доложил старшина, командир группы.

– Наш жив?

– Да. Катерина Ивановна уже на чай к себе затащила.

– Немцев сколько насобирали?

– Один гауптман, три обера, два просто лейтенанта, фельдфебель. Рядовых в плен не брали - отстреливали на месте. Еще одного обера пристрелили - раненый был серьезно.

– Благодарю за службу, старшина.

– Служу трудовому народу.

Я перебежал к машине Зеленко. Летчик стоявший рядом с броней, отставил кружку и представился:

– Лейтенант Говоров.

– Капитан Бондаренко, - ответил я.- Жив-здоров?

– Да, только рояль сломали.

– Какой рояль?
– опешил я.

– Да мы так ЛаГГ называем иногда. За то, что лаком покрыт.

– Тебя одного высадили?

– Да, не повезло. А вернее сам виноват...

– Пятнадцать-один?
– не поверил я.

– Наших точно одиннадцать ушло, правда один с дымом.- подтвердила Екатерина.

– Немцы "лаптей" без прикрытия послали?
– продолжал я.

– Нет, километрах в тридцати в сторону фронта шестерка капитана Покрышкина связала боем прикрытие, - доложила старший лейтенант - результатов не слышала.