Чтение онлайн

Уровень защиты — спастись от посягательств со стороны. Даже самой страшно от такой резкой реакции, никогда такого не было, но и вот так открыто внимание никто не проявлял.

Как так получилось, что после Гриши я с легкостью подпустила к себе Антона не понимаю. Может никогда не считала, что принадлежу Грише? Нет, тут другое — видишь человека и понимаешь, что под старой жизнью подведена черта, как прежде уже не будет. Так было с Антоном. Я пустила его слишком глубоко в свою душу.

“Не дождешься”, как непреложная истина, будто так и надо, но нет, так не должно быть. Я женщина другого мужчины. И если в первый раз, когда ехала с ним в машине такой реакции не было — просто не рассматривала его как мужчину и не предполагала другого рода общения, кроме начальник-подчиненная, то сейчас…

Из его кабинета я вылетела, бросив заявление на столе, мне просто необходимо было на воздух и нужно было дать выход охватившей панике, только мозг явно не работал в этот момент, потому что рванула по лестнице, напрочь забыв про лифт и к тому моменту, как глотнула спасительный кислород, Александр Игоревич уже стоял на улице и его машина, каким-то чудом, стоял в двух шагах от нас. Он просто взял за руку и усадил к себе в машину, пока я пыталась справиться с неожиданной и сбивающей с ног паникой.

Вдох, выдох. Пытаюсь взять себя в руки, но стоит посмотреть в сторону водителя и поймать на себе его взгляд, как снова накрывает. Что ж такое-то? Это нормально так реагировать? Что-то подсказывает, что когда ты состоишь в отношениях, то да.

“Но у тебя-то нет никаких отношений. Вы с Антоном уже не вместе”, - шепчет услужливо внутренний голос.

Не вместе…

Откидываюсь на спинку кресла и с меня будто груз в тонну сваливается. Мы. Уже. Не. Вместе.

А я до сих пор так реагирую на посторонних мужчин — это значит только одно — я не отпустила.

В голове более менее проясняется. Дышать становится легче.

— Юля… Андреевна, — шеф едва заметно “запнулся” перед отчеством, но продолжил, — с вами все в порядке?

— Да, да, — отвечаю не спеша. Потому что действительно “да”, уже все нормально. Потому что исчезла угроза священному трио, я-любовь-он, которое я очень ценю, а точнее выпала последняя составляющая и этого трио больше не существует, а значит и защищать нечего. — Извините, Александр Игоревич, просто стало немного не хорошо. Сейчас все в порядке.

Мужчина бросил еще один настороженный взгляд и снова вернул взгляд на дорогу. Теперь мы поменялись местами — я уже не так напряжена, а он не так спокоен.

— Александр Игоревич, сверните пожалуйста здесь, — показываю поворот, который мне нужен. У меня есть еще одно дело, про которое почти забыла, но сделать надо.

— Зачем? — интересуется шеф, но поворачивает, куда прошу. Он уже подвозил меня и точно знает, что до моего дома еще неблизко.

— Остановите, пожалуйста у супермаркета, — проигнорировала его вопрос, — спасибо, что подвезли.

Как только машина тормозит на стоянке, выскальзнула за дверь и отрезала от себя все, что происходило сегодня вечером.

Я не поняла, что это было, не понимаю, что происходит, но и думать об этом сейчас не хочу. Просто заставляю себя переключиться на то, что собираюсь сделать, переключаю себя на рабочий лад.

Покупаю килограмм апельсинов, которые точно знаю не пригодятся и иду в нужном мне направлении. Дорога, несколько дворов и вот искомая старая пятиэтажка.

В подъезд попадаю без труда — домофон не работает. Лестница. Дверь. Звонок.

— Здравствуй, Сережа.

— Здравствуй, Сережа.

— Андреевна, ты? — мой подопечный встретил меня растрепанным и с глазами “по пять копеек”. Ясно, что не ожидал. А вот у меня план, навестить нашего горе больного возник сразу, как Аня рассказала о его больничном.

— Не узнал? Так сильно изменилась за две недели? — улыбнулась.

— Нет, я это… — почесал затылок опустив глаза, сразу видно, что застала врасплох.

— Решила навестить, мне сказали, что ты заболел. Апельсинчиков вот принесла, — потрясла пакетом с покупками.

Сергей скривился, не поднимая глаз — ну чисто нашкодивший котенок. Стоял такой весь растрепанный, а на заднем фоне звуки стрельбы подсказывали от чего я его оторвала.

— Да я же это, не ем их, — Хах, а то я не знала… — у меня аллергия.

— Ну так все по-честному, антивитамины для лже болезни, — хмыкнула весело. — Давай так, я не стану задавать тебе вопросы, “зачем” и “почему”. Насколько успела понять, я много интересного пропустила за свое отсутствие, просто скажу, что пока тебя не было, вся твоя работа свалилась на Варю и Аню, только на них двоих. Последняя, даже на работе ночевала, чтобы все успеть.

Пугать его увольнением или штрафами глупо. Для меня большая загадка, для чего он торчит в нашем отделе. За время его работы, с горем пополам выведала, что зарабатывает он себе на жизнь написанием компьютерных программ, но при этом исправно, изо дня в день, приходит в офис и шлепает заказы.

— Я хотел взять удаленный доступ, но это только с разрешения начальства. А про остальное — я не знал, — вскинулся парень. Хотя возраста он моего, но почему-то всегда ощущение рядом с ним, что я старше и еще его это “Андреевна”, как он всегда величает меня… — Может, зайдешь?

— Нет, — покачала головой, — я тебя навестила. Вижу, что тебе уже лучше и пойду. Хочу отдохнуть, какой-то непростой день выдался. Тебе витаминчики то оставить? — снова потрясла пакетом.

— Если я их возьму, то точно придется меня навещать, только уже в больнице, — теперь хмыкнул уже он.

— Ну и ладно, сама съем. Пока. Поправляйся и приходи, — кивнула и развернулась уходить.

Еще одно вычеркнутое дело из списка. Хотя почему “еще одно”? Единственное. В планах было уволиться и забрать документы, но что-то пошло не так.

— Андреевна, — окликает Сергей. Поворачиваюсь обратно к нему. — Я завтра на работу выйду.

— Тебе больничный надо закрыть, — напоминаю.

— Да щас, пять минут и закрою, — снова опускает глаза и ерошит волосы на голове. Хорошо, что на меня не смотрит, потому что сейчас уже у меня глаза по “пять копеек”.

— Ладно, — киваю, справившись с удивлением, — завтра так завтра.

— И это, — говорит, пока я снова не отвернулась, — тебя скинуть собираются. Поговаривают, что дочка шефа встанет у руля отдела, а Антон в замы к главному. Для тебя места нет.