Чтение онлайн

Но как любила говорить моя бабушка “человек предполагает, а Бог располагает”, в отделе, нервно “измеряя” пространство между столами, ходил из угла в угол Антон.

— Наконец ты пришла, — подлетел ко мне, как только переступила порог отдела и буквально втащил меня внутрь, захлопнул дверь и повернул ключ, запирая нас изнутри. — Юля мне нужна твоя помощь.

Очевидно, что ждал.

Я только хлопнула глазами. В груди безотчетно разлилось тепло — и вот вроде для себя все решила, и все приняла и поняла, но организм не согласен и реагирует по своему.

Сделала глубокий вдох, высвободила руки, которые Антон захватил в свои, прошла к столу. Пиджак на спинку, сумку на крючок, сама в кресло.

“Хватит мечтать Юля, вряд ли это как-то связано с вашими отношениями. Он точно не предложит сойтись обратно. вот и не стоит растекаться лужицей”.

— Что ты хотел Антон? Чем я могу помочь? — проговорила, старательно выдерживая спокойный тон и сохраняя бесстрастное выражение лица.

Антон, замерший от моего такого поведения (видимо не ожидал, что не растаю от его объятий), словно очнулся и подлетел к моему столу.

— Юля, у меня мало времени. Хотел вчера поговорить спокойно, но ты куда-то пропала, — укоризненно посмотрел на меня.

Он что, ждет, что я стану оправдываться? Ага, счаззз!

— Ты, кажется, сказал, что у тебя мало времени? Так может закончим с трагическими паузами? — съязвила.

Поджал недовольно губы. Похоже и правда должна была оправдываться и извиняться…

— Так что хотел то?

Антон вздохнул и опустил глаза, видимо собираясь с духом:

— Ариша завалила испытательный срок. Я хочу, чтобы ты помогла ей!

Чего он хочет!?

“Завалила испытательный срок” — звучит, как песня.

Во мне проснулась вредная Юля и довольно потирает ручки, что идеальная во всем Ариша, хоть где-то не такая эталонная. Да, да — вот такая я злюка вредная. Конечно, это с моей стороны мерзко и не красиво, но внутри я злорадствую и радуюсь промаху соперницы… еще бы это что-то меняло… Поэтому приходится отмахнуться от своей ядовитости и переключиться на деловой лад.

Указываю Антону на стул, который стоит с другой стороны моего стола. У нас есть минут пятнадцать-двадцать, чтобы все обговорить.

— Не успевает или систему работы не поняла? — спрашиваю, пытаясь понять в чем проблема.

— Не то, не другое, — Антон снова опускает глаза и ерошит всегда идеально уложенные волосы.

— Не поняла… — протянула удивленно, потому что и правда не поняла. Ты либо не успеваешь отбить ежедневную норму заказов, либо неправильно их отбиваешь и косячишь в заполнении документов. Как говорится, третьего не дано.

— Я… в общем… — Антон мнется, а у меня шок — это что за неудачный клон-мямля? Черт побери, никогда не видела его таким. он же мужик с большой буквы М… обычно.

— Антон у нас времени не так много. Говори уже, — потому что мне надо придумать, что делать дальше. Как не крути, Арина не обычный стажер и за завал испытательного срока ее никто не уволит, тут и к гадалке не ходи.

— Это из-за меня. Она не будет успевать делать норму, потому что не знает, что норма — двести пятьдесят заказов. Я часть делал за нее. — Выпаливает на одном дыхании и напоминает сейчас ребенка, который оправдывается за двойку.

Сижу с выпученными глазами и отвисшей челюстью.

Как он вообще до этого додумался? Мне вот очень интересно, он как собрался это разруливать то?

— И сколько она делает? — спрашиваю с подозрением.

— Сто восемьдесят.

Твою ж мать.

Кажется я сказала это вслух, но мне как-то сейчас особо не до подбора выражений. Сто восемьдесят, это она не дорабатывает восемьдесят заказов. Почти третью часть общего объема… Пипец, только через “зд”.

Что б вы понимали, как это работает, на компьютерах каждого сотрудника, список заказов, который пополняется в режиме реального времени, как только поступает новый заказ. Счетчик отсчитывает количество отработанных заказов, а мы (наставники и директора) может увидеть список отработанных заказов. Сотрудники видят на счетчике двести пятьдесят и могут остановиться или сделать сверх нормы.

— Ты же вкурсе, что об этом нужно сообщать наверх?

— Ну вообще не обязательно, — Антон наконец поднимает на меня взгляд и смотрит так… сложно объяснить, но глаза блестят, как у маньяка, способного на любое безумство, — Докладывать должны были пока просто наставниками были, а сейчас ты ИО и все проблемы отдела должна решать сама.

Проще говоря он предлагает мне скрыть… Хотя доля правды в том, что он сказал тоже есть. Если в отделе я начальник, то и решать такие вопросы могу сама.

— И как ты это провернул? — мне стало просто любопытно.

— Подключался удаленно и добивал количество до нормы. Ей говорил, что перевыполним ей план. До конца рабочего дня она успевает только сто восемьдесят, — пожимает плечами.

“Если б ты, идиот, не вмешивался, то к концу второй недели она бы уже все успевала. Все первое время не успевают, но наращивают скорость со временем”.
– хотелось бы сказать ему это вслух, но молчу. На языке крутиться другой вопрос:

— И она ни разу не усомнилась? Ты две недели делал ей двести пятьдесят заказов и у нее ни разу не возникли вопросы? — она же не может быть настолько наивняк? Нет же?

— Она полностью доверяет мне, — горделиво вскидывает голову.

Усмехаюсь. Тут есть чем гордиться? Жестко наеб*л девчонку и рад, что она ему верит.

Я одна тут дура чего-то не понимаю?

Мысленно уже через слово вставляла маты. Кто не любит такую особенность в девушках, простите. Я обычно кулЮторный человек, но редко во мне прорывается Юлька, которая пьет вишневое пиво и может приложить матом особо приставучих.

Вспоминая эти незатейливые факты о себе, на секунду удивляюсь, как я умудрилась выбрать именно Антона? Моя вишневка, против его вина и коньяка какой-то сумасшедшей выдержки. Домашние посиделки в уютном кругу, против супер модных клубов и баров.

Встряхиваю головой. Есть более насущные вопросы.

— Ну и кому ты лучше сделал? Это медвежья услуга с твоей стороны, сам то понимаешь?

— Ты права, никому. — он вдруг совершенно открыто улыбается и выглядит так, будто попал в нирвану, — Просто когда любишь, пытаешься любимому человеку облегчить жизнь, сделать все, чтобы ему было хорошо. Ты поймешь, когда влюбишься.

Казалось мне зарядили пощечину. Неожиданную, горящую и до ужаса обидную и несправедливую.

Я все эти три года именно этим и занималась, пыталась облегчить ему жизнь — помогала, поддерживала, никогда не нагружала своими проблемами, а он просто этого не замечал.