Чтение онлайн

И без записок. Была всего одна в первом букете — “Это не извинения, “прости” я скажу лично, когда будешь готова. Просто хочу, чтобы улыбнулась”.

И я улыбалась. В груди давило и щемило, слезы рвались, но улыбалась. Было до безумия приятно, но и больно…

— Ну и что ты планируешь делать дальше? — поинтересовался папа за ужином.

А вот этого вопроса я боялась больше всего. Две недели у меня никто ничего не спрашивал, а ограничится “не знаю” не получится, потому что иначе в моей жизни начнет распоряжаться отец.

— Подыщу себе жилье, найду работу. Сама, — не смогла сдержать улыбки, глядя в прищуренные глаза отца.

— Не плохой план. Хотя ты прекрасно знаешь, что и тем и другим тебя обеспечить могу и я. — миролюбиво проговорил, после того, как мама погладила его по руке. — Вот только я спрашиваю про Сашу.

Вот даже не удивил. Конечно он все знает. Только к чему он завел этот разговор? Странно правда, что целые две недели ждал.

— А что Саша?

— Когда поговоришь с ним, Юль?

— А должна?

Надо. Сама это прекрасно осознавала. Давно пора точки над i, но не решалась. За эти недели, как Саша ворвался снова в мою жизнь, передумала многое. За все три года столько не копалась в прошлом, как за эти три недели. И то, что я надумала, мне не нравилось от слова “совсем”.

— А должна ты, дочь, если уж спросила, перестать маяться ерундой и вернуться к нему. Жить и рожать нам с матерью внуков. Помнится ты жаловалась, что я тебя воспитываю, а как не воспитывать, если ты ведешь себя, как маленький ребенок? — хлопнул по столу.

Даже не вздрогнула. Папа всегда был вспыльчивым и хлопнуть по столу, его излюбленный прием. Он говорил, что представляет наши с сестрой задницы, когда бьет по столешнице.

А вот его слова звоном в ушах, словно упала на скользком льду и приложилась головой об этот самый лед. От папы, который трясся над нами с сестрой, как над хрустальными статуэтками, я такого точно не ожидала.

— Ты сейчас серьезно? — прошептала ошарашенно.

— Да. Ты его любишь, он тебя. Что тебе еще нужно? Кажется когда-то ты кричала мне именно это? Так в чем проблема-то? — иронично протянул и сейчас я не могла понять, он серьезно это говорит или издевается.

— Пап, я сама в своей жизни разберусь.

— О, — хохотнул зло, поднимаясь с места и облокотившись на руки сжатые в кулаки, — я вижу, как ты разбираешься. Три года убиваешься по мужику и чего-то не разобралась до сих пор.

Зря я приехала в этот дом. Точно зря. Папа неисправим. Поддержать дочь, выслушать — это не про него.

— С чего ты взял, что я по нему убиваюсь?

— У тебя три года мужика не было, если не заметила. В работу окунулась и нифига не видишь и тут два варианта, либо ты точку не поставила, потому что сделал слишком больно, либо любишь до сих пор. А у тебя два в одном.

— А может просто мужиков нормальных нет вокруг? — ехидство у меня от папы.

— Ой, действительно, — театрально всплеснул руками отец, — С Гришей рассталась, нашелся Антон. Антон уплыл в туман, нашелся Саша, а после Саши все мужики вымерли. Вот просто подчистую. А хочешь я прямо сейчас тебе с десяток парней приведу, красивых, обходительных? Все, как вы девочки любите, хочешь? Вот только готов на все свое состояние поспорить, что даже не взглянешь на них, потому что прохерила свое сердце у одного… и забирать его не собираешься и с ним тоже быть не хочешь. А меня задолбал тот бесчувственный робот, который на месте моей принцессы ходит.

У меня просто не было слов. Медленно вдохнула, выдохнула, поднимаясь со своего места — надо выйти. Находиться, сейчас здесь стало невыносимо.

— Дорогой, выпей-ка коньячку, а? — неожиданно заговорила мама, про которую в этой перепалке и я и отец успели благополучно забыть.

Подошла к своему мужу, мягко провела рукой от шеи по плечу и к кистям рук. Одну руку разжала из кулака в вложила в нее бутылку папиного коллекционного. Когда успела за бутылкой сходить, не представляю.

— Это все твое воспитание. Избаловала их, — выговорил маме, в очередной раз хлопнув по столу.

— Конечно дорогой, это все я виновата, — послушно кивнула в ответ в спину уходящему отцу, вызывая во мне волну раздражения, злости и недоумения. Мне были непонятны их отношения. — Юля, присядь, родная. — Позвала меня.

Вздохнула, но села. Откровенно, с маминым подходом к жизни и отношениям, я не представляла, что она может мне сказать.

Рассказать, что нужно быть послушной во всем и не перечить мужчине ни за что и никогда? Нет, я так не хочу и не буду.

Я люблю свою маму, очень, но вот такое идолопоклонное отношение к отцу, с его-то деспотичным характером, для меня не понятно.

— Юля, я согласна с твоим папой, — вот об этом я и говорила, всегда и во всем на его стороне, не важно прав он или нет, — вам необходимо с Сашей поговорить и все решить между собой. Хотя бы просто выскажи ему свои претензии, скажи, что он тебе больше не нужен, иначе он не отступит.

Я сейчас была согласна с ней в части претензий, но интересовало меня другое.

— А ты бы так и поступила мама? На моем месте, простила бы папу? Хотя можешь не отвечать — по какой-то невероятной причине ты прощаешь ему абсолютно все. — знаю, что сказала сейчас обидные вещи, но это такая защитная реакция на слова отца.

Тоже очередная несправедливость — за слова отца я грублю маме.

— Я многое прощала и прощаю твоему отцу, это нормально, — миролюбиво улыбнулась женщина.

Великолепная женщина!

Я откинулась на спинку стула и посмотрела на маму внимательнее. Она ведь действительно великолепна и это не моя оценка, как дочери, а как женщины. Маме уже за пятьдесят, но даже морщинки в уголках глаз, который появились, не испортили ее. Она по прежнему хорошо выглядит и ухаживает за собой. Ухоженное лицо, качественно закрашенные от седины волосы в стильной стрижке, отполированные ногти идеальной формы, хорошо подобранная одежда, которая скрывает, даже если и есть, недостатки тела, и это относится, в том числе, и к домашней одежде.

Почему же она вот так?

— Что нормально мама? Когда не считаются с твоим мнением? Когда решают все без тебя и за тебя? Мама, я сбежала из дома в восемнадцать, чтобы меня насильно не отправили туда, куда я не хотела поступать, или того хуже не выдали замуж. Тебе это ни о чем не говорит?

— Дочь, “семья” — это не так просто и ты много не понимаешь….

Слушать дальше не было сил и я встала намереваясь уйти:

— Оставь эти речи для кого-нибудь другого…

— Сядь, — прозвучало резко и твердо. И я бы даже подумала, что вернулся папа, если б не голос. Голос точно был мамин, а вот тон… мне не приходилось такого слышать. Никогда.