Чтение онлайн

— Доченька моя…

Аула наклонилась, протирая влажной тканью, смоченной в травяном настое, ее горячий лоб.

— Мама…

Айна попыталась сесть. Она чувствовала себя хорошо, ничего у нее не болело, лишь голова была тяжелой, да память вспыхивала жгучими всполохами. Тэумар… Где Тэумар?

— Сестренка… — Сайм опустился рядом с постелью, взял ее руки в свои и начал тихонько целовать, — это моя вина, я один виноват в том, что мы едва тебя не потеряли. Прости меня! Ты не знаешь…

Она высвободила руку и ласково взъерошила его густые волосы.

— Я знаю все… все… но не волнуйся… это мне прежде хотелось тебя убить, а теперь нет… прошло… перегорело, и прах костра разметало ветром.

— Тебе лучше отдохнуть! — заботливо проговорила Аула, — Отложим все разговоры на потом.

— Нет, — решительно возразила Айна, — со мной все хорошо, мама. А где… — она хотела спросить о Тэумаре, но не смогла здесь, в присутствии родных выговорить его имя, поэтому спросила: — а где же Лэми?

— Лэми? — Сайм прикусил губы.

— Ну говори, Сайм! Что случилось? — тут же обеспокоилась Айна.

— Ничего. Лэми нет в Этеляне. Он поехал в Сетао и до сих пор не вернулся…

— В Сетао? — Айна наморщила лоб, — Зачем?

Сайм набрал побольше воздуха и коротко рассказал ей о тех событиях, что произошли в жизни обоих владений, пока она блуждала вместе с Тэумаром по дальним краям.

— Значит, ты женился на Мерьяте?

— Осуждаешь?

— Нет. Напротив, очень рада за тебя… Я немного познакомилась с Мерьятой… А подруга Тэумара, она здесь? — спросила Айна, с болью произнеся его имя — такое любимое и такое ненавистное.

— Да. Хочешь встретится с ней?

— Чуть позже… сперва хочу помыться…

— Конечно! Кора уже приготовила горячую душистую воду, — все как ты любишь.

С наслаждением погрузилась Айна в мягкую, пахнущую травами воду. Она хотела остаться одна, поэтому сказала Коре, что сама сумеет вымыть и расчесать волосы. Она хотела остаться одна, чтобы ничто не мешало ей думать о Тэумаре.

Она испытывала боль и одновременно радость от того, что сейчас его нет рядом. Она не представляла, как они будут смотреть друг другу в глаза. А встречается придется так или иначе… Теперь, когда Сайм женился на Мерьяте, между племенами наконец-то долгожданный установится мир.

Ее, наверняка, пригласят на свадьбу Тэумара… Ведь он дал слово жениться, стало быть, не может его нарушать. Ей и самой нужно разобраться в своих отношениях с Лэми. Если Лэми ее поймет и простит, то, скорее всего, их свадьба состоится, как и было назначено.

Айна не пошла в столовую, а попросила Кору принести еду в комнату. Ей не хотелось никого видеть, а тем более девушку, которую Тэумар скоро назовет женой.

Аула слегка обеспокоилась отстраненностью Айны, но не стала тревожить покой дочери, — понимала ее стремление остаться в одиночестве после перенесенных страданий. Конечно, Айна сама ей все расскажет, но не раньше, чем будет готова к этому.

К тому же ей сообщили, что Лэми в городе, — один из слуг видел его, въезжающим в ворота дома. Весть о том, что Айна вернулась уже разлетелась по всему владению, поэтому Лэми не задержится, он непременно явится, чтобы разузнать о своей невесте.

Аулу мучили противоречивые мысли. Она догадывалась, какие чувства привезла с собой Айна из опасного путешествия, не знала наверняка, что могло произойти между ней и Тэумаром в тех губительных, неведомых краях.

Айна не сказала ни слова ни о Тэумаре, ни о своем похищении, ни о том, что пережила в доме Изенара — словно все случилось именно так, как и должно было случиться.

Но Аула твердо решила, что какой бы выбор не сделал ее дочь, она его примет и благословит. Неважно, что были нарушены законы и попраны традиции! Аула более не страшилась гнева бога Огня, а то, что Лянсида и Этеляна наконец объединились — казалось ей наилучшим знаком того, что отныне все должно быть хорошо.

Знала и Айна, что Лэми вернулся, — об этой ей шепнула Кора, — поэтому когда в дверь ее постучали, она сразу догадалась, кто это.

Лэми вошел, нервно сцепив пальцы рук. Едва взглянув на жениха, Айна поняла, что он изменился. В его голубых глазах не было прежней робости, а черты лица, некогда мягкие и нежные, показались ей сейчас твердыми, резкими.

Можно ли поменяться за такое недолгое время? Или это ее собственные взгляды на жизнь стали другими? Что-то чужое, незнакомое почудилось ей в его светлых, по-новому закинутых назад волосах, в его фигуре, в его руках, которые она так любила.

— Прости меня! — сказал Лэми.

— За что?

— За то, что не смог ничем тебе помочь, не спас тебя, не вырвал из грязных Изенаровских лап.

— Это не твоя вина… Я никого не осуждаю и не проклинаю.

— Наша свадьба совсем скоро…

— Ты не передумал жениться на мне?

— Разве мы не помолвлены?

— Но столько всего случилось… Пояс невесты утонул в озере, а еще… я целовала Тэумара! — сказала Айна и ощутила, как ей легко и просто говорить о том, что она целовала Тэумара.

— Только целовала? — сухо осведомился Лэми.

— Да! Но готова была на большее… Он защищал меня, он жертвовал всем ради меня…

— Разумеется! — сказал Лэми и прошелся по комнате, стискивая побелевшими пальцами пустые ножны.

— Когда мы оказались в смертельной беде, он отдал мне последнюю каплю магии, чтобы я спаслась… — добавила Айна. сама не понимая, для чего она это говорит и в чем пытается убедить Лэми!

— А ты что сделала? — спросил он.

— Разделила эту каплю на двоих… Жизнь Тэумара не менее ценна, чем моя…

— А если бы не получилось?

— Значит мы погибли бы вместе! — просто ответила Айна.

— Это признание в любви?

— Нет, нет! — испуганно воскликнула она, — Это… благодарность, ведь сперва я сама стремилась избавиться от него, хоть и дала клятву…

— Хорошо, — прервал ее Лэми, — что теперь?

— Не знаю…

Они растерянно, смущенно смотрели друг на друга.

— Я по-прежнему готов жениться на тебе в назначенный срок. Но я хочу получить ответ к завтрашнему дню. Если его не будет, я уеду из Этеляны, — наконец проговорил Лэми.

— Навсегда?

— На время. Хочу посмотреть мир… Так ты дашь мне ответ завтра?

— Да! — не слыша собственного голоса, произнесла Айна.

— Тогда увидимся завтра на закате.

Он вышел из комнату и быстро пошел в направлении ступенек, стремясь поскорее покинуть этот дом, стены которого душили его. Сердце колотилось, воздуха не хватало.