Чтение онлайн

Американская экспертиза

После провала путча всем стало ясно, что Горбачев потерял значительную часть своей власти, а Ельцин столько же власти приобрел. "Мы наблюдали за тем, - пишет бывший директор ЦРУ Роберт Гейтс, - за чем наблюдал весь мир - коммунистическое правление закончилось, и стоял вопрос о выживании Советского Союза". В те дни была создана специальная группа экспертов разных разведывательных служб и профильных ведомств, которая должна была разработать основы политики США на тот случай, если Советский Союз распадется. Членом этой группы был и кадровый офицер ЦРУ Фриц Эрмарт. Он свидетельствует: "Мы сформировали эту специальную временную группу, которая должна была предсказать возможное развитие событий, особенно если это развитие будет представлять угрозу национальной безопасности США. Например, если это перерастет в такой же конфликт, как в Румынии. Наши предсказания были далеко не всегда точны, но сама по себе идея такой группы оказалась конструктивной. Группа подготовила тех, кто принимает политические решения в стране, к тому развитию событий, которое на самом деле произошло. Осенью 1991 года мы предсказывали, что шансы на сохранение и развал Советского Союза примерно равны. Но как бы ни развивались события, нас беспокоило лишь одно: чтобы это развитие не переросло в столкновения и гражданскую войну. Администрация Джорджа Буша была серьезно обеспокоена такой перспективой".

Роберт Гейтс внимательно следил за развитием событий в Москве.

Конкретно американское руководство волновали два возможных сценария: вмешательство армии в исторический процесс и возможное развитие событий по югославскому образцу. "Нас беспокоило, что армия вступит в дело, - говорит Эрмарт.
– Но когда мы увидели поведение армии в августе и в последующие месяцы, то все меньше беспокоились об этом. Мы постепенно поняли, что в 1988-1991 годах, в отличие от 1917-1920 годов, не было такого многочисленного слоя общества, такой мощной группы в политической элите, которые готовы были бы пойти и убивать собственный народ за его политические взгляды. Россия прошла через век насилия, который дорого обошелся стране. В России сложилось нормальное общество - и это помогло сохранить гражданский мир".

Однако второй сценарий со временем все больше волновал американские спецслужбы, Госдепартамент и Белый дом. "Мы беспокоились частично из-за того, что события развивались очень драматично, а частично из-за примера Югославии, - говорит Эрмарт.
– Но в основном из-за того, что очень много россиян сами боялись такого развития событий и они сами говорили об этом. Тогда российская политическая элита выступала с довольно апокалиптическими предупреждениями - гражданская война, голод, крах экономики". Напуганное такой перспективой американское руководство решило пересмотреть парадигму своей политики в отношении СССР.

В 1980-е годы, когда обозначился системный кризис советской империи, американское руководство задалось вопросом: чего бы оно не хотело видеть в Советском Союзе? И ответило на него так: мы не хотим экономического бедствия и связанного с ним отчаяния, чреватого политическим хаосом и гражданской войной в стране, обладающей огромным ядерным потенциалом. Конечно, на Западе были влиятельные персоны (Маргарет Тэтчер, Збигнев Бжезинский) и силы, мечтавшие о гибели "красной империи". Но вплоть до августовского путча высшее руководство США не желало хаоса в Советском Союзе или развала СССР. Судьбу балтийских республик Горбачев и Буш-старший отдельно обговорили на саммитах в 1989 году на Мальте и в мае-июне 1990-го в Вашингтоне.

Но когда развал Советского Союза стал реальностью, Вашингтон, боясь югославского сценария, стал искать наименее конфликтный вариант решения проблемы. Единственной возможностью избежать югославского варианта был роспуск СССР при условии, что административные границы между союзными республиками станут государственными. Эту мысль американцы стали настойчиво доводить до руководства советских республик (прежде всего Украины, Белоруссии и Казахстана), но главное - через его окружение - до Бориса Ельцина.

Как Горбачев невольно спровоцировал августовский путч, Ельцин спровоцировал развал Союза. Когда после провала путча президент России объявил о запрете компартии, и в Москве начались аресты крупных функционеров КПСС, в Киеве на трибуну Верховной рады вышел лидер украинских коммунистов Геренко и сказал: "Если мы сегодня не проголосуем за независимость Украины, завтра Ельцин арестует нас". И Верховная рада, где большинство составляли коммунисты, подавляющим большинством проголосовала за самостийную Украину. То же произошло и в других союзных республиках. Американцам даже не надо было вмешиваться в процесс. Им только нужно было подсказать, как это сделать.

Строб Тэлбот откровенно признался: "Когда-нибудь историки напишут, какой разительный контраст представляют собой развал СССР и развал Югославии. И хотя развал Советского Союза проходил хаотично, он - ничто по сравнению с югославским кризисом. СССР распался без вооруженных конфликтов, потому что Ельцин, Назарбаев, Кравчук и Шушкевич договорились об одном существенном принципе: границы между советскими республиками становятся международными границами. И это, за некоторыми исключениями, позволило процессу протекать мирно".

После провала путча Михаил Горбачев затеял в Новом Огареве под Москвой процесс склеивания евразийской державы. Его верным союзником был только участник июльской "тайной вечери" Нурсултан Назарбаев.

Звонок Бушу

Поначалу и Ельцин был верен договоренностям, достигнутым на той встрече. Но потом под воздействием своего окружения он решил избавиться от Горбачева и вместе с Леонидом Кравчуком и Станиславом Шушкевичем заключил Беловежское соглашение. Назарбаева в Вискули Ельцин не пригласил. Ведь тот мог напомнить ему о прежних договоренностях, а то и позвонить все еще действующему президенту СССР.

Беловежской тройкой было создано СНГ, как говорили в народе, Способ Насолить Горбачеву. Понимая, что творят, эти люди вели себя соответственно. О содеянном они сначала сообщили не президенту СССР в Москву, а президенту США в Вашингтон, пытаясь заручиться его поддержкой. Слухи об этом звонке давно гуляли по Москве, но Ельцин и его окружение их опровергали. Тем не менее звонок был. Вот как его описывает в своих мемуарах Джордж Буш.

"8 декабря 1991 года Ельцин позвонил мне, чтобы сообщить о своей встрече с Леонидом Кравчуком и Станиславом Шушкевичем - президентами Украины и Белоруссии. Фактически он еще находился вместе с ними в комнате охотничьего домика недалеко от Бреста. "Сегодня в нашей стране произошло очень важное событие, и я хотел проинформировать вас лично, прежде чем вы узнаете об этом из прессы", - заявил он с пафосом. Ельцин объяснил, что они провели двухдневную встречу и пришли к заключению, что "нынешняя система и договор о Союзе, к подписанию которого все нас подталкивают, нас не удовлетворяют. Поэтому мы собрались вместе и несколько минут назад подписали совместное соглашение". Ельцин зачитал что-то вроде подготовленного заявления. Он сказал, что близорукая политика Центра привела к политическому и экономическому кризису. В результате они подписали соглашение из 16 пунктов о создании Содружества Независимых Государств. Иными словами, он сообщил мне, что вместе с президентами Украины и Белоруссии они решили разрушить Советский Союз".

"Когда он закончил читать подготовленный текст, - продолжает Буш, - его тон изменился. Мне показалось, что изложенные им положения подписанного соглашения будто специально сформулированы таким образом, чтобы получить поддержку Соединенных Штатов. Они непосредственно излагали те условия, за признание которых мы выступали. Мне не хотелось преждевременно высказывать наше одобрение или неодобрение. Поэтому я просто сказал: "Я понимаю". "Это очень важно", - отреагировал Ельцин.
– "Господин президент, - добавил он, - должен сказать вам конфиденциально, что Горбачев не знает об этих результатах. Он знал, что мы здесь собрались. Фактически я сам ему сказал о том, что мы встретимся. Конечно, мы немедленно направим ему текст нашего соглашения, и, конечно, ему придется принимать решения на своем уровне. Господин президент, я был с вами сегодня очень, очень откровенен. Четыре наших страны считают, что существует только один возможный выход из нынешней критической ситуации. Мы не хотим делать что-либо втайне. Мы немедленно передадим заявление прессе. Мы надеемся на ваше понимание. Дорогой Джордж, я закончил.

Это чрезвычайно, чрезвычайно важно. По сложившейся между нами традиции я и десяти минут не мог подождать, чтобы вам не позвонить".

Как говорится, no comment! Отмечу только одну деталь. В разговоре с Бушем Ельцин сказал о четырех странах, считающих, что есть "только один возможный выход из нынешней критической ситуации" - роспуск СССР. Но ведь в Беловежской Пуще были лидеры только трех советских республик! Что же за четвертая? Казахстан? Но, может, четвертым негласным участником Беловежского соглашения были США. А условия, за признание которых США выступали, сводились к одному главному пункту: добровольный роспуск СССР по существующим между союзными республиками административным границам.