Чтение онлайн

О Боже, ну почему ты ставишь меня перед таким выбором? Вернее даже и выбирать нечего, любой вариант плохой. Тупик? Если не видишь решения, значит ли, что его нет? Нет, не значит. Это значит, что ты его пока не видишь. Надо отпустить ситуацию, а события сами покажут выход. Нужно сосредоточиться на ближайших проблемах: добиться гарантий освобождения Светы, для этого приступить к выполнению заказа. Ха, а я смогу выполнить заказ? Это реально?

Нужно съездить в музей и посмотреть картину живьём. Где она у нас висит, кстати?

Арендованный домик Анна-Мария

Пить хочу и есть, но ещё больше хочу её. Вот она рядом, тёплая, нежная, лежит, думает о чём-то. Я могу сейчас о чём-то думать? Нет, не могу, а она может – сильная. Прижимаюсь губами к её плечу - холодное. А к шее? Теплая, такая тоненькая кожа на шее, а пахнет как ммм… А вот рана под ключицей, дотрагиваюсь губами.

– Не больно?

– Нет

– А было?

– Нет.

– Как нет? Расскажи откуда это у тебя

– Автомобильная авария

– Врёшь

Целую вторую рану под грудью

– А эта?

– Тоже авария

– Опять врёшь, зачем ты мне врёшь всё время?

– Когда это я тебе врала?

– Да вот только что, говорила, что не дашь мне заснуть, а сама что?

– Это ложь во спасение, иначе ты умрёшь от истощения организма, а я не хочу этого

– Мне не нравится слово организм, где ты видишь у меня организм? Знаешь как можно обидеть похвалив?

– Нет

– Нужно сказать «Какое у вас красивое туловище». Вот организм ни чем не лучше.

– Принимается, согласна у тебя нет ни туловища ни организма, только очень сексуально озабоченное тело.

– И это тело хочет пить.

Дотягиваюсь рукой до бутылки с водой, наливаю в стакан, передаю Лене, сама жду

– А сама?

– Хочу из твоего стакана

Пьём. Вожу пальцем по её груди, животу, бёдрам.

– Ты лихачила что ли? Это было очень опасно? Две такие страшные раны…

– Ничего страшного, всего две

Показывает мне на свою татуировку

– Знаешь сколько жизней у кошки?

– Знаю, девять

– Правильно. Истратилось две. В запасе ещё целых семь, так что бояться нечего. Сейчас идёт, только, третья жизнь кошки…

Разговор с Брагиным через неделю

– Как это ни странно, картина очень сложная. Всего было написано четыре «Чёрных квадрата». Тот что в Эрмитаже сделан последним, он самый глухой и чёрный по цвету, ещё один в Русском музее, а два в Третьяковке. Все они отличаются друг от друга и по размерам и по фактуре краски. В некоторых под чёрным цветом в трещинах кракелюра просматриваются другие цвета. Судя по всему, в работе над первым он не сразу пришёл к решению чёрного цвета, а только в конце, взял и в сердцах закрасил всё чёрным. Это сильно усложняет задачу. Такие эмоциональные вещи очень сложно копируются, повторить их аккуратными способами нельзя. Да и сам чёрный цвет сложносоставной. Для понимания реальной сложности работы, мне нужен доступ к картине на несколько часов с возможностью фотосъёмки нужных мне фрагментов. А это значит - наличие профессионального освещения. Также необходимо достать копии всех экспертиз, причём не заключительных выводов, а все химико-технологические данные: исследования холста, краски, подрамника и гвоздей которыми прибит холст. Все исследования: в рентгеновских лучах, в ультрафиолете и инфракрасном излучениях. Одним словом всё. Вот список что мне нужно.

Кивает головой, понимает хоть сложность задачи?

– При этом моей фамилии, на допуск в музей, ни в каких списках быть не должно. Как меня будут проводить в музей, не знаю, ваш вопрос - придумайте.

Удивился, но спорить не стал, уже хорошо.

– Пока мы ведём эту подготовительную работу, мне нужны гарантии того, что вы действительно сможете организовать освобождение Светланы Халитовой. Для этого, в качестве первого шага, добейтесь её перевода из колонии особого режима в колонию-поселение, с возможностью проживания в частном секторе. Без этого я ничего делать не буду. Если это будет сделано, то я приступаю к работе, а вы запускаете процесс условно досрочного освобождения. При этом я найму своего адвоката, который будет контролировать работу вашего, чтобы точно знать, что происходит на самом деле. То есть мой адвокат должен иметь доступ ко всем материалам вашего и любые проволочки будут восприниматься мной как обман, и приводить к немедленной остановке работы. В результате, в конце - я отдаю готовую картину, только после того как увижу документы об освобождении Светланы, с подтверждением моего адвоката, что всё правильно.

Опять смотрит с удивлением, но не спорит

– Если всё, что я говорю не вызывает возражений, то можно говорить о стоимости работ – за готовую картину я должна получить в руки 150 000 долларов причём 100 000 долларов до начала работ и остальные после окончания, все накладные расходы добавляются к этому и могут составить близкую сумму. Например, если я найду нужный по размеру и времени холст, но он будет продаваться на аукционе в виде картины, то её нужно будет обязательно купить, сколько бы она не стоила, это значит, что кто-то будет участвовать в торгах. Если я найду такой холст в галереях - ну и хорошо, значит, купим там. Почему я так подробно поясняю этот момент? Почему нужно искать картину нужного размера, а не купить какую попало лишь бы того времени? С которой спокойно снять старый холст, подрезать его в нужный размер и натянуть на старый подрамник. Почему так нельзя сделать? Потому что заломы холста и дырки от гвоздиков, тоже должны быть старыми, как и кромки самого холста. Конечно, всё можно искусственно состарить, но это ловится, хороший специалист определит свежую работу. А мы ведь хотим полное сходство? Поэтому этап закупки материалов и есть самая затратная часть. Основное оборудование для таких работ у меня есть, так что здесь тратиться, скорее всего, не придётся – так по мелочи.

Надо же доволен

– Вижу серьёзный подход к делу, другого и не ждал, условия разумные, немного избыточные в плане доверия к моему слову, но это понятно. Думаю при дальнейшем сотрудничестве таких мер контроля не понадобиться. Давайте я в течении нескольких дней, проработаю ваши пожелания и после этого свяжусь с вами.

Домик ожидание Елена

Всё последнее время я нахожусь в состоянии медового месяца. Никакие запреты и призывы к осторожности на Анну не действуют, она просто приезжает в НАШ домик и ждёт меня там каждый вечер. Ещё она ходит в магазин, готовит ужин, наводит порядок, и того и гляди начнёт заниматься огородом. Свела знакомство с соседской бабулькой бабой Глашей, та научила её, где брать свежие молоко и творог. Оказывается три раза в неделю в посёлок приезжает местный фермер со своими молокопродуктами, и если не застаёт Анну, то баба Глаша берёт у него и на нашу долю тоже. Аня в свою очередь, несколько раз, привозила ей какие-то лекарства из Москвы и полезные мелочи для хозяйства. Одним словом деревенская идиллия. Один недостаток всего этого – отсутствие сна, мы всё время занимаемся любовью. Ну Аня понятно, разбудили голодного зверя, а я-то что? Стоит мне подумать о ней, увидеть её, дотронуться до неё – всё, готова. Ничего не могу поделать, наверное, потому что знаю, что всё это скоро должно закончиться, что нет ни будущего, ни прошлого. Есть только настоящее - здесь и сейчас и я стараюсь наслаждаться каждой минутой.

– Почему так долго, я соскучилась. Опять Сергеич отлынивал?

– К чёрту Сергеича, я хочу тебя ТАМ поцеловать.

Укладываю её на кровать, начинаю целовать шею, плечи грудь, постепенно расстегивая и снимая одежду, пока не оказываюсь у неё между ног. Нежно стягиваю трусики, и несколько секунд наслаждаюсь бесподобным зрелищем, затем лёгкими поцелуями вдоль её бёдер начинаю медленно приближаться к заветной цели. Она вздрагивает после каждого прикосновения губами, возбуждаясь всё сильнее и сильнее. Я слышу её нервное дыхание, наконец, кончиком языка провожу по её губкам ТАМ. Ещё раз, ещё раз, ещё, она стонет, и от этого стона я улетаю на невероятную высоту, а потом с силой прижимаюсь к ней, погружая язык внутрь её горячего лона. Я чувствую её запах, я чувствую её вкус, у меня кружится голова от восторга, и я начинаю лизать её, чаще, чаще и чаще. Она непроизвольно двигает бёдрами мне навстречу, всё увеличивая и увеличивая скорость. На пике наслаждения она резко сжимает мою голову бёдрами, её сильно дергает несколько раз, громко стонет, и плотно прижав меня к себе, замирает на несколько секунд. Ещё раз дёргается, и откидывается в сладостной истоме на кровать. Несколько минут лежим обессилив, потом она приходит в себя и я слышу.

– Иди ко мне

– Нет, нет, нет не сейчас, нужно поесть хоть немного, а то сил ночью уже не будет

Наклоняется ко мне и подтягивает на себя

– Иди ко мне

Прижимаюсь к ней и шепчу

– Ты там очень вкусненькая, очень.

Начинает снимать с меня одежду и бельё

– Я тоже так хочу…

Через неделю разговор с Брагиным

– Докладываю по первому вопросу наших договорённостей. Светлану Халитову завтра переводят из колонии особого режима в колонию поселения.

– Быстро, молодцы

– Ну а как же, работаем. Через пару дней сможете сами ей позвонить или навестить, условия содержания позволяют это делать.

– Нет необходимости, достаточно информации от моего адвоката.

Посмотрел с удивлением, ожидал другой реакции.

– По второму вопросу всё тоже складывается в нашу пользу. Копировать будем «Чёрный квадрат», который находится в Питере, в Эрмитаже. Там как раз в рамках перекрёстного года Россия-Голландия готовиться к отправке в голландский город Дордрехт, выставка «Виллем II – король искусств». Нам удалось договориться расширить, отправляемую, экспозицию картинами русского авангарда, среди которых будет и «Чёрный квадрат». Голландская сторона живо отреагировала на наше предложение и активно подключилась к оформлению всех необходимых документов. Говорят даже, сам Король поучаствовал в преодолении бюрократических проволочек в выделении дополнительных средств, необходимых для страховки и транспортировки, что уж говорить про наших. Так что через три недели начинается упаковка картин. Все подобные выставки в обязательном порядке страхуются, вот мы вас и оформим как независимого эксперта от страховой компании, и вы спокойно с надлежащим оборудованием обследуете те картины, которые сочтёте необходимым. Это не вызовет никаких вопросов и подозрений. Проходить в Эрмитаж, вы будете под вымышленным именем и фамилией. На охране вашу группу, в которую войдёт кроме вас ещё фотограф с оборудованием, встретит нужный человек и беспрепятственно проведёт без всяких документов.