Трезвый расчет
Шрифт:
Дик взял руку Жозефины и дружески пожал.
– Жози, я ведь знаю тебя куда лучше, чем ты меня. Именно поэтому Джилл взяла в плен мое сердце, а ты так и не смогла. Мы знакомы и дружны много лет, и именно поэтому я прощаю тебе все обидные слова в адрес моей Джилл – но только до сего момента. Отныне не смей оскорблять ее.
Жозефина отшатнулась от них с выражением такой дикой ярости на лице, что многие из ее девиц заткнули уши, ожидая, что сейчас разразится один из тех грандиозных скандалов, которыми славилась на весь Кардиган Жозефина Карлайл, однако Дик действительно хорошо знал свою старую подружку. Он извлек из кармана портмоне и потряс у Жози перед носом, а затем произнес всего одно магическое слово:
– Сотня!
Жози закрыла рот и с подозрением уставилась на молодого человека.
– У тебя никогда не было при себе и трех фунтов, Дик Аллен!
Дик молча раскрыл пухлый бумажник и показал Берте содержимое.
– Мы заплатим тебе за комнату и за жратву, а ты спрячешь нас на несколько дней, Жози, и при этом будешь держать свой алый ротик на замке. Мы с Рокко были уверены, что ты и твои девочки не оставите нас в трудную минуту и сделаете все, как надо.
Жозефина неожиданно просияла и одарила Джилл почти доброжелательной улыбкой.
– Ну конечно, Дик! К кому же еще идти, как не к друзьям! Вы получите лучшие комнаты, а попозже девочки принесут вам еду и выпивку. Оставайтесь, сколько вам нужно, и будьте уверены, что здесь вы в безопасности, кто бы и зачем бы вас не искал.
Уже через полчаса Дик и Джилл были размещены в отведенной им комнате с максимальными удобствами, и молодой человек с радостью предвкушал, что они проведут здесь следующие несколько дней – до того как поиски Сайруса Берка увенчаются успехом, или же до того как их самих разыщет Джейк. Джилл же была рада еще и тому, что их комната была украшена куда более скромно – гобеленов, подобных тем, что висели в комнате Жози, здесь не было.
Сейчас они сидели вдвоем в громадной ванне и ласкали друг друга до исступления, до тех пор, пока едва не потеряли сознание от душистого пара, горячей воды и изнуряющих ласк. Теперь Джилл отдыхала в объятиях Дика, откинув голову ему на плечо и закрыв глаза.
Дик тихонько шепнул ей в ухо:
– Я прошу у тебя прощения за злые слова Жози. Она привыкла все делать по-своему и поступать согласно своим капризам.
– Тебе нет нужды извиняться за нее. Ты верно сказал, она тебя просто не знает. Ты не можешь лгать, когда речь идет о любви.
Дик нежно поцеловал Джилл в висок.
– А вот ты узнала меня куда лучше, и всего за несколько дней. Я всю жизнь ждал такую женщину. Даже начал подумывать, что ее нет на свете вовсе…
– Что ж, ты был прав. Наверное, никто не знает до конца Дика Аллена. Но я люблю тебя независимо от этого. Просто люблю.
Дик медленно ласкал бедра, живот и грудь Джилл, стараясь, однако, не возбудить ее, а лишь подарить удовольствие. Его прикосновения были легкими, почти невесомыми, и все же вскоре Джилл застонала и закинула руки ему на шею, выгнувшись в сильных объятиях и безмолвно моля о продолжении…
Потом они снова отдыхали, и Дик думал о том, что ждет их в ближайшие несколько часов. Хороший ужин, теплая и удобная постель… и ранний подъем.
– Джилл, завтра мы начнем поиски Сайруса Берка.
– Да.
– Послушай, голубка, я больше всего на свете хотел бы провести с тобой остаток жизни под этой безопасной кровлей, но твой брат идет за нами по пятам, и нам надо спешить.
Найти Сайруса Берка оказалось легче легкого. Во-первых, он и не думал прятаться. Во-вторых… собственно, достаточно и первого.
На рыбном рынке в порту первая же торговка недовольно скривила нос и сообщила, что «чертовы сатанисты» собираются в небольшой рощице в пригороде Кардигана, там у них нечто вроде общины, и преподобный Сайрус – их вроде как предводитель. Живет этот Сайрус в самой роще и корчит из себя друида, прости господи! Тут к торговке пришли покупатели, и она потеряла к Джилл и Дику всякий интерес.
Решив не откладывать дело в долгий ящик, они отправились в указанное место и действительно обнаружили там нечто вроде лагеря скаутов. Джилл, Дик и Рокко выбрали себе удобное место наблюдения и залегли.
Нельзя сказать, чтобы весенняя погода баловала обилием солнца и тепла, но сподвижников преподобного Сайруса это явно не смущало. Несколько десятков мужчин и женщин в белых балахонах бродили между палатками, тихо переговариваясь друг с другом.
Чуть поодаль стояла сверкающая машина, при виде которой Джилл вцепилась в руку Дика.
– Это машина Боумена! Он здесь! Значит, и кольцо у них. Наверное, именно сегодня Боумен собирается выкупить кольцо у Берка!
– Не шуми. Рокко, тебя Боумен не видел. Отправляйся на разведку, только раздобудь себе похожую одежку…
– Не учи, босс.
Джилл и Дик увидели, как Рокко с независимым видом подошел к веревке, на которой сушились несколько балахонов, сдернул один и скрылся за палаткой. Теперь оставалось только ждать.
Через полчаса стало известно следующее: Боумен приехал совсем недавно и в данный момент торгуется с Берком во-он в том белом шатре, там же находятся и охранники Берка, а также пара подручных Боумена. Рокко удалось увидеть что-то блестящее в руках Берка и чемоданчик, в каких обычно носят деньги, у Боумена.
Рокко перевел дух и заключил:
– Надо брать! Самое время, они же не ждут нападения.
Джилл с ужасом переводила взгляд с Дика на Рокко.
– Вы же не собираетесь?..
– Собираемся, любимая. Рокко прав. Если сделка состоится, Боумен сядет в свой шикарный кабриолет – и поминай как звали, а выкрасть кольцо из его дома уже гораздо труднее.
– Но можно же выкупить?
– Джилл, ты меня извини, но выкупать собственное имущество – это чересчур даже для Уилбери. В общем, так: связалась с преступником – пользуйся привилегиями. Ты будешь отвлекать людей и создавать панику. Я иду в шатер первым…
Марк Боумен и Сайрус Берк сердито смотрели друг на друга. Торговаться умели оба, но и уступать не хотел ни один. Именно в этот самый момент в шатер и ворвался Дик Аллен, громогласно выкрикивающий проклятия и ругательства, от которых нежный слух Марка Боумена едва не обратился в камень.
Боумен вскочил на удивление поспешно, а затем с непостижимой прытью кинулся в бегство, ловко огибая стулья и столы, в беспорядке расставленные по всему шатру, – обычно община преподобного Сайруса принимала здесь трапезу…