Чтение онлайн

– Наверно, получается переход количества в качество. Есть у нас

такая философская концепция. Марико, я очень хочу узнать побольше о твоей

цивилизации. Ведь это - будущее моей. Прости мое неуместное любопытство.

"Никогда еще Штирлиц не был настолько близок к провалу", - не раз

слышал я от Вадима. А тот - от Старика. Кто такой Штирлиц, история

умалчивает. Какой-то разведчик, судя по контексту. Чувствую себя этим

легендарным Штирлицем. Сумел разговорить незнакомку, получил информацию,

но был разоблачен... Придется менять модус операнди. Буду задавать прямые

до идиотизма вопросы, и заранее предупреждать Марико, что пойму, если она

не сможет ответить.

"Незнакомка" улетает на несколько дней на поиски сырья. Сырье - это

металл и лед. Потом Профессор изготовит стыковочный адаптер для буксировки

моего корабля. Профессор - это ИИ на борту "Незнакомки". Имя дал я. Его

"родное" - как и имя Марико - в наши звуки не транслируется.

"Незнакомка" отойдет на две-три астрономические единицы, и прямой

разговор станет невозможен. Между вопросом и ответом будет сорок-пятьдесят

минут. Уточняю детали проекта модернизации корабля. Главный ходовой

переведу на воду, а вспомогательный и все движки ориентации - на остатки

рабочего тела. Для ориентации много не надо, до Земли хватит с запасом.

Все горячие трубопроводы переключу на питание от плавильной камеры

вспомогательного движка. Эта операция штатная, выполняется командой с

пульта. Вроде, есть реальный шанс вернуться домой.

В оговоренный срок возвращается "Незнакомка". Не могу удержаться

от смешка. Яйцо в шляпке. "Незнакомка" полем удерживает в нескольких метрах

перед собой чашу из металла. Чаша с короткой, но толстой ножкой. На ножке

– стыковочная плита для меня. Все вместе - этакая растолстевшая рюмка

поистине космических масштабов. Или пиала на ножке - это кому как больше

нравится.

– Сможешь состыковаться, или помочь?
– спрашивает Марико. Мне

кажется, или в ее голосе появилось ехидство.

– Марико, ты говоришь по-русски все лучше и лучше.

– Я тренировалась.

– Сколько весит эта посудинка.

– Девятьсот ваших единиц массы - тонн.

– Зачем так много?

– Чем больше масса, тем эффективнее она контролируется полем.

– Понятно. Осторожно отцепляйся и отойди в сторонку. Иду на

стыковку. Только не закрути ее!

"Незнакомка" гасит поле, отходит назад, затем чуть вбок. На

излюбленные двадцать километров. Чаша если и вращается, то так медленно,

что на глаз незаметно. Обозначаю ее и "Незнакомку" в навигаторе как

орбитальные станции. Корабль тут же хочет с ними познакомиться, пытается

сконнектить компьютерные сети. Чаша, естественно, не отвечает. А что

сделает Профессор?

– Крым, что за сигналы ты сейчас послал? Я не поняла, - тут же

реагирует Марико.

– Я сказал кораблю, что рядом со мной две космические станции.

Корабль захотел с ними познакомиться. Но железяка, что ты привезла, ему

не ответила.

– Понятно.

Теперь корабль не станет направлять джет маневровых движков ни на

"Незнакомку", ни на чашу. Пристегиваюсь к пилотскому креслу и останавливаю

вращение. Наступает невесомость. Слабыми импульсами маневровых веду

корабль на стыковку.

Многие думают, что стыковочный узел звездных кораблей на носу.

Ошибаются. Нет его там. Там двигатель. Звездный корабль - не буксир. Как

я уже говорил, он напоминает гантельку. Так вот, на шариках стыковочного

узла нет. Ни на переднем, ни на заднем. Он на ручке гантельки. Точно

посередке. И сейчас я приближаюсь этой середкой к стыковочной плите чаши.

На расстоянии десяти метров выпускаю стыковочные штанги, которые в народе

зовут гарпунами, и даю импульс маневровыми. Все четыре штанги входят

в предназначенные для них отверстия и фиксируются там. Один за другим

зажигаются четыре индикатора сцепки. Даю второй - тормозной импульс.

Корабль и чаша повисают на расстоянии четырех метров друг относительно

друга. Включаю стяжку со скоростью до десяти сантиметров в секунду с

торможением до одного сантиметра в секунду на последнем полуметре. Через

три минуты ощущаю слабый удар по корпусу корабля и слышу скрип металла.

Стыковка завершена.

– Стыковка закончена, - сообщаю Марико.

– Вижу. Ты состыковался быстро и уверенно. Даже не использовал поле.

Выходит, и на самом деле можно управлять кораблем без прямой связи.

– Прямой связи - чего?

– Мозга с компьютером. Теперь я иду на стыковку.

"Незнакомка" подошла и замерла на расстоянии двадцати метров,

нацелившись носом в чашу.

– Готов?

– Всегда готов! Как юный пионер.

Слабая перегрузка тянет меня вбок. Рубка поворачивается в подвесе,

чтоб пол снова стал полом. Перегрузка медленно нарастает и достигает

четверти "g".

– Пойдем с этим ускорением, - сообщает Марико.
– Мы с Профессором

еще не работали на буксировке. Нужно потренироваться. Тебя раскрутить?

– Нет, не надо. Четверть "g" - это вполне комфортная сила тяжести.

Когда я два года назад шел на буксире, перегрузка была всего пять

процентов от стандартной. Вот это было неприятно. Ни то, ни се.

– Ты пилотировал буксир?

– Да. Перегонял корабль, как ты сейчас. Обычно буксир ходил

беспилотником. Но тут вышел особый случай.

– Расскажи.

Травлю байки и радуюсь глубине взаимопонимания. Марико улыбается

в нужных местах. Ловлю себя на мысли, что воспринимаю ее серебристую

аватарку как живого человека, а не 3D-анимацию.