Чтение онлайн

— Ей простительно, она ведь не воин.

Остановились на живописной полянке. Эйна с Кайденом, следовавшим за ней хвостом, отправились осмотреть местность на предмет безопасности. Остальные оборудовали лагерь, устанавливали шатры — маленький для девушек и большой для парней, готовили место для очага. Художница тоже пыталась помочь, но близнецы её мягко отстранили, заявив, что это мужская работа. Шелла не удержалась от лёгкого смешка.

Отдыхали весело: вдоволь купались в реке, соревновались в меткости швыряния шишек, устроили забеги на скорость и играли в булл, шар из дублёной кожи, надутый воздухом. Как-то получалось, что Нис оказывался чаще рядом с Эйной, чем со своей художницей, но девушки этого не замечали: одна следила за подопечными, вторая увлечённо рисовала портреты. Зато от Кайдена это не ускользнуло. Эльф всё больше хмурился и сверкал глазами.

После ужина чудесной, пахнущей дымком похлебкой, — вкус не смогли испортить даже плавающие в ней травинки и мелкие веточки, — посовещались и решили выставлять караульных. Художницу от ночных бдений освободили.

— Ты не воин! — заявили в один голос Тор и Гор, проявив редкое единодушие.

Очередность караульных определяли жребием. Эйне выпало дежурить первой вместе с Деем. После того, как сгустилась тьма, и ярко засветились звёзды, а отчаянно зевающие мальчишки, Нис, Шелла с художницей отправились спать в шатры, Эйна присела на бревно около костра. Мечтатель Дей разместился напротив. Он смотрел на небо, украдкой зевал и тёр глаза.

Из большого шатра выбрался Нис, вразвалку подошёл к костру, сел рядом с Эйной и скомандовал Дею:

— Иди, спи, я за тебя покараулю.

Кто другой, может, и поспорил бы, но Дей послушно выполнил приказ.

Нис подвинулся к Эйне и потянулся обнять. Девушка уклонилась, но сказать ничего не успела.

— Быстро убрал от неё руки, — раздался злой голос незаметно подошедшего Кайдена.

— А если не уберу? — насмешливо спросил Нис.

Эльф моментальным движением вынул кинжал и приставил к шее оторопевшего курсанта. В глазах мальчика полыхала ярость, зрачки расширились, превращая синие глаза в бездонно-чёрные. Нис дер Норк впервые осознал, как опасно недооценивать противника. Эйна негромко приказала Нису:

— Не шевелись.

Легко встала, сделала осторожный шаг и позвала:

— Кайден, — не дождавшись отклика, повторила: — Кайден эль Лейс, мой эльфийский дракон, опусти оружие. Видишь, я выбираю тебя. Отдай кинжал.

Дрожь прошла по телу мальчика, и он послушался. Эйна забрала кинжал и поместила в ножны, незаметно махнув рукой Нису и кивая в сторону шатра. Курсант бесшумно отправился, куда послали, непрерывно оглядываясь, словно опасаясь удара в спину. Но маленькому эльфу было не до него. Мальчика потряхивало от пережитых эмоций. Эйна крепко обняла друга обеими руками, вместе с ним присела у костра, поцеловала в непокорный вихор на макушке и потихоньку запела песенку, что часто напевал ей в детстве дядя вместо колыбельной:

— Кто на свете всех смелей?

Светлый воин Эй!

Не боится кто Теней?

Светлый воин Эй!

Раз отправился в поход

Светлый воин Эй.

Думал, что принцесса ждёт,

Светлый воин Эй.

Нис дер Норк сидел у выхода из шатра и в щель смотрел на Эйну. Любовался девушкой из-за отблесков костра казавшейся волшебно красивой и понимал: она могла бы стать его судьбой. Но уже никогда не станет. И виноват в этом вовсе не мальчишка эльф.

Новый учебный год в Столичном воинском училище ознаменовался переездом второго курса в казармы. Будущих воинов готовили к предстоящей службе. Конечно, условия проживания были на порядок лучше походных. Просторные помещения с двухъярусными кроватями имели собственные умывальни. Парней и девушек селили отдельно. Эйна с Шеллой успели занять лучшую кровать, в углу, подальше от выхода и поближе к окну. Подруги оживили своё пристанище портретом короля на стене и игрушечным единорогом на подушке. Дежурные наставники слегка морщились при виде игрушки и пытались доложить начальству о нарушении порядка. Но, по мнению Главного, серьёзная девушка-курсант дира Бранн, одна из лучших в училище, имела право на маленькие слабости.

Единорог остался в казарме, став талисманом не только для Эйны, но и для всех девчонок курса. Девушки пришли в восторг от романтичной истории принцессы-воина и её эльфийского дракона, рассказанной Шеллой с разрешения подруги. Всё свободное время подруги посвятили дополнительным тренировкам. Шелла шла к намеченной цели — стать лучшей и попасть в Королевскую стражу, а Эйна так заполняла непривычное чувство какой-то пустоты в душе, возникшее после отъезда Фелана. Нис дер Норк попытки ухаживать за Эйной оставил, сохранив тёплые приятельские отношения, практика их сблизила. Курсант долго страдать из-за неразделённых чувств не привык, и переключился на других. Но иногда, при виде Эйны, внутри что-то царапало сожалением о несбывшейся любви.

В город отпускали не на каждые выходные. Подруги отправлялись в дом Браннов, ведь к себе Шелла не успела бы добраться. У пропускного пункта их неизменно дожидался Кайден, иногда вместе с Артуром Крассом. У эльфа с герцогом сложились ровные отношения, не приятельские, но и не враждебные. Однако наедине с аристократом дракон свою принцессу не оставлял. А вот с Шеллой мальчик подружился. Они часто затевали шутливые перепалки и вместе дружно пытались опекать Эйну. Девушке подобное оказалось в новинку, ведь она привыкла сама опекать окружающих, а тут заботились о ней.

Иногда в будние дни Нейл дер Бранн и Кайден передавали через дежурного сладости, а Артур Красс пытался передать цветы. И если сладости принимались, то на цветы был наложен строгий запрет Главным коммандером со словами: «Нечего лучших курсантов сманивать!» Даже на день рождения Эйны, выпавший на середину недели, розы от друзей и дяди пропустили, а шикарную корзину с лилиями от герцога — нет.

В один из выходных подруг, Кайдена и увязавшегося с ними герцога Нейл дер Бранн пригласил на проводы бардов в таверну «Крылья пегаса». Аира и Лин отправлялись в длительное странствие, на этот раз в Кариту и намеревались обосноваться там, если край окажется таким, каким его воспели в балладах. Край, где «нежно обнимая берег, дарят поцелуи волны».

В таверне обнаружились Гвен, Мастер Кон с Лавеной и Олан эль Лейс с Улой. Рыжеволосая девушка не сводила влюблённого взгляда с эльфийского посла. Тот снисходительно принимал знаки внимания, и, как по секрету поделился с Эйной Кайден, уже подумывал просить разрешения официально ухаживать за Улой у её родителей. Похоже, эльфу оказалось проще сдаться на милость победителя, чем держать оборону.

Ула после окончания школы учиться дальше не захотела, пошла рядовым в Городскую стражу, в участок, расположенный неподалёку от Посольского квартала. Отец Галвина, Глава Городской стражи, знакомый с бойкой девушкой не понаслышке, с удовольствием её принял на службу.

Мастер Кон и Лавена, держались за руки и обменивались любящими взглядами, словно и не прошло полгода после свадьбы. Кайден оказался прав в выборе мужа для мамы. А ещё Эйна заметила, что Гвен намного благосклоннее стала относиться к её дяде, и порадовалась за них.

Артуру Крассу было явно не по себе в шумной весёлой компании, но ради одобряющего взгляда Эйны, герцог спел с остальными залихватскую песню морских бродяг и станцевал вместе с другими народный имборский танец самейн. Выстроившиеся друг напротив друга мужчины и женщины под задорную мелодию сходились в пары, кружились, затем стукались ладонями и менялись партнёрами. В толчее Артур даже успел шепнуть на ухо Эйне, что им нужно поговорить. Однако разговор состоялся позже, во время зимних каникул.