Чтение онлайн

Мистер Джей принял приглашение и шутливо добавил, что поспешит домой, дабы поскорее избавиться от чистого костюма и до конца дня снова наслаждаться своей привычной грязной одеждой. Хочу также доложить, что я благополучно довел его до самого дома, где он в настоящий момент и находится, облаченный в привычную грязную одежду (по его собственным гнусным словам).

Таково положение дел на сегодня, поскольку то, что я позволю себе назвать первой стадией расследования, завершено.

Я отлично понимаю, как охарактеризовали бы предпринятые мною действия люди недальновидные и склонные к поверхностным суждениям. Они стали бы утверждать, что все это время я заблуждался самым нелепым образом. Они заявили бы, что в описанных мною подозрительных разговорах речь шла исключительно о трудностях и опасностях, с которыми сопряжено тайное заключение брака. Они сослались бы на сцену в церкви как на неоспоримое доказательство правильности своих умозаключений. Ну и пусть. Я не стану ничего оспаривать. Но как человек, знающий мир, я задам только один вопрос. Он исходит из самых глубин моей проницательности, и я думаю, что даже самые заклятые мои враги затруднятся на него ответить.

Признавая сам факт заключения брака, я спрашиваю: какие это предлагает мне доказательства невиновности людей, вовлеченных в это тайное предприятие? Лично я таких доказательств не вижу. Как раз напротив, это укрепляет мои подозрения относительно мистера Джея и его сообщников, поскольку дает ясный мотив для похищения денег. Джентльмен, который собирается провести медовый месяц в Ричмонде, нуждается в деньгах. Джентльмен, который задолжал всем своим лавочникам, также нуждается в деньгах. Кто сочтет подобное обвинение неоправданным? Я отвергаю подобные упреки во имя разгневанной Морали. Эти мужчины вступили в сговор и похитили женщину. Почему бы им не вступить в сговор и не похитить коробку с деньгами? Мои суждения основываются на логике несгибаемой Добродетели, и я не уступлю ни дюйма даже самой изощренной софистике Порока.

К слову, о добродетели. Хочу добавить, что я изложил свое видение этого дела мистеру и миссис Йатмен. Логика моих рассуждений поначалу вызвала затруднения у этой культурнейшей и очаровательнейшей из женщин. Я, нимало не смущаясь, признаю, что она покачала головой и пролила слезы, а также присоединилась к мужу, который принялся преждевременно оплакивать утрату двухсот фунтов. Но после того как я подробно все разъяснил, а она внимательно меня выслушала, ее точка зрения кардинально изменилась. Теперь она согласна со мной, что неожиданное обстоятельство тайного брака отнюдь не отводит подозрения от мистера Джея или мистера «Джека», как и от сбежавшей дамы. Последнюю моя милая подруга назвала «отчаянной девицей», но это не имеет отношения к делу. Я упомянул об этом лишь для того, чтобы продемонстрировать доверие, которое сохраняет ко мне миссис Йатмен. Что касается мистера Йатмена, то он обещает последовать ее примеру и постараться ожидать результатов расследования с верой в лучшее.

Теперь, когда обстоятельства дела приняли новый оборот, я ожидаю от Вас совета, а также новых указаний. Я делаю это со спокойствием человека, у которого есть запасной вариант. Следя за тремя сообщниками от дверей церкви до здания вокзала, я руководствовался двумя мотивами. Во-первых, это был мой официальный долг, поскольку я продолжал считать их виновными в совершении кражи. Во-вторых, я делал это из личных соображений, поставив себе цель установить место, в котором собирается укрыться сбежавшая пара, а затем использовать эту информацию в качестве товара, способного заинтересовать родных и друзей юной леди. Таким образом, я в любом случае могу заранее поздравить себя с тем, что не потратил свое время впустую. На тот случай, если начальство одобрит мой образ действий, я уже заготовил план дальнейшего расследования. Если же наверху мной останутся недовольны, я удалюсь с имеющейся у меня информацией, чтобы продать ее благородным обитателям особняка в районе Риджентс-парка. При любом повороте событий мой карман не останется пуст, а мне обеспечена репутация проницательного и необыкновенно наблюдательного человека.

Мне остается добавить лишь одно, а именно: если кто-нибудь осмелится утверждать, что мистер Джей и его сообщники не имеют никакого отношения к похищению коробки с деньгами, я, в свою очередь, предложу этому критику, будь он хоть сам старший инспектор Тикстоун, сообщить мне, кто совершил кражу на Рутерфорд-стрит, что в Сохо.

Упорствуя в этом убеждении, я в то же время остаюсь Вашим покорным слугой

ОТ СТАРШЕГО ИНСПЕКТОРА ТИКСТОУНА СЕРЖАНТУ БАЛМЕРУ

Бирмингем. 9 июля

Сержант Балмер!

Как я и ожидал, этот пустоголовый щенок мистер Мэтью Шарпин внес в расследование на Рутерфорд-стрит невероятную путаницу. Дела не позволяют мне покинуть этот город, поэтому я обращаюсь к Вам с просьбой все исправить. Я прилагаю к письму страницы, испещренные каракулями, которые существо по имени Шарпин называет отчетом. Просмотрите их. Когда Вам удастся прорваться сквозь эту околесицу, я думаю, Вы согласитесь со мной, что этот самонадеянный балбес искал вора везде, кроме того места, где он, собственно, находится. Теперь Вам хватит и пяти минут, чтобы определить злоумышленника. Вам предстоит срочно завершить расследование, направить мне отчет по нынешнему адресу, а мистера Шарпина уведомить, что он отстранен от дела в ожидании дальнейших распоряжений.

ОТ СЕРЖАНТА БАЛМЕРА СТАРШЕМУ ИНСПЕКТОРУ ТИКСТОУНУ

Лондон. 10 июля

Инспектор Тикстоун!

Ваше письмо и вложение к нему благополучно доставлены мне в руки. Как говорится, мудрец всегда найдет чему научиться даже у глупца. К тому моменту, когда я одолел бессвязный отчет Шарпина о его собственной глупости, я, как Вы и предполагали, отчетливо увидел свои дальнейшие шаги по завершению и закрытию дела по Рутерфорд-стрит. Уже через полчаса я был в этом доме. Первым, кого я там застал, был мистер Шарпин собственной персоной.

– Вы прибыли, чтобы мне помочь? – поинтересовался он.

– Не совсем, – ответил я. – Я прибыл, чтобы сообщить вам, что вы отстранены от расследования в ожидании дальнейших распоряжений.

– Отлично, – нимало не смутившись, заявил он. – Я так и думал, что вы станете мне завидовать. Это вполне естественно, и я вас не виню. Входите же и будьте как дома. Я ухожу по одному небольшому детективному делу частного характера в районе Риджентс-парка. Пока, сержант, пока!

С этими словами он убрался с моей дороги, сполна оправдав мои надежды.

Как только служанка затворила дверь, я попросил ее известить хозяина о том, что я желаю поговорить с ним наедине. Она провела меня в гостиную позади магазина, и я увидел мистера Йатмена, который в одиночестве читал газету.

– Я по поводу дела о краже, сэр, – произнес я.

Он тут же меня довольно брюзгливо оборвал, это несчастное, слабое и женоподобное существо.

– Да, да, я знаю, – ответил он. – Вы прибыли, чтобы сообщить мне, что ваш на удивление умный молодой человек, просверливший дырки в перегородке на третьем этаже моего дома, совершил ошибку и потерял след мерзавца, укравшего мои деньги.

– Да, сэр, – кивнул я. – Это часть того, что мне поручено вам передать. Но это далеко не все, с чем я явился.

– Вы можете назвать мне вора? – поинтересовался он еще более недовольным тоном.

– Да, сэр, – подтвердил я, – думаю, что могу.

Он отложил газету и со встревоженным и довольно испуганным видом посмотрел на меня.

– Неужели мой приказчик? – спросил он. – Я ради него самого очень надеюсь, что это не он.

– Еще одна попытка, сэр, – ответил я.

– Эта ленивая потаскушка, служанка? – предположил он.

– Она ленивая, сэр, – подтвердил я, – и действительно потаскушка. Я установил это, наведя справки о ней на первой стадии расследования. Но она не воровка.

– Кто же это, черт возьми? – заявил он.

– Я попрошу вас, сэр, приготовиться к очень неприятному сюрпризу, – сказал ему я. – А на тот случай, если вы выйдете из себя, хочу заметить, что я сильнее вас, и если вы позволите себе распустить руки, я могу ненароком вам что-нибудь повредить, только в целях самозащиты.

Он побледнел как полотно и вместе со стулом отодвинулся от меня фута на два или на три.