Чтение онлайн

– Всё, что захотите!
– воскликнул Торн.

– Вы можете дать нам, несчастным и проклятым душам этого мира - радиоактивным людям - благо реальной смерти, а не мнимой, - сказал Нисон.

– Если бы ученые Земли прилетели сюда со всем необходимым оборудованием, то они могли бы покончить с нашей нечеловеческой жизнью, преобразовав атомы наших тел в чистую энергию, рассеять атомные структуры наших тел, и тем самым рассеять и прекратить и нашу жизнь, и наше сознание навсегда. Это самый большой дар, который вы бы могли нам сделать - покой смерти.

Торн почувствовал, как в его горле встал большой комок. Он не сразу смог ответить.

– Это будет сделано, - наконец выдохнул он.
– Группу ученых пришлют сюда, чтобы сделать то, о чем вы просите.

Он повернулся к людям стоявшим позади него, которые застыли в молчании, с трагическим ужасом смотря на двух сияющих людей.

– Мы должны стартовать, - дрогнувшим голосом сказал Торн.
– На корабль!

Они вошли в 'Удачу', люк захлопнулся, и планетёры снова поднялись в рубку вместе с Ланой и Стилико. Они сняли скафандры, затем Стилико, заметно нервничая, отдал приказ по внутренней связи:

– Включить генераторы!

Все напряглись в ожидании, а затем снизу раздался сперва мягкий, но постепенно нарастающий гул генераторов, и очень быстро он вырос до громового рёва, от которого задрожал весь корпус крейсера. Радиоактивное топливо, расщепляемое в силовых камерах, высвобождало из себя небывало мощные потоки энергии, угрожая кораблю новым взрывом.

– Старт!
– приказал Торн старому пирату.

Тонкие руки Стилико опустились на рычаги управления. Дюзы дико взвыли изрыгнув из себя струи пламени, и 'Удача' взвилась в небеса.

Словно стрела, крейсер уносился прочь от куполообразной скалы, прочь от синей дымки Эребуса, и ускорение его было просто ужасающим.

Воздух снаружи коротко взвизгнул, и тут же затих.

Вокруг снова была ночь космоса с ярко-желтым пятнышком Солнца впереди. Двигатели разгоняли 'Удачу' всё быстрее и быстрее, и она неслась вперед словно молния, хотя её корпус дрожал и поскрипывал от каждого нового импульса из дюз.

Сол Ав напряженно склонился над приборной панелью. Зелёные глаза венерианца сверкнули, и он обернулся:

– Приборы снова работают!
– сообщил он.
– Кроме радио - похоже, излучение Эребуса окончательно вывело его из строя.

– Проложи курс прямо на Сатурн, - приказал Торн Стилико.
– Чирлей направляется именно к нему, и мы должны преследовать его.

Ганнер Уэлк недобро ухмыльнулся.

– Если мы поймаем его, - процедил он, - у меня есть кое-какие соображения насчеё того, что я сделаю с этим уранцем.

– Я отключу часть двигателей?
– взволнованно спросил старый пират.
– Нас трясёт, как бы корпус не разрушился.

– Нет! Маршевые двигатели на предельное ускорение!
– жёстко отрезал Торн, его смуглое лицо выглядело измученным, но решительным.
– Либо корабль взорвется, либо мы догоним Чирлея - одно из двух, и третьего не дано!

Лана подошла к Торну, её синие глаза смотрели на него с глубокой тревогой.

– Джон, ты должен хотя бы немного поспать, - умоляюще сказала она.
– Ты трудился и нервничал на протяжении многих дней. Ты можешь упасть в обморок, если не отдохнешь.

– Отдыхать? Как я могу отдыхать, когда радит, ради которого мы прошли через ад, сейчас в миллионах миль от нас!
– сурово ответил Торн.

****

Спустя несколько часов двигатели 'Удачи' продолжали реветь, а корпус по-прежнему вибрировал и отвратительно поскрипывал. Её скорость превысила все рекорды - теперь она летела быстрее, чем любой корабль за всю историю Системы.

И тем не менее маршевые двигатели продолжали работать, ускоряя 'Удачу' ещё больше. Эребус за кормой превратился в тусклое пятнышко и наконец исчез. Солнце стало ярче и больше, и прямо по курсу показалась бледно-желтая искра Сатурна.

Время шло, медленно ползли напряженные часы ожидания, слипаясь в дни. Они могли лишь догадываться, с какой скоростью они летели сейчас - приборы не были калиброваны для таких огромных скоростей. Единственное, что они могли сказать точно - это что их скорость была просто чудовищной.

Корабль приблизился к орбите Урана, и Сатурн впереди вырос уже до заметного диска.

Торн утомленно наблюдал за небольшой светлой сферой экрана радара.

– Корабль Чирлея не может быть далеко от нас, - размышлял он вслух.
– Двигаясь с максимальной скоростью, 'Горгулья' должна была сейчас оказаться где-то в этом районе.

Лана стояла за его плечом и так же внимательно наблюдала за экраном.

– Смотри, Джон!
– вскрикнула она через мгновение, указав на край экрана.

В передней части диаграммы радара появилась красная точка - корабль в миллионе миль перед 'Удачей'.

– Это 'Горгулья' - это должна быть она!
– закричал Торн.
– Ганнер, торможение!

У пульта управления Ганнер Уэлк тотчас повернул рычаги тяги. Маршевые двигатели отключились и сработали тормозные. Корпус корабля снова загудел и завибрировал. Сол Ав вошел в рубку, сонно потирая глаза, вероятно эта вибрация разбудила его и Стилико Кина, чьё встревоженное лицо показалось за спиной венерианца.

– Очень скоро мы настигнем Чирлея, - жестко сказал Торн.
– И значит предстоит схватка. Чирлей по своей воле не отдаст радит.

– У 'Горгульи' более тяжелая артиллерия, чем у нас, и больше команда, - напомнил Стилико Кин.

– Мы должны одолеть их!
– сказала Лана. Она закричала в микрофон внутренней связи, обращаясь к пиратской команде: - Одеть скафандры и приготовиться к бою, ребята!

– Спустись вниз и возьми на себя командование корабельной артиллерией, Ганнер, - приказал Торн.
– Я возьму на себя управление кораблем. Оденьте скафандры!

Спустя несколько мгновений Торн, уже в скафандре, занял место за штурвалом. Сол Ав наблюдал за радаром, в то время как Лана и старый Стилико вели наблюдение через прозрачное переднее стекло рубки.

– Мы уже близко, - произнес венерианец, не отрывая глаз от радара.

– Вижу 'Горгулью'!
– вскрикнула Лана, указывая вперед, сквозь гласситовое стекло.
– И они заметили нас!

Далеко впереди, на фоне космической темноты, усеянной звездами, Торн увидел длинный сигарообразный корпус, который вдруг оперился вспышками белого пламени, ударившими из его двигателей - корабль набирал скорость, стараясь сбежать. Очевидно, у Дженка Чирлея не было никакого желания рисковать, вступая в бой.