Чтение онлайн

– А график?

– Составишь сама. Расписание тренировок всех групп найдешь возле раздевалок на втором этаже.

Татьяна Григорьевна толком на меня даже не посмотрела. Кивнула, не поднимаясь со своего рабочего места, и велела взять со стеллажа форму по размеру. Комплект состоял из серых брюк и рубашки с белым воротничком и манжетами. Волосы надлежало прятать: для этого можно было использовать косынку или шапку-колпак в цвет униформы с широким белым кантом у лица. Второй вариант показался мне симпатичнее.

Тут же, стоя у стеллажа, я переоделась и убедилась, что с размером угадала.

Администратор выдала мне график уборки и предложила присесть и заполнить его в соответствии с тем, когда я готова выходить. Это не отняло много времени. Перед тем как явиться к ней, я успела сфотографировать расписание занятий фигуристов.

Кряхтя и глядя куда-то в сторону, Татьяна Григорьевна проводила меня в подсобное помещение. Выдала тележку, укомплектованную всем необходимым, пару перчаток и упаковку одноразовых медицинских масок:

– Это обязательно? – поинтересовалась я.

– Ну, если любишь запах хлорки, можешь не надевать, – усмехнулась она. – Так, значит, твоя ответственность – раздевалки фигуристов, включая душевые с туалетами.

Она двинулась вперед, а я за ней. Вскоре мы оказались возле женской раздевалки. Женщина потянула на себя дверь. Я оставила тележку возле входа и вошла за ней.

– Коридоры, ведущие на ледовую арену, – Татьяна Григорьевна ткнула пальцем в дальнюю от нас дверь. – На самой арене моет ночная смена, но ты контролируешь мусор. Если пролили что, ну или кровью запачкали, сразу убираешь. Понятно? То же самое касается хореографического и спортивного залов. Плюс протираешь полы, когда нет занятий.

– Это где? – поинтересовалась я.

– Дальше по коридору, в противоположном конце арены.

Мы покинули раздевалку, и она с сомнением посмотрела на меня, кажется впервые всерьез меня разглядев.

– Найдешь?

– Найду, – с готовностью ответила я.

– Вроде все… А, нет! – радостно вскинула палец вверх Татьяна Григорьевна. – Тренерская тоже на тебе.

«Чудесно», – подумала я, а вслух произнесла:

– Ее я тоже найду, не переживайте.

– А чего мне переживать? – усмехнулась та. – Не уберешь, так сама работы и лишишься.

Женщина приосанилась и, кивнув в сторону тележки, с сомнением спросила:

– Мыла раньше-то?

– Конечно, – без труда соврала я.

В целом я, разумеется, умела и мыть, и убирать. Разве что никогда не делала этого за деньги. Однако так вопрос и не стоял.

Администратор легонько хлопнула меня по плечу и удалилась, пожелав удачи.

Если верить расписанию, старшая группа тренировалась сейчас в зале, затем, после небольшого перерыва, они должны будут выйти на лед.

Я решила поджидать спортсменов в раздевалке. Пользуясь тем, что сейчас все были на занятиях, начала с изучения мужской. Она зеркально повторяла женскую. Чтобы не терять времени понапрасну и все-таки сделать хоть что-то из вверенных мне обязанностей, принялась намывать пол.

Вскоре дверь, ведущая к ледовой арене, открылась, и в раздевалку один за другим начали заходить мальчишки, громко постукивая по полу пластиковыми чехлами на лезвиях коньков. На вид им было лет по десять-двенадцать. Они переговаривались, обсуждая тренировку и стягивая с ног тяжелые ботинки коньков.

Моего присутствия они словно вовсе не замечали. Кое-кто бросил короткое: «Здрасте», когда переступил порог, но не более того.

Я буквально ощущала себя человеком-невидимкой, и это играло мне на руку. Накануне я успела подготовиться и внимательно изучила фото и видео с соревнований. Так как только в раздевалке начали появляться старшие ребята, я сразу узнала Владика Вяткина, с которым, если верить Кире, у убитой были отношения. Невысокий шатен с модной прической – длинная челка на ровный пробор, мужественный подбородок, зеленые глаза в обрамлении темных ресниц. В жизни он выглядел даже привлекательнее, чем на фото. В целом сомневаться в словах Карелиной не приходилось. Парень вполне тянул на звание секс-символа местного разлива.

– Совсем язык за зубами держать не умеют, – жаловался Вяткин своему товарищу, который возник в раздевалке вслед за ним.

Темные кудри помогли мне его идентифицировать. Еще один воспитанник школы, Сергей Воробьев. Он, если я правильно помнила, показывал на последних соревнованиях неплохие результаты.

– Растрепали всем подряд, сейчас вообще крайним окажусь, – сетовал на что-то Владик.

– Говорят, она тем утром была не одна на крыше. Слышал?

Я подобралась, навострив уши.

Вяткин сделал товарищу знак молчать и покосился на двух мальчишек, которые паковали свои спортивные сумки. Через минуту те покинули раздевалку, а я переместилась в туалет и принялась старательно водить шваброй на одном месте. Отсюда мне было все прекрасно слышно.

– Короче, – продолжил Воробьев, как только парни остались вдвоем. – Говорят, в то утро Карелина назначила ей встречу на крыше. Или наоборот. Не суть. Главное, что Кира последняя, кто видел Денисову.

– И что? – не понял Владик, из чего я заключила, что соображает он гораздо медленнее, чем рассекает лезвиями лед.

– И то, – понизил голос Сергей. – С крыши-то Денисова не вернулась.

– Хочешь сказать, что это Кира ее… того?

Видеть Воробьева я не могла, но тот, вероятно, дал понять товарищу, что именно это он и имел в виду.

– Нет! – В голосе Вяткина прозвучало возмущение. – Она не могла. Да и зачем?

– А тебе зачем? Ты же боишься, что из-за того, что все теперь о вас с Катюхой знают, на тебя и подумают! Тебе-то какой смысл ее убивать?

– Ну… – задумался Владик. – Типа, она меня любила.

– На меня Игнатова посматривает, и что? Пойду ножом ее пырну? Так, что ли?

– Ну ты сравнил! Вика за тобой не бегает, на шею не вешается, тренировкам не мешает. Я тебе так скажу, – Вяткин вздохнул. – Только никому… Иногда мне жутко от того, что я испытываю в последние дни что-то вроде облегчения… После того как Кати не стало. Понимаешь?

Парни замолчали, и я на всякий случай замерла, боясь напомнить неловким движением о своем присутствии за стеной.

– Так и Карелина наверняка испытывает. Соображаешь? Ты лишился надоедливой влюбленной дуры, а Кира – преграды на пути к медалям. Теперь звезда в городе осталась одна. И тренерам не надо выбирать, на кого ставку делать. Хочешь мое мнение? Я готов поверить, что именно Карелина ее с крыши и сбросила.

– Да не может такого быть! – возмутился Вяткин.

– Ты «Тоню против всех» смотрел?

– Фильм, что ли? Я их не смотрю.

«А книг и подавно не читаю», – добавила я от себя.

– А зря. Короче, была такая история. В Америке в конце прошлого века муж одной фигуристки решил сломать ее сопернице ногу, чтобы та не смогла на национальном чемпионате выступить. И вроде бы сама эта Тоня была в курсе готовившегося нападения. Может быть, даже его организовала. Как тебе такое?

– Так сам говоришь, что это кино, – возразил Вяткин.