Три стороны медали
Шрифт:
— Ну, тогда ладно, веди гонец, — Тарн сплюнул и повернулся к просиявшему Тошу.
У Торстена было такое ощущение, что из него выдернули стальной стержень, заставлявший тело замереть неподвижной статуей. От облегчения едва не подкосились ноги. Норд встряхнул головой, пытаясь выбросить из головы кошмарную мысль, что когда-нибудь он вновь окажется перед подобным страшным выбором.
Отряд двинулся дальше. Тош клялся, что Винстон где-то совсем близко, и солдаты, забыв про усталость, прорубались сквозь джунгли. Не обращая внимания на гневные взгляды октата, иногда им заклинаниями помогала Тайми или сам гонец.
— Стойте! — внезапно громко выкрикнул толстяк, заставив солдат и магов заозираться в поисках опасности. — Он где-то здесь!
— Что значит где-то здесь! Ты же нас по метке ввел! — выпалил Тарн закипая.
— Вот и чувствую, что он здесь, прямо рядом со мной! — растерянно указал в заросли Тош.
— А ну-ка, — Торстен, внутренне обмирая, отодвинул мага и полез в переплетение ветвей и лиан. Не прошло и минуты, как он разглядел тело друга, валявшееся на спине с бессильно раскинутыми руками. Его лицо украшала корка запекшейся крови, а вокруг не ползало ни одного насекомого, словно они боялись к нему приблизиться.
Торстену показалось, что у него внутри что-то оборвалось. Он прикусил язык, но даже не заметил, как рот наполнился кровью. В голове перепуганной птицей билась только одна мысль — "не успел". От стыда и ненависти к себе захотелось удавиться. Рядом в заросли ужом ввинтился Кель. Гвардеец склонился над Винстоном и поднес к его лицу отполированное лезвие кинжала.
— Жив, он жив, — рассмеялся Кель, разглядев, что сталь запотела.
Второй раз за этот сумасшедший день Торстен почувствовал безграничное облегчение и от избытка чувств хлопнул друга по спине так, что Кель едва не проделал носом новую просеку в зарослях.
Гвардейцы как могли бережно достали мага из зарослей. Выглядел Винстон хуже некуда: бледное осунувшееся лицо, грязная и порванная одежда, покрытые ссадинами и порезами руки, красные пятна обожженной кожи по всему телу. Его положили на спешно расстеленную циновку, и над телом склонился целитель. Прошло не меньше десяти минут, прежде чем маг воды обессилено откинулся назад и поднял усталый взгляд.
— Что с ним?!? — почти одновременно выкрикнули Торстен, Тайми и Тош.
— Он без сознания, — ответил целитель, разминая затекшую шею.
— Это я и без десяти минут сидения над телом мог сказать, — влез Кель. — А поподробнее?
— А поподробнее я мало что могу сказать. Уж не знаю, что с этим магом произошло, но такой жути я еще никогда не видел. Над его жизненными каналами поиздевался кто-то очень могучий и еще более безжалостный. Мне с трудом удалось хоть что-то разобрать.
— Ты его в норму привести можешь? — Тайми умоляюще посмотрела на мага, но тот опустил глаза.
— Чтобы все исправить, нужен, по меньшей мере, Великий маг воды, — грустно покачал головой целитель. — А вот в чувство привести его могу, авось сам и расскажет, что с ним случилось.
Адепт на несколько секунд задержал у лица Винстона ладонь, а потом просто уселся рядом, ожидая результата. Сначала ничего не происходило, и столпившиеся вокруг солдаты уже начали недовольно переговариваться, но потом ресницы мага затрепетали и он открыл глаза.
На Винстона обрушился град вопросов, его тормошили и гладили по голове, но он ни на что не обращал внимания, продолжая неподвижно лежать на земле. Забеспокоившийся целитель отогнал от него всех, кроме Тайми, которая нежно положила голову мага себе на колени.
Взгляд Винстона перебегал с одного лица на другое. Сначала в нем читалось облегчение, но затем оно уступило место выражению беспомощности, а потом и вовсе все затмил всепоглощающий ужас. Эти широко распахнутые глаза словно жили своей жизнью, выдавая метания души заключенной в клетку неподвижного тела.
— Он парализован, — тихо произнес целитель, осмотрев мага вновь. — Даже странно, что глазами может шевелить, кто-то над ним хорошо потрудился. И этот кто-то владел силой превосходящей все возможности магии воды. Боюсь, что это была таинственная магия жизни.
— Ты по-человечески говори, что это значит! Ты его можешь вылечить? — взорвался Торстен, разглядев в глазах друга отчаянную мольбу.
— Он не может пошевелить даже щекой. И я его вылечить точно не смогу. Как и маги, что остались в лагере. Может, кому из обычных адептов воды эта задача и окажется по силам, но по мне, так тут нужен Великий маг, не меньше.
— Его нужно отправлять в основной лагерь, — принял решение Торстен.
— И как же ты это собираешься сделать, — саркастически рассмеялся Тарн, которому дерзость гвардейца уже порядком надоела.
— Я могу его отнести, — оживился Тош.
— Сбежать надумал? Ну-ну. Нам единственный гонец еще пригодится. Ты лучше связь с нашим лагерем установи, — непреклонно заявил октат.
Но, несмотря на все усилия, Тош так и не сумел связаться ни с лагерем, ни с основными силами за пределами джунглей. И тогда, бережно положив голову юноши на циновку, встала Тайми.
— В нашем лагере есть и другие адепты воздуха кроме Тоша. А раненый серьезно затруднит нам перемещение, — непреклонным и высокомерным тоном заявила волшебница. — К тому же, руководство экспедиции будет очень заинтересовано в скорейшем исследовании человека, подвергшегося воздействию магии жизни.
— А красивые глазки этого паренька тут не причем? — криво усмехнулся Тарн. — Ну-ну. Хотя ты, пожалуй, права. Слушай сюда гонец. Подробно расскажешь обо всем, что тут творится. Пускай направляют всех магов воздуха, что смогут. Нужно выяснить, что со вторым лагерем, да и нашему подкрепление не помешает.
— Конечно, — быстро закивал Тош, опасаясь, что октат передумает, и направился к Винстону.
— Подожди. Нечего парня мучить, — остановил гонца целитель. — Лучше я его усыплю на несколько часов, а там уже пускай остальные наши светила над ним колдуют.
— Конечно, — Тош дождался, пока глаза друга вновь закроются, а потом притянул его к себе невидимыми жгутами сгустившегося воздуха. Гонец оглядел лица товарищей, будто стараясь их запомнить, а потом встряхнул головой и, раскинув радужные крылья, взлетел. Послушный воздух играючи раздвигал густые кроны деревьев, ломал ветки, срезал лианы, и окутанные падающими листьями маги воздуха взмыли вверх.
Торстен проводил их глазами и тяжело вздохнул, мысленно пожелав им легкого пути. Норд надеялся, что уж в основном лагере разберутся с тем, что случалось с Винстоном, и приведут его в порядок.