Три века одиночества
Шрифт:
– Как же не повезло Вере с родителями.- Подытожила Элина, которая была свидетельницей этой сцены.
– И не говори.
Не откладывая телефон, Аня позвонила сестре, предупредить о приближающейся буре.
– И что?- Спросила Элина, облокотившись о стол и скрестив под грудью руки.- Ты будешь копать под этого Яозу?
– Да. Для начала просто с ним пообщаюсь. Надо отгородить его от Веры.
– Найми ей личную охрану.
– Предложу эту мысль ее соулмейту. Он вроде-как богатенький. Но завтра. На сегодня я все.
– Как насчет посидеть в кафе? Знаю одно место, там готовят та-акие пирожные - пальчики оближешь.
Аня на минуту задумалась. По-хорошему расслабляться сейчас было бы неправильно. С другой - Веру сейчас заберут родители и до утра с ней точно не должно ничего произойти. А завтра она уже первым делом поговорит с ней и предупредит насчет мутного приятеля ее соулмейта, а потом и с ним самим пообщается. Так что сейчас можно было и отдохнуть немного.
– А давай!
Попрощавшись со следователем Смирновым, Тамерланом и другими сотрудниками полиции, девушки вышли из отделения и направились в кафе через дорогу. Элина заказала шведский пирог с сомнительным названием «размазня». Аня же сделала более банальный выбор и взяла «картошку». Обе решили отказаться от кофе, решив, что этого напитка было слишком много за день, и взяли ягодный чай.
Не успели заказ принести, как телефон Ани снова зазвонил. На этот раз номер был незнакомый. Она уже хотела сбросить, решив, что хватит с нее сегодня, и пора отдохнуть. Но в последний момент палец скользнул вверх, отвечая на вызов.
– Слушаю.
– Анна?- Из динамика раздался дрожащий мужской голос. На заднем фоне было невообразимо шумно. Было слышно, как плачет какая-то девушка. Выли сирены и стоял ужасный гвалт.
– Да, это я. Чем могу помочь?
– Меня зовут Илья. Я брат Иры - подруги вашей сестры, Веры.
– В чем дело?
– Вашу сестру… В общем какой-то человек затащил ее в машину и увез.
– А ты с братом-раздолбаем куда смотрел? Вас же позвали для того, что бы вы этого не допустили!- Аня подскочила с места и направилсь к выходу. Она почти бежала к машине, не убирая телефон.
– У того, кто это сделал был пистолет. И он…
– Что он?
– Выстрелил в отца Веры.
В унисон со звуком заводящегося мотора, Аня выдала тираду ругательств.
– Я еду. И поверь мне, когда я приеду, вам не поздоровится!
За секунду до того, как Аня нажала педаль газа, в боковое окно постучала запыхавшаяся Элина.
– Ты куда?
– Веру похитили.
– Вылазь из машины.
– Ты с ума сошла, мне надо туда!
– Это ты с ума сошла! Ты по таким пробкам только через часа три туда доберешься. Держи.
Элина всучила Ане шлем, сама надела такой-же, и села на припаркованный рядом мотоцикл. Аня закрыла машину и, немного подумав, навбрала номер. Ответили почти сразу.
– Я сброшу адрес, срочно приезжай.
Тут же набрав смс этому же номеру, она села позади Элины. Она только и успела обхватить талию подруги, как взревел мотор двухколесного монстра и они понеслись по улицам Москвы. Похоже, Элине дорожные правила не писаны. Она объезжала машины, проскакивала на мигающий зеленый свет и пару раз чуть не сбила пешеходов. Они ехали в такой близи от машин, что Аня почти терлась об них плечом.
Такие средства передвижения, как мотоцикл, всегда внушали Ане непередаваемый ужас. И сейчас она не могла понять, так неистово стучит ее сердце из-за страха разбиться в лепешку или из-за переживаний за сестру.
Они домчались куда раньше, чем рассчитывала Аня. И все же это было слишком долго.
Во дворе собралась такая толпа, что машину скорой помощи было видно только благодаря мигалкам. Аня про себя вздохнула с облегчением: полиции здесь еще не было, никто не помешает работать. Едва Элина заглушила мотор, они вдвоем стали пробираться сквозь толпу.
– А ну разойдитесь, это полиция!- Кричала Элина, тыча упрямцам в лицо красной корочкой.
– Вернитесь к себе домой, не на что тут глазеть!- Вторила ей Аня.
Аня увидела сквозь толпу, как два тела погружают на каталку и заносят в машину скорой помощи. И ринулась туда, безжалостно распихивая зевак.
– Стойте девушка, вам сюда нельзя!- Чтобы остановить рвущуюся Аню, работнику скорой помощи пришлось встать у нее на пути и крепко схватить ее за руку.
– Что с ними?- Она изо всех сил сдерживала зарождающуюся потому выглядела почти равнодушной.
– Вы их знаете?- Большой плечистый мужчина, похожий на медведя, чуть подался в сторону, что бы Аня могла увидеть тех, кто лежал на каталках.
– Это мой отец и его жена.
– Соболезную… Их уже не получится спасти. Вашему отцу… выстрелили в сердце. А ваша… мать.
– Она мне не мать.
– Они были соулмейтами. Она погибла вместе с ним.
– Ясно.- Голос Ани снова прозвучал равнодушно. Пусть она ненавидела своего отца всю свою жизнь, но он был ее отцом, единственным родным человеком. И теперь, понимая, что он мертв, в груди поднимались страх и грусть. Она развернулась и пошла в сторону детской площадки. Там на качелях сидела Ира, закрыв лицо руками. Рядом с ней стояли два парня, которых Аня видела несколько часов назад, видимо, ее братья. Услышав ее приближение, Ира вскочила с места и подбежала к ней.
– Ты видела, кто это сделал?- Спросила Аня.
– Да…- захлебываясь слезами, начала рассказывать Ира.- Он убила Виктора Александровича и Есению Дмитриевну. А Веру затащил в машину и… Я думала он…- Девочка снова разразилась рыданиями, но скоро снова заговорила невнятно и бессвязно.- Он предложил подвезти Веру, поэтому мы с Ильей и Игорем ушли домой. А как услышали выстрел, выбежали обратно. Он направил на меня пистолет! А я думала, я ему нравлюсь…
– Яозу?- Догадалась Аня.
– Да-а-а!- Проревела Ира, уткнувшись в грудь одному из братьев.
– Ань!- Сзади подошла Элина. Аня заметила, что ей удалось большую часть толпы разогнать по домам.- Тут Какой-то тип утверждает, что с тобой знаком.
Только сейчас Аня заметила за спиной подруги Агафоклиса.
– Что произошло?- Он выглядел совершенно спокойным. Будто вся суматоха, которая его окружала была не особо интересным фильмом, в котором случился неожиданный сюжетный поворот, чем вызвал немного интереса . Аня знала, что со стороны выглядит почти так же, но не могла понять, что испытывает этот давно не молодой человек и испытывает ли вообще он что-нибудь.