Чтение онлайн

— Он ваш родственник?

— Нет, мы не знакомы.

— Тогда зайдите к врачу, он выпишет вам успокоительное, осмотрит и засвидетельствует побои для милиции и можете быть свободны. — Одна из медсестер остановилась и преградила путь девушке. — Как вас зовут?

— Марина.

— Мариночка, туда нельзя. Его повезли в реанимацию. Хирурги уже готовятся к операции. Вы должны уйти.

— Нет, я останусь.

— Но ведь Новый год. Вас родственники ждут, — пыталась уговорить ее медсестра.

— Ничего, я им позвоню, предупрежу. Я останусь.

— У вас шоковое состояние. Вам нужно домой.

— Если бы не он, то я бы сейчас истекала кровью в том переулке. Остаться здесь — самое малое, что я могу для него сделать. Нужно предупредить его родных. Вы можете дать мне их номер? Он наверняка есть у него в мобильном телефоне.

— Хорошо, сядьте тут и не мешайтесь у нас под ногами, — сестра сделала суровое лицо и ушла куда-то.

Марина покорно села. Я только сейчас заметил, что она дрожит то ли от холода, то ли от стресса. Я хотел попросить Йа помочь ей, как снова вышла та медсестра, неся кружку с горячим чаем и листочек с номером телефона. Она отдала это все Марине и ушла на свой пост. Девушка поставила кружку с чаем на пол и дрожащими пальцами стала набирать номер. Когда на том конце сняли трубку, она рассказала о том, что случилось и где можно их можно найти. Оказалось, что храброго парня звали Максим и его мама жила неподалеку.

— Что у вас тут вообще творится? — шепотом спросила Йа, хотя нас никто не мог услышать.

— Преступность. Большой город и все такое.

— Я этого не понимаю. Сейчас же Новый год. Это же праздник добра и счастья.

— А еще это семейный праздник. Но посмотри, где сейчас я, а где моя семья. Мама делает операцию этому Максиму, пытается его спасти. А папа ведет машину из-за границы, чтобы к праздникам у нас было побольше денег. Новый год — Новым годом, но обычную жизнь никто не отменял.

— Но ведь это неправильно. Напасть, ударить женщину, ранить мужчину в канун самого светлого праздника… я не знаю кем надо быть.

— Вот и представь, какое детство было у этих бандитов. Может им Дед Мороз подарков не дарил.

— Ремня им надо было хорошего, — проворчала Йа, — хоть я и против таких методов, но иногда это даже полезно.

— Давай посмотрим что там происходит? — кивнул я головой в сторону реанимации.

— Фу, там же сейчас человека режут, — скривилась Йа.

— Не просто режут. Его оперирует моя мама. Вот тебе и Новый год.

— Да, через пять минут наступит… Пойдем, Вовка.

Мы оказались в залитой светом операционной. Под огромным прожектором стояла моя мама. Я ее не сразу узнал: она была в какой-то распашонке, в маске и шапочке. Я узнал ее по вертикальной морщинке на лбу. Она всегда так хмурилась, когда дело было плохо.

Мама отдавала короткие распоряжения, ей подавали все новые инструменты, она что-то зажимала, промокала, резала, сшивала. Казалось, что у нее сто рук, так быстро она действовала. Ее команда как могла, помогала, действуя очень слаженно и четко. Мы с Йа смотрели на все это и не могли оторваться. Даже то, что мама была вся в крови не пугало. То, как она работала — завораживало. Дома она была совсем не такая, но тут вела себя как генерал на поле боя.

Мониторы пищали и отвлекали. Это было похоже на то, что показывают в кино, только совсем по-настоящему. Вдруг что-то изменилось и прерывистый противный звук сменился еще более противным, непрерывно пищащим на одной ноте. Все на долю секунды замерли.

Они пытались запустить сердце Максима, но он умирал. От писка закладывало уши. Я подумал, что такой звук не должен стать последним, что услышит Максим. Он вообще не должен умирать. Кто же умирает в Новый год?

Мне стало так страшно! Все слова, что я говорил Йа в холле, вылетели из головы. Мысли перепутались, как у перепуганного первоклашки.

— Йа, мы должны что-то сделать, — я начал трясти замеревшую девчонку. — Пусть это будет моим третьим желанием! Спаси его!

— Я не могу, — заплакала Йа. — Он уже умер. Я могла бы помочь, если бы его сердце снова забилось, но сейчас… — Она уткнулась мне в плечо и бурно разрыдалась.

Я стоял столбом и не думал ни о чем. До меня не сразу дошло то, что писк прекратился и снова сменился неровным прерывистым звуком. Но когда я понял, что он означает…

— Быстро! Давай действуй! — Я встряхнул ее, заставляя перестать рыдать. — Хватит реветь! Если можешь помочь, то вперед!

Йа выпрямилась и замерла. Я видел, как она становилась все менее прозрачной. Вскоре я разглядел рыжие волосы и россыпь бледных веснушек на носу. Ее глаза были закрыты, она дрожала. Я взял ее за руку и как мог, старался помочь, не зная даже толком, что от меня требуется, но мое желание было очень сильным. Я подумал, что если Дед Мороз или Бог, или кто там еще есть, существуют, то они услышат это желание и обязательно его выполнят.

— Все, — сказала Йа, немного расслабившись. — Теперь все будет в порядке.

— Ты просто умница, — я открыл глаза и посмотрел на нее. Ее глаза были синего-пресинего цвета. Как небо в жаркий день.

Постепенно она снова становилась прозрачной, но ее глаза оставались синими.

— Ты очень устала?

— Да, есть немного. Сейчас бы поспать. Хорошо, что ваша планета у меня последняя в списке. Сейчас прилечу домой и упаду.

— Долго лететь?

— Пять миллионов световых лет.

— Ого! Ты во сколько дома будешь?

— Как раз успею к нашему Новому году, — устало улыбнулась Йа. — Кстати, с Новым годом тебя! — и она поцеловала меня в щеку.

— Спасибо. И тебя тоже, — покраснел я от смущения. Меня еще никто не целовал, кроме мамы. Мы с Йа обнялись и рассмеялись.

— Как же все-таки здорово, что я попала именно к тебе!

— Точнее именно в меня. Хорошо, хоть шишки не будет!

— Пойдем.

И мы пошли. Самым обычным способом — ногами. Видимо у Йа совсем кончились силы. Мы прошли через операционную, где с Максима уже смывали кровь медсестры. Монитор продолжал стабильно и размеренно пикать и я подумал, что на свете нет приятней звука. Мы прошли к лестничной площадке и увидели мою маму. Она сидела на ступеньках и курила. Я нахмурился — обычно мама не курила совсем. Но у нее было такое выражение лица, что я решил ничего не говорить папе.

— С Новым годом, Вовка, — прошептала мама и рассмеялась.

— Она нас точно не видит? — спросил я.

— Точно. Просто она очень тебя любит и переживает, что ты остался один в праздники.

— Но ведь я не один, — я с признательностью сжал прозрачную ладошку своей подруги. — Ты подарила мне совершенно чумовой Новый год. Спасибо.

— Это тебе спасибо. Никогда раньше я не думала, что все чудеса творятся самими людьми. Если бы не твоя мама, Максим бы не выжил. Если бы не ты, то он остался бы инвалидом.