Три желания
Шрифт:
— Так вы же сами передали через стражника, что стоял на посту у дверей, чтобы я вас не ждала!
— Какого стражника? Каких дверей? — я недоумевала.
Девушка испугалась и затряслась, как осиновый лист, — Бава, виновата! Я, наверное, неправильно поняла, простите! Такого больше не повторится! Только не говорите ничего гофмейстерине!
Странно! Кто-то, наверное, очень хотел, чтобы я отправилась обратно одна... Но зачем и кто? Чтобы передать письмо от графа? Или сделать пакость мне лично, но ему помешал камергер? Успокоив Рину, что говорить никому и ничего я не буду, раздевшись с её помощью, я улеглась спать, чтобы ночью вновь проснуться от взгляда...
Он буравил мне спину и от этого тело цепенело от страха, покрываясь холодным потом. Дура! И чего не оставила на ночь небольшой светлячок? Видимо, привычка засыпать в полной темноте, из прошлой жизни перекочевала со мной и в этот мир и теперь сыграла злую шутку, оставив в полной темноте. Даже луны видно не было! Но кто ж знал, что эти покои будут напоминать проходной двор! Куда только смотрит охрана? Или её не предусмотрено для меня? Все эти мысли пронеслись в голове со скоростью света, пока я лихорадочно старалась усмирить стук своего сердца, чтобы ни одним движением не выдать, что проснулась.
— Дари-на-а! — раздался со спины знакомый голос, —Я знаю, что ты не спишь! Посмотри на меня, пожалуйста!
Ангел! Он здесь? И вместо того, чтобы успокоиться, я перепугалась ещё больше. Он, что, пришёл по мою душу? Я умерла?
Сзади раздался смешок, больше похожий на хрюканье, будто некто еле сдерживался, чтоб не рассмеяться в голос. А вот и не смешно! Я ангела всего раз видела и эта встреча мне не понравилась!
— Ну, допустим, не один раз! — возразили мне. Ангелы читают мысли? Я вжалась в подушку, пытаясь слиться с ней.
— Дарина, прекрати бояться и посмотри на меня! Мы с тобой уже виделись и не раз! Вчера, например, ты была очень храброй и даже спорила со мной!
Так вчера был не сон? Я осторожно перевернулась на спину и скосила глаза, приоткрыв их на маленькую щелочку. В кресле у кровати мерцал силуэт мужчины с крыльями, словно присыпанный пудрой с блестками. Красиво! Но всё равно ничего не видно и поэтому страшно!
Мужчина щелкнул пальцами и комната осветилась тёплым светом магического светильника,
— А так лучше? — он улыбался и улыбка была знакомой, доброй и ласковой.
Я несмело улыбнулась в ответ, — Так это правда? Вы Ангел? Настоящий? Живой?
— Ангел, живой, можешь потрогать! — он опять улыбнулся.
Любопытство оказалось сильнее страха, поэтому я вылезла из-под одеяла и, придвинувшись к парню близко-близко, протянула руку к его крыльям. Всегда хотела потрогать! Погладила. Нежные как шелк, мягкие, словно лебединый пух, золотистого цвета перья переливались и играли всеми оттенками желтого. В них чувствовалась огромная сила. Ангел прикрыл глаза и судорожно вздохнул, а я испугалась и отдернула руку. Кто его знает, этих ангелов! Может их крылья неприкосновенны?
Парень открыл глаза, которые потемнели от обуревающих его чувств, природу которых мне пока не удавалось разгадать. Но, то что это не злость, не гнев, было ясно.
— Дарина! — протянул, простонал он, — С огнем играешь!
Я фыркнула, — сам же разрешил! А он протянул мне руку и прошептал, — Пойдём!
— Куда?
— Увидишь!
Вновь щелкнул пальцами и я оказалась одета в теплое кашемировое платье, шерстяные чулки и сапожки из шкурок неведомого зверька, белым мехом наружу. В такую же шубку с капюшоном и варежки. Удобно, однако, так одеваться! Главное, быстро!
— Мы идем на прогулку?
— Мы летим на прогулку! — ответил интриган и обхватил меня за талию, прижав к себе нежно, но крепко. А потом распахнул свои крылья, что-то сделал со стеной, потому что она исчезла и взмыл в ночное небо.
— А-а-а-а-а! — Это был чистый восторг! Мы поднимались и поднимались к звёздам. Его глаза были совсем близко и тоже сияли как звёзды. Моё сердце трепыхалось в груди рядом с его сердцем, стучавшим так же громко. Мужественные, идеально очерченные губы мужчины были опасно близко от моих. Наше дыхание смешивалось и от этого кровь в жилах бежала еще быстрее, а в голове возникали совсем безумные картинки целующегося ангела.
Но вот мужчина стал медленно опускаться вниз, туда, где колыхались верхушки синего леса и солнце только-только собиралось закатиться за горизонт. Мы приземлились на небольшую опушку и я с удивлением узнала знакомое место! Это та самая опушка! А вот и сторожка, где утром нас повязали воины Пульетта! Адерс? Мы переместились на несколько тысяч километров на юг за несколько минут? Здорово! Но тут на меня накатила тоска...
Неожиданно скрутило, когда я вспомнила беспомощно стоявших на коленях Митрошку и Меркула, застывшую в страхе Стешаню... На глаза набежали слезы. Вот бы убедиться, что у них всё хорошо! Ведь Митрофан говорил, что родители лишились практически всего и ютятся в хибаре, на краю Мормышек. Ангел понял всё без слов. А может быть опять прочитал мои мысли, но рубанул ребром ладони перед собой несколько раз, аккуратно разрезал пространство в форме двери. А там...
Меркул сидел на завалинке в теплом жилете, сшитом из какой-то шкуры. Что-то ремонтировал. Немного постарел, сгорбился. Мелкие морщинки собрались около глаз, скорбной складкой легли около губ, перечеркнули глубокой линией, совсем недавно бывший гладким лоб. Горе не красит никого. Стешани видно не было. Но вот хлопнула дверь и на пороге появилась матушка. Такая же ласковая и гибкая, надёжная опора для могучего дуба. Заслонилась ладошкой от солнца, глядя в нашу сторону. Я отпрянула, натолкнувшись на грудь ангела.
— Не бойся, они нас не видят! — шепнул он, щекоча мне волос около уха.
Тем временем Стешаня повернулась к отцу, — Меркул, пойдём вечерять! Я на стол собрала!
Тот кивнул, — Ты иди! А я сейчас закончу и приду.
Стоя в стороне, невидимая, я изнывала от тоски по этим милым старикам, а моё сердце обливалось слезами, не в силах вернуть им дочь. Ведь самое страшное, что может случиться с родителями, с ними уже случилось! Они пережили своих детей и в старости остались совершенно одни! Я умоляюще посмотрела на ангела: "Ну, сделай что-нибудь! Ты же ангел!"
Он вновь вздохнул и прикрыл глаза. Замер, словно весь обратился в слух. Я не мешала. Ждала. Верила, что он сможет сотворить невозможное. И вот, ангел встрепенулся, — Подожди здесь! Я сейчас! —и исчез, мелькнув метеором.
Не прошло и минуты, как он вернулся, — Смотри!
Я стала вся внимание. Вдруг Меркул поднял голову от своей работы и прислушался, обратив взгляд в сторону леса. Долго вглядывался, а потом закричал, — Стешаня! Стешаня! Иди сюда!
— Что случилось? — озабоченная матушка выглянула с полотенцем на плече, — Чего кричишь? Напугал!