Чтение онлайн

8. Герой Советского Союза (1936) генерал-майор авиации Эрнст Генрихович Шахт (1904–1942) — родился в Базеле, до 1936 г. швейцарский подданный, в 1922 г. приехал в Советский Союз и вступил в Красную Армию. Один из лучших летчиков довоенного времени. В тридцатые годы командовал авиаотрядом, обслуживавшим Управление ВВС РККА, был постоянным пилотом начальника ВВС РККА Алксниса. В 1936 г. убыл добровольцем в Испанию, где храбро сражался, командовал 1-й бомбардировочной эскадрильей. По возвращении — помощник командующего ВВС Орловского военного округа по ВУЗам. Арестован 30 мая 1941 г. Расстрелян на основании постановления Особого совещания от 13 февраля 1942 года. Посмертно реабилитирован.

9. Герой Советского Союза (1940) генерал-лейтенант авиации Евгений Саввич Птухин (1900–1942) — с 1918 г. в Красной Армии. Прошел путь от рядового истребительной авиаэскадрильи до командира авиабригады. С мая 1937 по февраль 1938 г. воевал в Испании, где был ранен и контужен. По возвращении — командующий ВВС Ленинградского, а затем — Киевского военных округов, начальник Главного управления ПВО РККА. В начальный период войны — командующий ВВС Юго-Западного фронта. Арестован 24 (по др. данным — 26) июня 1941 г. Расстрелян на основании постановления Особого совещания от 13 февраля 1942 года. Посмертно реабилитирован 6 октября 1954 г.

В наши дни вряд ли кто будет оспаривать тезис о том, что массовые репрессии накануне войны существенно ослабили боевой потенциал Красной Армии. [65] Достаточно сказать, что около 70 % командиров полков и дивизий состояли тогда на своих должностях менее года. Соответственно не имели ни опыта, ни авторитета среди подчиненных. Между тем, судя по архивным сводкам 1941 года об арестах и судимости военнослужащих, война не стала поводом для остановки работы отлаженного репрессивного конвейера. НКВД и трибуналы продолжали методично истреблять командные кадры. Так, 23 июня был арестован генерал армии К. Мерецков, 24 июня генерал-лейтенант авиации П. Рычагов…; 11 июля арестован армейский комиссар 2 ранга В. Борисов, 19 июля — военный инженер 1 ранга А. Гюннер…; 13 августа осужден Военной коллегией к расстрелу генерал-майор С. Оборин, 17 сентября — генерал-майор С. Мищенко… Список это длинный. Большинство проходило по сводкам как враги-одиночки. Но не все.

Даже сегодня мало кто знает, что руководители органов ОГПУ-НКВД [66] предвоенного десятилетия планировали сфабриковать целых три крупномасштабных политических процесса над военными, объединив в рамках каждого «заговора» по несколько десятков, а то и сотен, дел в отношении высшего комначсостава РККА. Удался и получил широкую огласку лишь один. Режиссеры с Лубянки назвали его — «военно-фашистский заговор» во главе с маршалом М. Тухачевским. Об этом судилище, состоявшемся в 1937 году, написано очень много. Две других грандиозных постановки сорвались. Первое претендовавшее на общероссийский размах масштабное дело с кодовым названием «Весна» развалилось в 1931 году, поскольку против его фабрикации выступил ряд видных чекистов и несколько сотен арестованных военачальников судили тогда по одиночке. [67] Проведению третьего грандиозного процесса над военными под условным наименованием «заговор Героев», организацией которого новое руководство НКВД активно занималось в первой половине 1941 года, помешала война.

Ядро заговорщиков по этому делу должны были составить руководители Военно-воздушных сил, большинство из которых имело звезды Героев и опыт боевых действий в Испании, в районе реки Халкин-Гол и озера Хасан или в Финляндии. Поэтому в разговорах оперативников и следователей ГУГБ НКВД СССР, которые, разумеется, никогда не протоколировались, фабрикуемое дело и стало именоваться как «заговор героев». Всего было арестовано около 30 известных в стране военных авиаторов или командиров, имеющих непосредственное отношение к авиации. 8 из них были Героями. Среди «заговорщиков» — помощник начальника Генерального штаба по авиации дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант Я. Смушкевич, тридцатилетний заместитель наркома обороны СССР Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации П. Рычагов, [68] командующий войсками Прибалтийского Особого военного округа генерал-полковник А. Локтионов [69] (все трое в разное время возглавляли ВВС РККА), начальник Управления ПВО Наркомата обороны СССР Герой Советского Союза генерал-полковник Г. Штерн, начальник Военно-воздушной академии генерал-лейтенант Ф. Арженухин, бывший заместитель наркома обороны СССР и начальник Разведывательного управления РККА, Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации И. Проскуров, начальник НИИ ВВС, начальник летно-испытательного центра генерал-майор авиации А. Филин и другие военные летчики. [70]

Молодые, горячие, открытые, слишком быстро вознесенные на военные вершины, — они не успели поднатореть в подковерных интригах, не знали насколько Сталин был злопамятен, не ведали, что его ближайшее окружение давно научилось улавливать малейшие намеки, жесты и завуалированные пожелания вождя.

Принято считать, что официальным поводом для арестов явилось большое количество ЧП с человеческими жертвами. Действительно в предвоенные годы ВВС РККА ежегодно теряли более 600 самолетов. В начале 1941 г., когда в летные части стали поступать новые скоростные самолеты и началось переучивание личного состава, количество катастроф еще более возросло. Объективно все это было вызвано бурным ростом советской военной авиации при недостаточной квалификации летчиков. Однако Кремль пришел к другим выводам. Л. Берия и В. Меркулов четко уловили негативное отношение вождя к военным авиаторам. Были отданы соответствующие распоряжения, отфильтрован старый компромат из дел 37–38 годов. После чего, сначала в оперативных справках сотрудников НКВД, а затем и в протоколах допросов, причины автокатастроф стали увязывать с контрреволюционной деятельностью мощной, законспирированной антисоветской организации, возглавляемой героями-летчиками.

9 апреля 1941 г. на заседании Политбюро ЦК ВКП (б) было принято Постановление ЦК ВКП (б) и СНК СССР «Об авариях и катастрофах в авиации Красной Армии», в соответствии с которым П. Рычагов снимался со своего поста, «как недисциплинированный и не справившийся с обязанностью руководителя ВВС», а начальник отделения оперативных перелетов штаба ВВС РККА полковник В.М. Миронов — предавался суду «за явно преступное распоряжение, нарушающее элементарные правила летной службы». [71] Затем последовали аресты. Они продолжались с апреля по июль 1941 года. Одними из первых подверглись арестам начальники управлений ВВС РККА диввоенинженер И.Ф. Сакриер (21 апреля), военные инженеры 1 ранга П. Никонов (арестован 22 апреля), Г. Михно (арестован 27 апреля), начальник 4 отдела НИИ ВВС РККА комбриг А. Залевский (арестован 8 мая, по другим данным — 18 мая) [72] и другие.

Затем пришла очередь фигур более крупного калибра. 10 мая 1941 г. в связи с неудовлетворительной боевой подготовкой Политбюро ЦК ВКП (б) приняло решения о командующих ВВС Московского и Орловского военных округов Герое Советского Союза генерал-лейтенанте авиации П. Пумпуре и генерал-майоре авиации П. Котове. [73] Генералы были сняты с должностей. 27 мая 1941 г., уже после события, о котором мы скажем чуть позже, Политбюро вновь вернулось к вопросу о Пумпуре, обвинив его в неправильном подборе кадров и протаскивании на должность своего помощника Героя Советского Союза генерал-майора авиации Э. Шахта, который «не может пользоваться доверием и является подозрительным человеком». Шахт был арестован 30 мая 1941 г., [74] Пумпур — на следующий день.

4 июня 1941 г. начальник Управления кадров ВВС В.П. Белов был лишен звания генерал-майор авиации «за нарушение порядка в подборе кадров и протаскивание на руководящие посты… непроверенных и политически сомнительных людей».

Генерала А. Филина, [75] арестованного 23 мая 1941 г. обвинили в том, что он «засорил НИИ ВВС рядом непригодных как в деловом, так и политическом отношении работников». В секретном постановлении Политбюро по этому вопросу отмечалось, что «Филин должен быть привлечен к судебной ответственности за то, что он своими действиями как руководитель НИИ тормозил и срывал дело вооружения ВВС и тем самым нанес ущерб делу обороны страны».

Генерал-майора авиации А. Левина, длительное время возглавлявшего Управление военно-учебных заведений ВВС, перевели на должность заместителя командующего ВВС Ленинградского военного округа и 7 июня (по другим данным — 9 июня) 1941 г. арестовали, поскольку, работая с «врагами народа», он не разоблачил их. В этот же день арестовали начальника Курсов усовершенствования командного состава ВВС комбрига И. Черния и генерал-полковника Г. Штерна. На постановлении об аресте последнего первый заместитель наркома обороны СССР маршал С. Буденный наложил резолюцию о своем согласии на арест. [76] К постановлению прилагалась справка, датированная мартом 1941 г. В ней утверждалось, что Штерн еще «в 1918 г. на Украине во время гетьманщины был связан с левыми эсерами и в 1924–1925 гг. примыкал к троцкизму». В последующие годы, как свидетельствовали оперативные материалы, Штерн стал центральной фигурой антисоветского троцкистского заговора, что подкреплялось выдержками из показаний ранее репрессированных военачальников Якира, Белова, Примакова, Урицкого и других. Аналогичное досье завели практически на всех военных авиаторов высшего эшелона.

Одного из первых довоенных дважды Героев Советского Союза генерала-лейтенанта авиации [77] Я. Смушкевича, обвиненного в связях с «врагом народа Уборевичем», арестовали 8 июня. К нему даже враги относились с уважением, [78] а родные чекисты «взяли» прямо в госпитале, где он лежал с переломами ног после авиапроисшествия. Дважды Героя вынесли из госпиталя на носилках. И на тех же на носилках тащили к месту расстрела.

На тюремных нарах оказались перед самой войной заместитель начальника штаба ВВС РККА генерал-майор авиации П. Юсупов (арестован 17 июня), [79] начальник Главного управления авиационного снабжения РККА, а затем заместитель командующего ВВС ПриВО генерал-лейтенант авиации П. Алексеев (арестован — 19 июня), командующий ВВС Дальневосточного фронта генерал-лейтенант авиации К. Гусев (арестован 17 июня), командир авиадивизии Ленинградского военного округа комбриг А. Орловский (арестован — 12 июня), помощник главного инспектора ВВС РККА комдив Н. Васильченко (арестован 1 июня), руководители управлений ВВС РККА военные инженеры 1 ранга С. Онисько и В. Цилов (арестованы 6 июня) и ряд других военачальников.