Тридцать девятый день
Шрифт:
Он отстранился на мгновение, заглядывая ей в глаза.
— Зато я твой.
— Мой, — согласилась она, и в этом простом слове было всё: её прошлое, её настоящее и всё её будущее. — Мой невыносимый, любимый хот-дог.
Он рассмеялся, и этот смех, тихий и счастливый, был единственным звуком в их маленьком, уютном мире, который они построили вместе, на обломках старых страхов и обид. Их история не закончилась. Она просто стала другой, их собственной.
Поделиться с друзьями: